Кощей. Звёздные кости - Игорь Лахов

— Ага.

— Ох! Немного удовольствия, а дальше одни проблемы от него. Ладно. Что-нибудь придумаю! А… Взгляд правда сексуальный? И вот прямо «очень»?

— Иди уже, коварная соблазнительница подчинённых! — рассмеявшись, слегка подтолкнул я девушку в сторону выхода. — А то ведь на обед опоздаем!

Игриво хихикнув в ответ, Че Ён, картинно виляя попкой, первой покинула оружейку.

В столовой всё прошло нормально. Лишь только Ворон как-то подозрительно пристально несколько раз зыркнул на нас с Феей, снова демонстративно усевшейся на другом конце стола. Но командир ничего не сказал. Лишь поморщился и непонятно вздохнул, словно мысленно проматерился. Неужели просёк? Тогда намечается большая жопа.

Предчувствия не обманули.

— Пойдём-ка, прогуляемся по базе, — остановил меня, закончившего хлебать баланду, Ворон. — Проверим, салага, как ты изучил её структуру. Заодно покажу, где мы должны занять оборону в случае атаки на плацдарм.

Под ложечкой нехорошо засосало. Уж больно колючий взгляд был у начальства.

— А ты ещё и знатный кобелина, Кощей! — зло проговорил командир, как только мы отошли от построек метров на двести. — Причём такой, что смог даже Фее голову задурить! И не говори, что это не так! Я вас считал! На хрен ты к ней подкатываешь⁈

— Ничто кобелиное мне, конечно, не чуждо, — спокойно отреагировал я. — Но тут иное. У Че Ён намечался реальненький такой сдвиг по фазе. Пришлось убирать его подручными средствами. Без «хрена», разумеется. Я в курсе интимной проблемы Феи, так что далеко не лез.

— Вот даже как? — немного смягчил тон командир. — Успешно?

— Пока да. Опасность миновала. Но мы ещё работаем над этим. И не надо на меня наезжать. Лучше так, чем она с собой что-нибудь сделает.

— Может, Кощей. Я сам видел, что Че Ён в глубокой депрессии. Хотел во время ближайшего рейда её подлечить, но ты немного опередил меня. На опыте понял, что с Феей творится, или считал по-иному?

— На опыте. Но… Знаешь, Ворон. Что-то было ещё. Непонятное, — признался я. — Оттого и всполошился сильно. Хотел сначала к тебе идти, но поговорить перед этим с девочкой не мешало. Вдруг надумал себе проблему на ровном месте. Вот и договорились…

— Разумно. Но учти! Мне Че Ён, как дочь родная! С первого дня попадания в отряд её веду. Не представляешь, сколько пришлось повозиться с промытой идеологией головушкой! Если вдруг обидишь, лично пристрелю. Ты первый человек, к кому Фея так привязалась. Не смотри, что может несколько обычных здоровенных мужиков легко разорвать, не потеряв от кровищи аппетита. Сердечко имеет очень хрупкое. Если разобьётся, заново не склею уже. Сам-то что к ней чувствуешь?

— Не знаю, — честно признался я. — Она же, как котёнок с острыми коготками: и умиляешься, и затискать хочется, и одновременно опасаешься, что расцарапать может. Но от борделя придётся отказаться… Это факт… Все боги Вселенной! Дайте мне сил продержаться вечным девственником! Укрепите неутомимостью мою ладонь, если не сможете снизить гормональный фон!

— Хорошая «молитва»! Тебе теперь в самый раз такая! — хохотнул командир и уже серьёзно добавил: — Ладно. Прощён, понят и принят. Вижу, что не похотливым козлом действовал, а из самых благих побуждений. Но надеюсь, что и ты меня тоже услышал. Парням рекомендую не говорить. А то они тоже на «голодном пайке» и завидовать начнут. К тому же, если одному можно, то почему и другим нельзя попытаться? Зачем нам лишние непонятки в группе?

— Согласен. А можно про «считывание» тему раскрыть, раз уж мы тут одни?

— Всему своё время, Кощей. Потерпи до завтра. А сейчас давай реально покажу тебе, где мы в случае нападения оборону держим. Надеюсь, не придётся позиции занимать, но чем чёрт не шутит…

Как только мы вернулись в казармы, Ворон устроил ещё одну прогулку. Но не со мной, а с Феей. Из неё девушка вернулась красной, как помидор. Но, несмотря на сильное смущение, в глазах её не было напряжения. Значит, тоже хорошо с командиром поговорила. Интересно, о чём?

Хотя… Знать этого не хочу. Уверен, опять всё вертелось вокруг романтических событий в оружейке. На фига мне по сто раз их обмусоливать? Случилось и случилось. Повторится — отказываться не стану. Стоит признаться, что после этих страстных, но невинных поцелуйчиков мне тоже как-то легче стало в эмоциональном состоянии. Так что «психотерапия» была обоюдной.

На следующее утро отряд отправился во второй свой рейд по Анкире. По той же самой схеме пересекли её защитный барьер, как следует отмылись после опасного бега со стрельбой и ещё час потратили для того, чтобы отбиться от местной живности. Несмотря на то, что такого серьезного, как в прошлый выход, давления на нас не было, Краплёный умудрился получить ранение. Одна из пикирующих птиц вонзила свой острый клюв в плечо штатного балагура. Санёк просто не успел на неё среагировать, в этот момент прикрывая Фею сразу от трёх летающих тварей.

Так до конца боя и провоевал с отрубленной птичьей башкой, торчащей из тела. Благо, наша броня сработала штатно и сама ввела необходимую порцию обезболивающего препарата.

Как только атаки на нас закончились, мы устроили небольшой привал и оказали раненому помощь. Ничего страшного. Клюв хоть и пробил броню, крепко завязнув в ней, но впился в тело уже на излёте и кость не задел. Рана глубиной сантиметра в три особой сложности не вызвала. Просто залили её антисептиком и заклеили пластырем. Ну и ещё командир пострадавшему разнос попытался устроить.

— Краплёный, мать твою за ногу! Что за детский сад⁈ Когда научишься по сторонам смотреть⁈

— Вообще-то, — заступился за него Охотник, — Сашка Фею прикрывал. Че Ён сегодня какая-то сама не своя. Вместо того, чтобы строй держать, постоянно к Чаю и Кощею смещалась.

— Понял, — кивнул Ворон, быстро сворачивая тему. — Ладно. Оставим разборку на потом. Давайте, пока тихо, к первому объекту идти. Там уже и потолкуем.

Никто спорить не стал. Быстро поднявшись с травы, мы покинули гостеприимную поляну и начали активно орудовать «джедайчиками», прорубая себе путь в густых лианах.

С удивлением заметил, что Телль, незаметный молчаливый мужик то ли из Швеции, то ли из Норвегии, не принимал участия в этом энергозатратном занятии, а тащил на себе заднюю часть одного из убитых нами кабанчиков. Я тут же поинтересовался, зачем он нагрузился мясом, но