"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко
Вчера Ксантия была слишком взволнована, чтобы как-то оценивать интерьер квартиры. Да и темно уже было, если не считать слабого голубоватого свечения от телевизора.
Девушка прикрыла глаза и слабо улыбнулась, вспоминая события вчерашнего вечера. Даже не верилось, что она все-таки решилась! Всю дорогу до дома Юры, ее не отпускало легкое чувство страха. Касси размышляла, что она ему скажет, как будет себя вести, как он отреагирует на ее визит. Но, что странно, Касси больше боялась не самой близости с мужчиной, наоборот, она страшилась, что Юра может сказать ей «нет» и выставит за дверь.
«Нет» он не сказал. И за порог не выставил. Хотя поначалу и пытался ее как-то остановить, вразумить, но все его сопротивление быстро рассеялось.
Девушка завернулась в белую простыню и встала с кровати, подошла к окну: перед ней открывался потрясающий воображение вид на утреннюю Москву. Этим утром Ксантия чувствовала себя совершенно другим человеком, по ощущениям казалось, что между ней вчерашней и ей сегодняшней прошло несколько лет, а не всего одна ночь. Вчера вечером Касси еще не знала, что такое страсть, желание. Его поцелуи, легкие, едва заметные и глубокие, страстные, его прикосновения к ее телу, то, как он, едва касаясь, проводил пальцами по ее обнаженной коже, а иногда наоборот, сжимал очень крепко в своих объятьях – все это вызывало в ней чувства, на которые она раньше, казалось, и способна-то не была. Яркие воспоминания о прошедшей ночи вырвали из груди девушки тихий стон, заставивший ее опомниться и тряхнуть головой. Да, вчера она ехала сюда не за страстью, а за совершенно другим: за счастливыми воспоминаниями, за чувством спокойствия и безопасности, которое ей дарило одно лишь присутствие Юры, за его нежностью и ласковыми словами. Сегодня всего этого ей казалось ничтожно мало. Вчера она с уверенностью говорила сама себе, что одна ночь – и все, она вернется домой и с самым лучшим мужчиной этого мира больше никогда не встретится, будет лишь вспоминать иногда, вспоминать всегда с улыбкой и благодарностью. А сегодня уже не понимала, как она сможет жить без него дальше. То легкое и невесомое чувство влюбленности, восхищения этим мужчиной, за одну единственную ночь переросло во что-то большее. Что-то, чему Касси даже названия подобрать не могла.
- Ты уже проснулась? – послышался из-за спины такой знакомый и уже почти родной голос. Девушка порывисто обернулась и столкнулась взглядом с Юрой. Он стоял, оперевшись плечом о дверной косяк и пристально рассматривал свою гостью, чуть улыбался при этом. А Ксантия даже забыла, что ей нужно что-то отвечать. Во все глаза смотрела на самого лучшего мужчину своей жизни, подмечая, что даже в домашнем халате и с мокрыми волосами он выглядит для нее не менее притягательно, чем в дорогом костюме.
Не дождавшись ответа, Юра медленно подошел, заглянул прямо в глаза и легонько прикоснулся фалангами пальцев к щеке девушки.
- Все хорошо? – уточнил он.
- Да, все хорошо – «отмерла», наконец, девушка и тихо затараторила – Извини… я просто, наверное, не знаю, что обычно нужно говорить в таких случаях, как надо правильно себя вести…
Ее рывком прижали к себе и крепко стиснули в объятьях.
- Тише, тише, успокойся. Как хочешь, так и веди себя. И извиняться тебе уж точно не за что.
- Извини, больше не буду – шепнула Ксантия раньше, чем сообразила, что снова извиняется, вызвав этим улыбку на лице Юры. Он чуть отстранился и снова заглянул ей в глаза.
- Ты самая потрясающая, невероятная девушка из всех, что мне приходилось встречать в своей жизни раньше – с чувством произнес мужчина, после чего выпустил Касси из своих объятий, разжав руки и отступив на один шаг – В душ пойдешь?
- Хотелось бы – и тут же добавила – Если ты не против.
- С чего бы мне быть против? Там на крючке висит белый халат, можешь потом его надеть.
- Спасибо, я пойду – девушка неуверенно улыбнулась и быстро-быстро выскользнула из комнаты. Заглянула в первую попавшуюся в коридоре дверь, на ее счастье это, действительно, оказалась ванная комната. Касси нащупала рукой замок и закрылась, прислонилась к двери и закрыла глаза, выдохнула. Что же, первый короткий разговор после совместной ночи она пережила, можно чуть-чуть расслабиться в надежде на то, что дальше будет легче.
Сбежала! По-другому поведение ангелочка никак назвать было нельзя. Выпорхнула из комнаты с такой скоростью, будто за ней бесы гнались! Радует лишь то, что сбежала она в ванную, а не куда-нибудь на край света. Уже жалеет о том, что приехала к нему? Скорее всего.
Юрий стянул с себя халат, небрежно кинул его на спинку кресла, порывшись в шкафу, вытащил и надел легкие спортивные штаны и майку. Подошел к ванной и прислушался, но кроме однородного монотонного шума воды ничего слышно не было. А ведь что-то во внешности Касси этим утром изменилось. Вот только что, мужчина так сразу и не смог сообразить. Хотя, наверное, не так уж это и важно. Куда больше Юрия волновало поведение девушки.
Покопавшись в памяти, он припомнил, как вели себя после первой ночи с ним все те женщины, что были в его жизни раньше. Взять ту же Вику, да она с самой первой ночи начала вести себя здесь, как полноправная хозяйка. А вот Касси нет, ведет себя так, будто только и мечтает о побеге. Невольно начинаешь задумываться о своей мужской состоятельности. Неужели ей все произошедшее между ними настолько не понравилось?! И снова в душе мужчины всколыхнулось уже знакомое ему чувство беспомощности. Рядом с ангелочком ему уже приходилось это испытывать.
Щелкнул замок ванной, и девушка, наконец, вышла. Белый халат, который был ей безнадежно велик, влажные волнистые волосы, спадающие до пояса, босая. И все такая же настороженная. Будто она красная шапочка, а он страшный серый волк, который мечтает ее съесть. Мужчину так и подмывало высказать, что все самое страшное, что он хотел с ней сделать, он уже сделал. Еще вчера! И с ее, надо сказать, добровольного согласия! Но от подобного высказывания он благоразумно воздержался.
- Будешь кофе? – миролюбиво уточнил Юрий, провожая Касси на кухню – Или чай? У меня есть конфеты, пряники. Впрочем, могу организовать и яичницу. Собственно, это единственное, на