Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

Чжу Юйхэн ничего не ответил, но медленно разжал кулак, глубоко вздохнул и сказал:

– Я не боюсь. Потому что я верю ей.

А-Нань больше не стала ничего говорить и только указала на водопад:

– И еще. Я хочу подняться на водопад и изучить его. Меня очень беспокоят те два внезапных выплеска – до и после того, как все случилось.

Водопад низвергался между двух высоких, отвесных пиков – зрелище поистине грозное.

Этот загородный дворец был построен Великим мастером Гуанем для императора Лунфэна в качестве летней резиденции. В жаркие летние и осенние месяцы воду из нижнего пруда с помощью водяных колес поднимали наверх, по толстым бамбуковым трубам она поступала в резервуар на самой вершине и низвергалась водопадом, разнося вокруг прохладу. Весной и зимой подачу воды прекращали, уровень воды в резервуаре наверху падал, и водопад исчезал сам собой.

Чжу Юйхэн отрядил в провожатые старого солдата, отвечавшего за ремонт труб. Сверяясь с картой, А-Нань начала подъем вдоль водяного колеса.

Склоны были круты, толстые бамбуковые трубы тянулись вдоль всего пути. Чтобы обойти скалы и особо крутые участки, трубы изгибались под разными углами, петляли по склону. Сейчас это давало А-Нань удобные точки опоры для подъема в гору. Бамбуковые трубы были сконструированы по проекту мастера Гуаня, соединялись встык, как доски в бочке, каждая была в два чи толщиной. Несмотря на долгие годы использования, суровые ветры и дожди, при должном уходе они могли оставаться абсолютно герметичными, не пропуская ни капли.

– Как часто трубы проверяют? – на ходу спросила А-Нань старого солдата.

– Наверх ходить тяжело, поэтому мы поднимаемся вдоль труб и все осматриваем только раз в десять дней. Когда в прошлый раз случился тот странный выплеск воды, я после пошел проверить. Тогда трава и кусты вокруг труб были мокрые и примятые – видимо, их прибило потоком. Больше ничего необычного не было.

Болтая по дороге, А-Нань легко и проворно вскарабкалась на вершину пика и остановилась у пруда. Он был сложен из тесаного камня, вода в нем зеленела, а вокруг все заросло кустами и травой – пруд утопал в пышной растительности. А-Нань раздвинула заросли, присмотрелась: на некоторых кустах были сломаны ветки, но с тех событий прошло много дней, появились новые побеги, а трава и вовсе восстановилась. На выходе из пруда была установлена тройная решетка из мелких железных прутьев – чтобы грязь не попадала в водопад и не загрязняла нижний пруд.

– А рыба здесь водится? – спросила А-Нань, взглянув на нее.

– А? – удивился старый солдат и тоже заглянул. – Не может быть! В этом пруду всегда полно рыбешек, и больших, и маленьких! Они по трубам сюда попадают, годами тут живут, самые крупные, поди – по чи-два в длину достигают. Вода прозрачная, я каждый раз, когда захожу чистить пруд, смотрю, как они резвятся, совсем людей не боятся… Странно, куда же вся рыба подевалась?

– Вся рыба вдруг исчезла? – А-Нань выпрямилась, глядя на водоем и размышляя.

Вдруг сзади послышались шаги. Обернулась – Чжу Юйхэн со своими людьми тоже поднялся наверх. Она удивленно вскинула бровь и усмехнулась:

– Ваше Высочество, зачем изволили сами карабкаться?

Чжу Юйхэн не ответил, лишь жестом велел Вэй Ханчжи с людьми сторожить спуск. Когда все разошлись, он понизил голос и сказал:

– Я подумал… раз ты решила осмотреть механизм, возможно, захочешь нырнуть.

– Вот именно, я как раз собиралась, – улыбнулась ему А-Нань. Видя, что у пруда остались только они двое, она быстро, одним движением содрала наклеенные усы и густые брови, вытащила из-за пазухи свои вещи, все это сунула ему в руки, скинула верхнюю одежду и осталась в одной тонкой нижней рубашке белого цвета. – Подержи, я быстро.

Чжу Юйхэн машинально поймал брошенную одежду, поднял глаза и увидел, как девушка, прыгая на солнце, разминается перед нырком. Он не удержался и тихо спросил ей в спину:

– Ради чего?

Только слова эти слетели с губ, как А-Нань уже нырнула в пруд и ушла на глубину.

Глядя на расходящиеся по зеленой воде круги, Чжу Юйхэн невольно сжал пальцы, крепче прижимая к себе одежду, еще хранящую ее тепло. Словно так можно было удержать – хотя бы на миг – эту призрачную надежду, в которой он сам себе не желал признаваться.

Она так старается – ради себя, ради Ци Ся или… как тогда, на Хуанхэ, в доме Чу, в подземелье Шуньтяньфу – ради него?

В тени деревьев, укрывшей его, было прохладно, а одежда в его руках все еще оставалась теплой.

Круги на пруду постепенно рассеялись, зеленая вода вновь стала неподвижной, словно огромный драгоценный камень, инкрустированный в поросшие мхом каменные стены. Вокруг стояла тишина. От этого слишком долгого безмолвия сердце Чжу Юйхэна вдруг кольнул страх.

Все-таки этот механизм построил Великий мастер Гуань, а А-Нань нырнула неподготовленной. А если случится беда? Вдруг ее поглотит эта бездонная зелень? Хотя бы веревку на пояс повязала бы, тогда у него был бы хоть малейший шанс ее спасти!

Только он подумал об этом, как зелень вдруг всколыхнулась, раздался всплеск. Поднимавшиеся из глубин волны попеременно вздымались и опадали, но А-Нань все не появлялась на поверхности. Под зеленой гладью волновалась лишь темная вода.

Чжу Юйхэн, прижимая к себе одежду девушки, широкими шагами приблизился и, напряженно вглядываясь, уставился на поверхность. На миг в голове мелькнула мысль: нырнуть и искать ее самому. Но не успела эта мысль воплотиться в реальность, как вода с плеском расступилась, и на поверхности показалась голова А-Нань.

Чжу Юйхэн облегченно выдохнул. Девушка подплыла к берегу, откинула с лица мокрые волосы и, увидев его так близко, застыла со странным выражением лица. Ухватившись рукой за каменную стенку, А-Нань оставалась наполовину в воде, глядя на него снизу вверх. Рот девушки был приоткрыт, словно она хотела что-то сказать, но никак не решалась.

Чжу Юйхэн подумал, что она выбилась из сил, и, наклонившись, протянул ей руку, показывая, что поможет выбраться. А-Нань помедлила и наконец с трудом выговорила:

– Слушай… отвернись-ка.

Взгляд Чжу Юйхэна скользнул по ее мокрому лицу вниз, невольно остановившись на теле, скрытом под водой. Ворот рубашки девушки был распахнут. Похоже, под водой она за что-то зацепилась, вот ткань и порвалась, стягивавшая грудь повязка тоже развязалась, и под колеблющейся водной гладью было видно, как едва вздымается ее грудь.

Сердце Чжу Юйхэна бешено заколотилось, лицо вспыхнуло. Он бросил ее одежду на траву у пруда и мгновенно