Анафема с доставкой - Харитон Байконурович Мамбурин
— Тут будут подробности, карналь, — заполнил паузу в молчании русского мексиканец, — Много подробностей. Но только после того, как вы скажете «да». Дороги назад не будет.
— Для тебя её уже нет? — задал очень правильный вопрос Красовский, а получив в ответ короткий кивок, обернулся ко входу в дом, — Идем, поговорим с Марием.
Это должен был быть обычный праздник. Хороший и большой, потому что Сильвио Касадоре и синьора Момо Касадоре имели что отметить. Их друзья, небольшая компания наемников, тоже имела свои причины для радости, так как они бескровно вылезли из такого дерьма, что даже рассказать все детали стеснялись. Еще тут должна была быть Микки, но эту девчонку утащила Кси Тинг, которая сейчас разруливала проблемы своей дочери в Среднем городе, так что сидели они в атмосфере полного доверия, не считая загулявшего медоеда, наверняка сейчас отплевывающегося от собачьей шерсти…
Однако, дела не всегда позволяют расслабиться, а некоторые из них должны оставаться в тайне, пока не придёт время.
— У тебя намечается крупная сделка с оружием и ты хочешь, чтобы мы тебя прикрывали? — уточнил посерьезневший блондин, совсем недавно вполне весело фехтовавший на снятых со стены саблях с японкой, — Просто большая сделка с обычным оружием?
— В общих чертах — да, — кивнул напряженный мексиканец, — Я провожу аукцион. Сумасшедшие бабки. Крупнейшая сделка в моей жизни. После неё мы с Момо улетим куда-нибудь, где можно и стрелять, и воспитывать ребенка. Ну, давать ему нормальное образование? Не смотрите на меня так, вы сами весь вечер рассказываете, как преисполнились трезвости и дисциплины, ой!
Ему в лицо летит холодный и жесткий вопрос профессионала, не друга. Человека, торгующего смертью. Почему такая сумма? Почему так много? Недобрый вопрос, полный подозрения. Столько платят армиям, и вовсе не за то, что они собирают цветы. В чем подвох?
Подвоха нет. Сильвио просто нужны люди, которые будут с ним до конца. Ла Диспенза слишком горд, чтобы заманивать друзей деньгами, но он готов заплатить им именно столько. Даже если другие будут в десять, в двадцать раз дешевле, но такими же умелыми и верными, то Сильвио платит не за это. Он готов выдать банк, чтобы вообще не думать о своей спине. К тому же, он платит после сделки, когда сам получит деньги. Это тоже нужно учитывать.
Его друзья советуются, не снижая голоса, прямо перед ним и Момо. Это тоже символ доверия. Никто не против. Шикарнейшая брюнетка прямо заявляет, что она «за», а слово Эрики весит немало. Остальные на неё смотрят так, как будто бы эта женщина специалист по переговорам, сумевшая выяснить нечто, непонятное остальным. Красовский тоже «за», но вот как раз его карналя никто не слушает. Не потому, что не любят или не уважают, а потому что от намеков Сильвио смердит опасностью, а бешеный русский её обожает. Тащится по ней, как по наркотику.
Дольше всех молчат остальные, то есть Юки, Норма и Марий. Первая просто робеет, натура у неё такая, латина смотрит влюбленным взглядом на Гритта, а блондин чует, по глазу Касадоре чует, что тот предлагает им адово варево. Так оно и есть, но рот мексиканец раскроет, только если ему скажут «да».
Только вот… Сильвио Касадоре по прозвищу Ла Диспенза родился не вчера. Да, он бешеный тип, он отвал башки, его называли безумцем с тринадцати лет, да! Но он бизнесмен. Он человек дела. Он общался с мексиканскими картелями, с русскими военными, торговал с англичанами и даже продавал оружие евреям!
Он знал, как надо начинать разговор. Точнее, с кем.
— Черт побери, да у нас ни разу не было такого надежного нанимателя… — себе под нос, еле слышно, бормочет хитрый русский адреналиновый наркоман, чья задница уже дымится от предвкушения.
Еле слышно, но достаточно, чтобы уши Гритта это уловили!
В тишине слышно, как у входной двери ворчит Момо, запрещая Майору Тому заносить в дом отгрызенную собачью лапу.
— Ухо? Ухо можно! — слышится её голос.
Для командира наемников это звучит как выстрел из стартового пистолета. Он протягивает Сильвио руку.
— Мы с тобой. Давай детали. Только не говори, что мы сейчас отправимся на другой конец острова, где будем смотреть целую прорву оружия!
— Не скажу, — честно моргает торговец оружием своим единственным глазом, с трудом скрывая немалое облегчение, — Всё здесь. Идёмте.
У идущих за ним людей на лицах очень большие вопросы очень большими буквами. Не все из этих букв приличны, но совершенно все будут справедливы, самокритично считает одноглазый торговец.
В подвал, святая святых Ла Диспензы, они спускаются в первый раз, оставив где-то наверху Момо, Норму и Майора Тома, которым вполне хорошо и так. Попутно, пользуясь отсутствием супруги, мексиканец рассказывает, что на этот большой шаг его сподвигло не только внезапное появление в жизни жены и будущего ребенка, но и другой небольшой нюанс.
— У нас был большой проект, — говорит он, неторопливо возясь с целой кучей простых и электронных замков, — У нас, я имею в виду и других продавцов смерти, да? Их не так уж и мало в городе. Недавно случилась беда у Майерсов, эти дураки не уследили за своими записями, всё оказалось удалено! Всё! Долги, расчеты, имена, телефоны. Эти идиотас хранили всё в цифровом виде! Еще одного нашего коллегу убили пираты, когда тот отправился половить рыбу. В итоге остался только я. Возможно, и меня бы убили, останься я в городе. Теперь имеем, что имеем, я единственный владелец…
Рассказ, на самом деле, был длинным. Он бы длился куда дольше, чем тщательный осмотр подвала, в котором хватило бы вооружения, чтобы начать и закончить пару войн на Басолане. Однако, одноглазый торопился, он знал, что его подруга скоро начнет скучать, а здесь, в подвале ей было делать нечего. Однако, последнюю вещь, перед тем как сдёрнуть слегка покрывшуюся пылью ткань, он сказал, заставив всех удивиться еще сильнее.
— Ваш дохлый рэпер, этот, как его, Пуфф Дэдди! Его пригласили на Басолан именно за тем, чтобы под шумок собраться на аукцион по продаже этой штуки. Поэтому, как вы уже поняли, времени мало…
—