Лекарь из Пустоты. Книга 14 - Александр Майерс

— Понимаю. Спасибо, что предупредили.

Обсудив предстоящую встречу с магистрами, я завершил разговор и сразу связался с Васей и Ефимом. Через час они приехали ко мне в усадьбу, потому что дело требовало личного обсуждения.

Я пересказал предупреждение Барятинского. Ефим достал ноутбук, что-то поискал, нахмурился и повернул экран ко мне.

— Уже началось. Нашему редактору буквально полчаса назад прислали запрос. Интересуются, насколько вы участвуете в работе «Целительского вестника».

— И что ответил редактор? — уточнил я.

— Что вы не занимаетесь повседневной работой редакции. Так и есть, — развёл руками Ефим.

Вася задумчиво почесал подбородок, щёлкнул пальцами и сказал:

— Знаете, что я предложу, Юрий Дмитриевич? Вам нужен пресс-секретарь!

— У меня есть целое СМИ, а при необходимости всегда можно подключить Валерия и «Голос правды», — сказал я.

— «Вестник» занимается публикациями «Ренессанса», клиник и других проектов. А вам нужен личный пресс-секретарь! Который будет заниматься всеми интервью, официальными комментариями, организацией пресс-конференций, будет мониторить вашу личную репутацию и так далее, — пояснил Василий.

— И чтобы мы узнавали о готовящихся статьях не от великого князя, — добавил Ефим.

— Я думал, для этого у меня есть вы.

Парни переглянулись.

— Простите, ваше сиятельство… У меня хоть вместо крови и «Бодрец», всё не успеешь. В последнее время очень много работы, — сказал Вася.

— И становится только больше, — поддакнул Ефим.

— Понимаю. Что ж, тогда подберите надёжных специалистов, — велел я. — Обязательно попросите командира Лаврова проверить их по линии безопасности перед тем, как присылать мне резюме.

— Разумеется, — одновременно кивнули они.

Через два дня статьи, о которых предупреждал Барятинский, вышли.

«Князь, целитель, предприниматель. Найдётся ли в этом списке место для патриарха?»

Заголовок ещё выглядел вполне прилично. А вот в самой статье было много интересного. Автор перечислял мои проекты, приводил даты открытия клиник, вспоминал поездки и публичные выступления, а также личное участие в войне против Аристова. Даже подсчитал, сколько дней за последние месяцы я провёл за пределами Новосибирска.

Правда, о порталах в статье почему-то не упоминалось. Словно каждую поездку я совершал на поезде.

Затем шли вопросы: если князь Серебров лично контролирует всё перечисленное, сколько часов в сутки он работает? Если не контролирует, почему успехи предприятий неизменно связывают с его именем? Кто управляет княжеством, пока его правитель занят коммерческими проектами или даже войнами? Не станет ли Гильдия ещё одной организацией, повседневные дела которой будут переданы неизвестным широкой публике помощникам?

Я дочитал и передал телефон Дмитрию, с которым мы как раз вместе завтракали.

— Что скажешь?

Он просмотрел текст и пожал плечами.

— Честно говоря, весьма справедливые вопросы. Ты действительно стараешься участвовать во всём. Мы с тобой не раз об этом говорили.

Я вздохнул. Дмитрий был прав, и автор статьи тоже был в чём-то прав. Именно это раздражало сильнее всего — потому что бороться с правдой непросто.

А ещё меня мучил вопрос — кто заказал эти публикации? Почему-то я не думал, что это Ракитин. Возможно, Назаров? Или Корсаков, про которого меня уже предупреждали, что он шепчет гадости за моей спиной?

Я уже поручил Шраму выяснить, кто это мог быть, а заодно попросил о помощи Валерия. У него много знакомств среди столичной журналистики.

К обеду появились новые публикации.

В одной обсуждали, не получат ли предприятия «Ренессанса» преимущества после моего избрания. В другой спрашивали, может ли глава частной сети клиник беспристрастно рассматривать жалобы на конкурентов, если станет патриархом.

Особенно мне понравился материал о том, что увлечение ауральной хирургией якобы мешает мне заниматься управлением.

Увлечение, значит. Подобрали же термин.

Как и предполагалось, вскоре другие СМИ и блогеры подхватили тему. И ладно бы они просто переписали статьи изданий Ратникова — нет, они хотели узнать больше, изложить свою версию.

Запросы поступали непрерывным потоком — в редакцию «Целительского вестника», в офис «Ренессанса», в Академию и клиники. В усадьбу тоже звонили, а один журналист умудрился где-то добыть личный номер Мещеринова и без конца заваливал сообщениями через мессенджеры.

Просто отмахнуться от всего этого было нельзя. Вася и Ефим оказались правы — мне необходим личный пресс-секретарь.

И первые резюме вскоре легли ко мне на стол.

Большинство я отсеял сразу, а двоих решил пригласить на личную встречу в усадьбу.

Первый оказался спокойным мужчиной с большим опытом работы при одном из столичных родов. Говорил по делу, задавал правильные вопросы. Меня всё устраивало, пока мы не дошли до условий.

— Вы готовы принести клятву верности роду Серебровых? — спросил я.

— Клятва верности? — он поднял брови.

— Да. Вы получите доступ к закрытым сведениям, так что это необходимо.

— Ваша светлость, я думаю, что хватит соглашения о неразглашении, и я готов нести ответственность за его нарушение. Но клятву не принесу, — сдержанно ответил кандидат.

— Почему?

— Я свободный специалист, ваша светлость, и работаю по контракту. Принимать зависимость не готов.

— Понимаю. Но мне нужен человек, который будет верен только мне и никому больше, — сказал я и встал.

Мы вежливо попрощались.

Второй кандидат клятвы не испугался. Зато предложил начать с серии публикаций о том, как мои конкуренты боятся перемен.

— А на вопросы о совмещении должностей что скажем?

— Не нужно оправдываться. Следует перевести внимание на ваши достижения!

— То есть не отвечать? — уточнил я.

— Задать собственную тему обсуждения.

— А если меня прямо спросят об этом во время интервью или на встрече с магистрами?

— Можно подготовить несколько формулировок, позволяющих обойти неудобную тему, — улыбнулся кандидат.

Дальше слушать было уже неинтересно. Мне требовался человек, который поможет объяснить мою позицию, а не научит уклоняться от каждого неудобного вопроса.

Российская империя, город Новосибирск, клиника на старых землях рода Серебровых

Девочке было шесть лет.

Её звали Олеся, и сейчас она лежала на кушетке в одной из палат моей клиники, прижимая к себе потёртого игрушечного зайца, и следила за мной большими глазёнками.

— Больно будет? — спросила она.

— Во время операции ты будешь спать и ничего не почувствуешь.

— А потом?

— У тебя может немного кружиться голова. А больно не будет, обещаю, — улыбнулся я. — Когда проснёшься, я попрошу, чтобы тебе принесли мороженое, договорились?

Олеся немного подумала и кивнула.

Её привезли из другого города после нескольких неудачных попыток лечения. По записям выходило, что каждый раз целители добивались кратковременного улучшения, а затем состояние девочки ухудшалось.

У неё в мозгу была обнаружена магическая опухоль с очень странным свойством — она только росла при любом целительском воздействии.

По всему получалось так, что лечебные плетения её подпитывали. Попытки ограничить приток энергии вызывали изменения в окружающих ауральных тканях, после чего новообразование начинало тянуть энергию через соседние участки.

И располагалось оно крайне неудачно.

Повреждена была не только аура.