Безымянная страна - Кейт Эллиот

Жди, приказала она себе. Жди, прошептала она гадюке.

Двери со скрежетом и лязгом распахнулись. Внутрь ворвался порыв еще более холодного воздуха. Один из стражей просвистел сигнал вперед. Сарпа продолжала дремать.

Элен приоткрыла щель между рукавом и перчаткой. Гадюка обожгла ей руку и вылезла наружу, возбужденно пробуя воздух языком. Она оторвалась от площадки, пролетела небольшое расстояние до песка и понеслась по песку с такой скоростью, что то появлялась, то исчезала из тени, как отблеск скользящей косы.

Элен перегнулась через край площадки и прижала ладонь к холодным песчинкам. Она была так настроена на гадюку, что чувствовала легкую вибрацию от ее движения. Все дальше от себя и все ближе к дремлющей сарпе.

Песок задрожал, словно от порыва ветра. Сарпа почувствовала присутствие гадюки.

Элен вскочила и отступила к двери, которая вела на лестницу. Едва она переступила порог, как дикий, протяжный стон, похожий на завывание ветра в заброшенном строении, сотряс балки и колонны большого здания. Песок взметнулся в воздух, осыпав стены. Сарпа встрепенулась и закружилась, извиваясь всем телом. Элен едва успела отпрянуть, когда хлестнул хвост, такой тяжелый и быстрый, что она ощутила его вес и скорость, с которой он рассекал воздух. Крылья сарпы взметнулись, а затем снова сложились, пока она содрогалась, совершая полный оборот. На этот раз тяжелый хвост сарпы ударил в стену, расколов толстую древесину.

Внезапно существо замерло.

Наступила тишина.

Элен съежилась на пороге, осторожно выглядывая наружу. В воздухе раздалось шипение гадюки, такое тихое, что его можно было бы спутать с выдохом. На темном песке зашевелилась белая нить, когда гадюка подняла свою крошечную головку и снова зашипела.

На этот раз сарпа завыла так громко, что звук отзывался болью в костях Элен и застучал в крови, как в кошмарном сне. Песок разлетелся во все стороны, когда зверь бросился к спасительным открытым дверям и небу. Он вырвался наружу, проделав дыру в загоне, и, скрежеща, шурша и сотрясая землю своим весом, помчался прочь, в ночь.

Они бежали: принц, четверо стражей и солдат. Помощница-курьер подождала, пока гадюка вернется в ее тело, и тоже бросилась бежать. Конюх остался у ворот загона на случай, если сарпа вернется.

Гадюка беспокойно трепетала в груди Элен, взволнованная встречей. Хотела ли она напасть на сарпу, но сдержалась? Испугалась? Возбудилась? Заинтересовалась? Разозлилась?

Что же такое гадюка, в конце концов? Элен не была уверена, что когда-нибудь узнает, да и вообще, что кто-то это знает, даже Морские Волки, которые называли ее осге и считали, что она ядовита из-за того, что носит в себе. Даже тот неизвестный, который оставил на ее шее шрам в качестве предупреждения.

Имеет ли это значение, если сравнивать с жизнью Кема, счастьем Ао или лукавой улыбкой Сара’алы? Гадюка существует, как и она сама, и все те, с кем она бежала, и все те, кого они стремились спасти, и все те, с кем им предстоит сразиться сегодня, и все те, кому она служила в качестве помощницы-курьера, и все те, кого она никогда не встретит.

Торгес бежал впереди, ведя их по узким тропам с легкостью человека, выросшего в этих местах и хорошо их знающего. Бледный лунный свет придавал тропам меловой оттенок, потому что, похоже, слуги использовали старый трюк контрабандистов: посыпали малозаметные тропы светоотражающей меловой пылью, чтобы их можно было найти ночью. Несмотря на это, Ипис дважды споткнулась, а принц ободрал свои драгоценные пальцы на ногах и выругался — Элен удивилась, что он знает такие слова.

Однажды они притаились за живой изгородью, когда вражеский отряд пробирался через фруктовый сад — солдаты были слишком неуклюжие, чтобы заметить, что поблизости кто-то есть. Вскоре они подошли к полускрытой деревьями лестнице, которая вела на узкую площадку, сооруженную среди ветвей величественной ели, откуда открывался вид на сторожевую башню и ее фонарь. Убежище для детей, подумала Элен, присев на корточки на платформе среди других, вне поля зрения солдат Дуэнна.

Когда усиливающийся ветер зашелестел деревьями вокруг них, они увидели двух солдат Дуэнна, которые спорили у основания башни. Одного из мужчин беспокоил видневшийся с вершины сторожевой башни залив Пелены — он был уверен, что Пелена просачивается все ближе. Как раз в тот момент, когда другой мужчина говорил ему, что он невежественный дурак, сверху на них брызнули капли кислоты. Их потрясенные крики пронзили ночь, когда они рухнули на землю, обхватив себя руками и корчась. Огромная тень описала над головой круг, привлеченная их зажженной лампой, а затем изменила направление, уловив дуновение теплого ветра со стороны Манора. Повсюду было так темно, что Манор сиял, как самая заманчивая из безделушек, обещая свет, тепло и уют и все, что есть хорошего и безопасного в мире, ведь даже чудовищная сарпа наверняка мечтает о теплом и надежном гнездышке.

Элен прошептала молитву, обращаясь к Высоким Небесам, она, которая никогда не молилась ни единым словом для себя. Пожалуйста, ради всего святого, пусть мой дорогой мальчик будет в безопасности, когда все закончится.

Торгес спрыгнул с лестницы и помчался к сторожевой башне. К тому времени, как остальные добрались до основания, он уже убил двух солдат Дуэнна и оттащил их в кусты, чтобы спрятать. Элен вскарабкалась по лестнице, чтобы лучше видеть. По небу пронеслась темная фигура и устремилась к Манору. Когда те, кто был внизу, заметили сарпу, раздался взрыв звуков: отрывистые крики, лай перепуганных собак и пронзительный предупреждающий рев лосей.

— Вперед! — крикнула Ксилси. — Мы идем!

Элен спрыгнула вниз и побежала последней. Они быстро добрались до внешнего забора сада, где их уже поджидали трое солдат Пелиса. У задних ворот лежали четверо солдат Дуэнна — окровавленных, но не обожженных кислотой. К этому моменту шум, доносившийся из Манора, превратился в крики ужаса и топот копыт — лоси сорвались с места и бросились бежать. Над ними кружил огромный зверь. Стрелы летели градом, отчаявшиеся лучники стреляли наугад, понимая, что не пробьют его толстую шкуру, но все же пытаясь хоть как-то отогнать его.

Не было времени останавливаться, раздумывать, смотреть по сторонам. Нужно было продолжать двигаться.

Вместо того чтобы пройти в задний двор Манора мимо Храма Сердца, Торгес повел их по переулку, предназначенному для слуг и повозок. В задней части казармы они столкнулись с отрядом