Кощей. Звёздные кости - Игорь Лахов

Мои действия в подобной обстановке? Не знаю… Прорываться в одиночестве на базу и доложить, что группа Ворона состоит из предателей? Сообщить карателям о предателях в их рядах? Как-то дико звучит.

К тому же наши бойцы имеют чувство чести и сострадания. Поэтому стараются лишний раз не убивать. Да и то, за стволы хватаются только тогда, когда на них нападают. Но и послушно дать себя грохнуть — тоже для меня вариант фиговый. Поэтому, даже если не пройду проверку, всё равно стоит для начала попытаться договориться, а потом уже решать, как действовать дальше.

А если пройду проверку? На кой ляд мне это нужно? И к чему подобное приведёт? Ох… Одни вопросы без намёка на ответы! Знал бы всё заранее, лучше на Земле «обрубком» остался! На хер мне эти суперпротезы, если всё равно оказался в положении крысы, загнанной в угол?

Минут сорок просидел, придавленный тяжёлыми мыслями. Незаметно для себя задремал. Проснулся оттого, что в хижину заглянул шаман. Опять, не говоря ни слова, он жестом приказал следовать за ним. Ну вот и начинается «момент истины»…

Приблизившись к светящемуся красному Камню, огляделся по сторонам. Раненую девочку нигде не было видно. Жестами спросил у шамана о её самочувствии. Пантомима корявая вышла, но зелёный дед её понял и ответными жестами показал, что с малышкой всё хорошо, и она спит в одной из хижин.

Прямо от сердца отлегло от такой новости. Значит, вовремя успел! Но тут же улыбка быстро сошла с моего лица. Шаман начал объяснять, что я должен сесть и прикоснуться ладонями к Камню. Пусть и не сразу, но смысл его телодвижений уловил. Чёрт… Чего боялся, то и случилось.

Подавив внутреннюю неуверенность, плюхнулся на землю и положил обе ладони на Камень. Шаман с задумчивым видом посмотрел на меня и попросил убрать искусственную ладонь. После этого старик тоже приложил свои руки на местный артефакт и замер, сверху вниз глядя на меня.

Вначале ничего не происходило. Потом я почувствовал лёгкое жжение в ладони, но оно быстро прошло. Шаман впервые открыл рот и на своём тарабарском, со смешными причмокивающими звуками языке что-то стал объяснять мне. Вот тут я ничего не понял, жестами было как-то легче разговаривать.

Старый тоже догадался, что толку от голосового общения не будет. Убрав одну руку с Камня, он пальцем почти ткнул меня в глаз. Потом повторил жест, но уже со своим оком. Ну вот так бы сразу. Нужен непрерывный зрительный контакт, как был с Вороном? Это мы легко устроим. Кивком показав, что посыл понял, уставился в чёрные, со зрачками, как у змеи, огромные глаза шамана.

Ладонь моментально обожгло. Казалось, будто Камень раскалился жарче конфорки электрической плиты. Но рефлекторно отдёрнуть руку не успел. Как и при проверке командира, вокруг меня образовался серый туман. Не так. Я сам стал частью тумана, распавшись на миллион частиц, бывшими когда-то Дмитрием Кащиевым.

То ли ветер, то ли чья-то сильная воля вдруг понесла меня в неизвестном направлении. Испугаться бы от происходящего, но было абсолютно пофиг. Я спокоен, как удав. Никаких эмоций во мне нет. Лишь только чувство, что бывшие атомы моего организма меняются. Они разрастались, сливались между собой, образовывая живые клетки. После того как последний атом был структурирован, клетки тоже стали соединяться. Кажется, прошла целая вечность, но я снова стал человеком, а не серым туманом.

— Мать разрешила быть тебе, существо без Мира,- неожиданно раздался в голове голос. — Открой глаза.

Неизвестный говорил на ранее незнакомом мне языке, но я его отчего-то понял. Послушавшись приказа, открыл глаза и уставился на шамана. Дед из тёмно-зелёного превратился в почти серого. Видимо, вымотался сильно, являясь проводником к сути Анкиры, которую аборигены называют Матерью. Понимание этого само пришло в мою многострадальную башку. Что-то последнее время её часто используют как флешку, загружая инфу без разрешения хозяина. Что корпоранты, что маугли не особо церемонятся с моими желаниями.

Шаман, дав мне несколько секунд отдышаться, продолжил ментальную беседу.

— Ты чужак, но ты гость в доме Матери,- распознал я ранее непонятные мне слова. Мать всё увидела и сказала своим детям быть друзьями, а не врагами тебе. Приходи, если понимаешь, что нужно прийти. А теперь оставь нас. Твоя самка волнуется. Передай, что Мать её помнит.

— Спасибо за приглашение, друг, — мысленно ответил я. — Но…

— Не продолжай, — перебил меня шаман. — Ненужные знания вредны, а нужные у тебя есть. Всё остальное — твоё или наше. Ты не Семья Матери и ничего не понимаешь. Мы же не понимаем твою Семью. Уходи, Чёрный Клык, в свою Семью. Она тебя поддержит лучше. Тебе пора. Мне тоже.

Старик резко прервал зрительный контакт, развернулся и пошёл в ту самую хижину, где я ожидал испытания. Поняв, что больше мне ничего не светит, я направился вон из деревни. На её окраине увидел Фею. Она расхаживала взад-вперёд и нервно крутила в руках нож. Заметив меня, девушка остановилась и положила руку на кобуру с пистолетом.

— Мать просила передать, что ты засранка, но она тебя помнит, — не дожидаясь очередной реакции Феи на моё появление, весело проговорил я.

— Мать не могла сказать про «засранку». У анкирийцев не приняты оскорбления.

— Значит, просто помнит. Чего к словам придираешься?

— Смотрю, Кощей, знакомство с планетой прошло нормально? Что ещё сказала Мать?

— Больше старый колдун говорил. Что я гость и друг. Ну и посоветовал не лезть с глупыми расспросами, а сосредоточиться исключительно на своей Семье. Поняла, Феюшка? Мы теперь семья.

И, по словам зелёного деда, ты моя самка. Делай выводы! В жёны, конечно, не позову. На фиг мне такая машина для убийства на кухне нужна? Но в постели можешь оказаться интересным экземпляром. У меня никогда не было симпатичной азиаточки с искусственными конечностями. Зажжём по полной! Мне тоже есть чем похвастаться, поэтому позвеним протезами знатно!

— Обломись, сексуальный террорист, — приняла мою игру девушка. — Корпорация восстановила мне исключительно необходимые для службы части тела. Репродуктивные органы к ним не относятся. Так что сам с собой «звени».

— Жесть… — перестал лыбиться я. — Это так сильно тебя покалечило? Извини. Я не хотел наступить на больную мозоль. Просто после