В моем болоте утонула ведьма - Молли О'Нилл

– Не суетись ты, Темперанс, – пропыхтел он. – Дженни очень живучие. Она скажет, если помощь нужна.

Темперанс его не слушала.

– Так жаль, что с гребнем не получилось. Но ничего, мы еще попробуем. Может быть, вепрь пойдет обратно после равноденствия? Раз у нас теперь есть время, мы могли бы купить веревку и сделать хорошую сеть.

– А что не получилось? – переспросила я.

Темперанс помрачнела.

– Дженни, ты не виновата. Кто же знал, что вепрь так понесется! Даже и там, у склона, он так лягался, какой уж тут гребень… Но всегда можно снова…

Я помахала гребнем у Темперанс перед носом, и та осеклась, а Бракус покатился со смеху.

– Ты крепкий орешек, Дженни, это уж точно! – воскликнул он, а ведьма так и застыла с открытым ртом.

– Не может быть, – пролепетала она. Я ухмыльнулась и бросила ей гребень. Ведьма поймала его и изумленно подняла на меня глаза. – То есть… мало того что проскакала на вепре целую милю, ты еще и вычесать его успела?

– Не так уж и трудно было, – спокойно подтвердила я.

– Дженни, ты просто чудо. Иди-ка сюда.

И ведьма прижала меня к груди. Бракус тоже присоединился, все мы крепко обнялись, а Кавалл заскакал вокруг нас с восторженным лаем.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, Темперанс опять посмотрела на гребень.

– Первый шаг к нашей победе, – прошептала она.

Бракус протянул руку, и ведьма отдала вещицу ему. Гоблин, подняв гребень к свету, присвистнул.

– Должен признаться, в успех я не верил, – сказал он и подмигнул мне. – Больше не стану тебя недооценивать, Дженни.

Убрав гребень в карман, Бракус застегнул его на пуговку.

– Одно испытание пройдено, осталось еще два. Поищем-ка вход на Дикую Тропу, пока этот Турх Труйт не вернулся.

Мы разбили лагерь у восточного склона ущелья. Солнце уже клонилось к закату, когда Бракус отыскал предполагаемый вход на Дикую Тропу, но идти по ней ночью, конечно, никто не хотел. Из раздвижных шестов и парусины гоблин соорудил палатку, и мы устроились на ночлег, окрыленные триумфом.

– Интересно, какое будет следующее задание, – вслух задумалась ведьма, отбиваясь от Кавалла, который пытался стащить у нее еду. – Опять какая-нибудь охота? Или, может, загадка?

– Я думаю, надо будет кого-то убить. – Достав свою баночку селедки, я отвернула крышку. – Кого-нибудь ужасающего. Великана или дракона.

– И как нам это поможет победить Ольхового короля?

Я пожала плечами и когтем подцепила кусочек рыбки.

– Это традиция, разве нет? Может быть, Гвин просто хочет нас испытать, а не собрать какое-то оружие. Вот зачем нам гребень? Не красоту же Королю наводить.

– Гребень теперь ядовитый, леди Крейдиладд так сказала, – напомнила Темперанс, устав сражаться с Каваллом и отдавая ему половину сосиски.

– Хоть бы и ядовитый, все равно я не вижу, какая от этого может быть польза. Ставлю, что дальше будет дракон.

Я оскалилась и эффектно зарычала, взмахнув руками, словно крыльями. Темперанс рассмеялась.

– Драконов теперь уж не встретишь, – заметил Бракус, сидевший на стульчике у огня.

– На равнинах – да, пожалуй, но в Сноудонии[37] они ведь наверняка остались. Или в Шотландии.

Гоблин покачал головой.

– Нет, ни одного. – И он подбросил в костер сухую ветку. – Все вымерли после нормандского завоевания. И великаны тоже. Их и было-то совсем немного.

Я нахмурилась. Драконов я и правда давно уже не видела, но считала, что они просто куда-то переселились.

– Ты уверен? А что такое с ними случилось?

Бракус опять поворошил костер.

– Никто не знает. Рыцари всегда за ними охотились, но пока не пришли норманны, число драконов как-то сохранялось. А потом они перестали плодиться. Древние твари умерли от старости, а новые просто не родились. – Гоблин шмыгнул носом. – Мне всегда было очень их жалко. Хотя крестьяне, наверное, только рады.

– А вы дракона когда-нибудь видели? – восторженно спросила Темперанс.

– Вблизи – нет, не видела, – призналась я. – Но раньше они пролетали над озером раз или два в году. Даже не помню, когда перестали. А ты, Бракус?

– Однажды видел, – мечтательно отозвался тот, – еще в юности. Когда это было – лет восемьсот назад? Тогда тут еще был Уэссекс. И правил какой-то король на Э. Этельбальд… Этельберт… Этельред… Ну, он известный.

– Альфред, – подсказала я.

Бракус кивнул:

– Точно, он. А я был тогда в Честере, хотел продать кое-что местному знахарю. И вот как-то раз шел я по старой римской дороге и увидел его. Дракона. Огромная алая ящерица, а крылья такие, что застили солнце. Он летел по небу и искал место, куда приземлиться.

Гоблин расплылся в улыбке.

– Я тогда с перепугу чуть не умер. Опомнился и сиганул с дороги в канаву. Все товары переколотил. А дракон сел совсем рядом напиться из озера. Не представляете, как он вонял! Гарью и серой, сущее адское пламя. И жаром от него несло – ты бы не оценила, Дженни. Испечься можно, прямо как в кузнице летом.

– А он тебя видел? – ахнула ведьма.

– Если бы видел, я бы не сидел тут с вами, – подмигнул ей Бракус. – Он напился и взлетел, такую бурю поднял крыльями – я думал, меня унесет. Выбрался я из канавы и побрел назад в Честер. И каждый встречный спрашивал, не видел ли я дракона. Долго меня кормила эта история. – Гоблин чуть погрустнел. – Конечно, в те времена люди с нами еще разговаривали. И верили в драконов.

Мы посидели молча, и Бракус опять вздохнул.

– Так что насчет дракона я сомневаюсь, Дженни. Думаю, что Темперанс права. Мы ищем какое-то оружие. Или предметы для колдовства. Завтра вечером станет ясно.

Я смотрела в огонь. Ведьма придвинулась ко мне поближе.

– Так или иначе, я верю теперь, что мы справимся, – сказала она. – Мы сможем его победить.

Я в притворном гневе сверкнула на нее глазами:

– Только теперь? А говорила, что полностью мне доверяешь.

– Ну ты же шла на битву с диким вепрем, – улыбнулась ведьма. – Надо было тебя поддержать.

– Могла бы и не сомневаться, – пробурчала я. – Разве я раньше тебя подводила?

– И не подведешь. Рыцарь ведь не бросает прекрасную даму.

Я улыбнулась. Вот фантазерка!

– Ну ты и придумала. Нашла рыцаря, тоже мне.

– Тогда я буду рыцарем, а ты прекрасной дамой, – предложила Темперанс. – И в конце я тебя спасу.

Я глянула на Бракуса – теперь он, в свой черед, защищал от Кавалла свой ужин.

– Ну а эти двое?

Ведьма задумчиво поджала губы:

– Кавалл, пожалуй, наш благородный скакун. А Бракус – наше сокровище. Смотри, весь блестит и