Наследник темной звезды. Том VIII - Василий Груздев

— Простите, лорд Моркштерн, — подкатил полицейский. — Нам поступило заявление, что здесь убили невинного студента.

Ага, невинного. Вот же… Впрочем, если посмотреть на окровавленное тело пацана, иного и не подумаешь…

— Вас ввели в заблуждение, офицер, — Алекс скривил губы. — Этот человек жив, и он преступник. Не надо совать свой нос в дела моего рода.

Голос зеленоглазого был так пропитан злостью, что с лица служивого сошла улыбка.

— Но… — попытался возразить он.

— Вы пытаетесь усомниться в моих словах? Не советую! С дороги… — прорычал Алекс, понимая: что бы он ни сказал, в прессе всё выставят иначе.

Ну Бездна с ними!

Полицейский подвинулся… Однако это был не последний сюрприз.

— Не так быстро! — раздался знакомый властный голос. — Я требую освободить моего протеже!

Голос, владельца которого Алекс записал в смертники. Тот, кто смог улизнуть от него в последний момент в портале псайкера. Предатель, практически сумевший убить Соверена, «подстилка» императора — Леонард Фирс.

Отлично срежиссированное появление, прямо перед камерами СМИ. Бёрн чувствовал, что его загоняют в ловушку, но пока что не мог понять, в чём она заключается…

Фирс! Ублюдок, которого Алекс обещал прикончить. Вот он, только протяни руку. Лыбится, тварь, демонстрируя универсал с фиолетовым кристаллом-артефактом. Чёрный костюм и туфли, белая рубашка и красный вызывающий галстук. Такой же вызывающий, как его поза.

Ждёт, когда Бёрн выполнит его указание? Хрена с два! Зеленоглазый только сильнее сжал руку на шее студента. Тот застонал и дёрнулся в доказательство того, что ещё не окочурился. Камеры щёлкают, стремясь запечатлеть этот момент: выхватить искажённое болью лицо, разорванную окровавленную рубашку и плотно сжатый кулак.

Можно быть уверенным — уже через час кадры этого зверского избиения разойдутся по основным телеканалам Империи, ещё больше вредя его репутации.

— Лорд Моркштерн, — Фирс шагнул вперёд. — Я требую, чтобы вы незамедлительно отпустили моего протеже!

Голос наигранно злой, в тон всему этому нелепому спектаклю. На лице изумление и сочувствие одновременно. Идеальная картинка для вечерних новостей: аристократ защищает сироту от сошедшего с ума отпрыска павшего рода. Грёбаный кукловод.

— Вы заблуждаетесь, лорд Фирс, — процедил Бёрн. — Этот человек пытался меня убить.

— Полно, — Фирс округлил глаза, развёл руками, — Эдди — хороший парень. Отличник, спортсмен. Я лично выбрал его среди многих! Отпустите его и можете быть свободны.

Ого! Вот это заявка! Теперь этот урод позволил себе разрешить ему удалиться. Что дальше? Прикажет взять швабру и навести порядок в разгромленном кафе?

Алекс боролся с желанием убить пацана. Что ни говори, а журналюги всё смонтируют, как им прикажет их хозяин. А уж кто за всем этим стоит, ясно и без гадания на кофейной гуще. Но грохнуть Эдди — значит отпустить тех, кто был с ним связан…

— Что мне и когда делать, я решу сам, лорд Фирс, — голос Бёрна был полон стали. — Убирайтесь с моей дороги…

Он сделал шаг, но Леонард снова встал на его пути, провоцируя.

— Только если вы отпустите мальчика, — фиолетовый кристалл на его руке блеснул, готовый к инициации.

Но, что важнее, энергия из окружающего пространства начала убывать в колоссальных объёмах. Ничего удивительного — перед ним готовый атаковать «абсолют». Ждёт его ошибки, чтобы устроить кровавую баню.

Алекса он так сходу не возьмёт, даже если очень захочет, а собравшиеся здесь идиоты с камерами отъедут только так. Кто-то, конечно, выживет, чтобы рассказать правильную историю. Не исключено, что всю эту сцену снимают с какой-нибудь крыши в отдалении…

Бёрн ускорил восприятие обдумывая ситуацию.

И какие у нас тут варианты? Бросить это ничтожество и уйти? Нет, он не мог себе этого позволить. Репутационные потери среди высшей аристократии, увидевшей проявление слабости, куда серьёзнее кровавых новостей в СМИ. Грохнуть всё-таки пацана? «Нечаянно»…

Просто довернуть кисть, сломав шею, и с усмешкой бросить в лицо Леонарда: «Ох, я и забыл, какими хрупкими могут быть люди. Забирайте вашу собственность, лорд Фирс».

Лучше репутация палача, чем слабака.

Бёрн уже начал движение, когда раздался вызов терминала «Сферы». Тревожный звонок — особая мелодия, означавшая экстренный вызов. Резко отвернувшись от Фирса, Алекс вытащил из кармана пиджака коммуникатор и нажал кнопку вызова.

— Да? — сказал он, приложив динамик к уху.

— Владыка… — голос Лейи был взволнованным. — На орбиту Велесы прибыл десяток боевых кораблей с гербом Фирсов.

Вот, значит, как… Его хотят не унизить, а закопать. Спровоцировать на агрессию и уничтожить под предлогом межклановой войны. Никаких гонений от императора, просто стычка двух равных… Алекс повернулся, чтобы поймать взгляд Леонарда. Тот смотрел с превосходством — видимо, догадавшись, о чём ему только что сообщили…

Удачно подловили. Как раз после того, как часть кораблей эскадры ушла в качестве конвоя на Маунинхай.

Теперь численное преимущество у противника. Стоит начаться драке на земле, как она продолжится в космосе. Не стоило сомневаться — враг готовился нанести максимальный ущерб. Алекса подталкивают к тому, чтобы совершить глупость, а если он не поведётся, сами инициируют горячую фазу конфликта.

Значит, Фирс здесь не в одиночку, а, скорее всего, неподалеку «гуляет» полноценная загонная команда. Неприятно…

Однако, если этот гад думает, что припёр Бёрна к стене, — глубоко ошибается. В доске у Алекса еще остались фигуры. Пусть их меньше, но ситуация не безнадёжная. И бежать он не собирается. Из этого положения есть другой выход…

Опасный, но способный перевернуть ситуацию. Если не с ног на голову, то свести репутационные потери к минимуму. Но, что более важно, отправить предателя на тот свет! Убрав трубку от лица, Бёрн оскалился Фирсу в ответ.

— Предлагаю решить дело иначе, — Алекс выпустил «ауру», заставляя всех разом умолкнуть. — Раз уж вам так важна эта никчёмная жизнь. Давайте сделаем на него ставку. Дуэль. На универсалах. Один на один. Я, вы. Насмерть. Кто выиграет, тот его и забирает.

Фирс нахмурился. Плевать он хотел на пацана. Всем на него плевать. Но возможность прикончить Бёрна в честном поединке без каких-либо для себя последствий и лишней канители могла показаться Леонарду замечательной. Должна показаться — на это и был расчёт. Тем более когда враг дал ему возможность! «Абсолют» против «виртуоза». Без силовых