Лекарь из Пустоты. Книга 14 - Александр Майерс

Остановить кровь, применить антисептик и надеяться на лучшее? Или потратить больше маны и наложить гибридный шов?

Решать надо было быстро. Ерошин подавил нарастующую в груди панику и сказал сам себе:

— Гибридный шов.

Сосредоточиться под огнём было сложно. Особенно учитывая, что на этот раз взрывы были настоящими, а не учебными. Но Владимир справился — гибридный шов лёг как положено.

Гвардеец судорожно вздохнул и открыл глаза. Под действием шва он мог продолжить сражение, но Ерошин ткнул в другого раненого, который лежал рядом:

— Помоги перетащить под щит!

— И побыстрее, — процедил Скворцов.

Гвардеец кивнул, и вместе с Владимиром они перетащили раненого под барьер. После этого гвардеец ползком отправился за третьим раненым.

Ерошин склонился над бойцом. Несколько ледяных осколков пробили защиту и вошли в грудь и живот. К счастью, повреждены были только мышцы, до органов осколки не достали.

— Что там? — спросил Пётр.

— Сейчас…

Ерошин заставил себя сосредоточиться. Вколол бойцу восстанавливающий эликсир, затем поочерёдно вытащил осколки и остановил кровь.

К тому времени гвардеец принёс третьего раненого. Из его плеча торчал обломок льда, который постепенно таял, смешивая воду с кровью. Повезло: крупные сосуды не были задеты.

— Долго ещё? — Скворцов тяжело дышал.

— Последний, — ответил Ерошин, чувствуя, как от недостатка маны стало холодно в груди.

В этот момент щит Петра не выдержал и разлетелся. Скворцов вскрикнул и упал на землю, обхватив голову руками. Их предупреждали о таком — когда рушится заклинание, на котором ты концентрируешься, будет откат. И это как минимум неприятно.

Неподалёку взорвалась очередная мина, и осколки просвистели над головой. Ерошин бросил взгляд на стонущего друга, убедился, что тот жив, и вернулся к раненому.

Над ними развернулся другой барьер, и рядом вдруг появился командир отряда.

— Уходите! Там машины подтянули, раненых примут! — приказал он.

Владимир закончил плетение, прежде чем ответил:

— Мы останемся.

— Слишком опасно!

— Мы останемся, — эхом добавил Скворцов, доставая из разгрузки бутылёк с «Симбиозом-два».

Командир покачал головой, но спорить не стал.

— Только под пули не лезьте. Щит артефактный, мины выдержит, — он ткнул пальцем в барьер.

Боевые маги отряда Серебровых выпустили залп из нескольких огненных шаров. Громыхнуло, и раздался возглас:

— Миномёты накрыли!

Но радоваться было рано.

Внизу, возле укрепления, Строговы оказались под огнём с двух сторон. Часть успела укрыться за земляным валом, остальные залегли на открытом участке. Над ними мерцал щит, который с каждым попаданием становился всё тусклее.

Люди в чёрном двигались вдоль склона, стараясь зайти им во фланг. Гвардейцы Серебровых стреляли по ним, но противника прикрывали складки местности и переносной артефактный барьер.

Владимир увидел, как один из Строговых выскочил из-под щита, чтобы оттащить товарища. Пётр тоже это заметил.

Он шагнул вперёд, к самому краю защитной сферы, и выбросил руку. Над бойцом, спасающим соратника, появился новый барьер. По нему сразу застучали пули. Скворцов пошатнулся, а затем и вовсе рухнул на одно колено, но продолжал держать щит.

Ерошин посмотрел вниз и увидел, как противники разворачивают в их сторону боевой артефакт. Это был не просто жезл или ещё что-нибудь, а большое устройство на треноге, которое могло ударить так, что мало не покажется.

Владимир не стал ждать. Он покопался в разгрузке одного из раненых, отыскал там порцию «Импульса» и выпил её.

Эликсир подействовал почти мгновенно. Правда, ощущения были далеко не приятными — такое чувство, будто проглотил горячий уголь. Неудивительно — эликсир был рассчитан на применение боевыми магами, а Ерошин был им только отчасти.

— Надеюсь, дар не пострадает, — пробормотал он себе под нос, создавая огненное заклинание.

Струя пламени пролетела над полем боя и ударила прямо в артефакт врагов. Кристалл в нём ярко вспыхнул, а затем взорвался. Расчёт разлетелся в разные стороны.

— Лекарь! — крикнули где-то сбоку.

Пётр к тому времени развеял щит над Строговыми повернулся на возглас.

— Вова, там командира ранили!

— Ну так побежали, — ответил он.

Они, пригибаясь, бросились на голос. Командир лежал и матерился сквозь зубы, затягивая жгут на простреленной ноге. Рядом с ним боец вёл огонь по противнику.

— Я же вам сказал не вылезать! — рявкнул он, когда Скворцов и Ерошин оказались рядом.

— У нас другая работа, — невозмутимо ответил Владимир, уже создавая плетение.

Вдвоём с Петром они быстро остановили кровь и стабилизировали состояние командира. У того оказалась пробита бедренная артерия, и шансов выжить без помощи лекарей было немного.

Бой ещё продолжался, но теперь противник уже не мог зажать Строговых у укрепления. Гвардейцы Серебровых заняли склон, а бойцы союзного рода развернули часть сил против людей в чёрном. Штурмовая группа Строговых тем временем прорвалась в лагерь контрабандистов.

Вскоре стрельба постепенно стихла. Кто-то по рации сообщил, что укрепление взято. Следом донеслось, что двоих из людей в чёрном захватили живыми.

Но когда бой закончился, Владимир вдруг понял, что для него и Ерошина всё только началось. Среди бойцов Строговых было много раненых, их лекарь не справлялся в одиночку. Поэтому прошло ещё не мало, прежде чем измождённый Ерошин смог сказать:

— Закончили.

— Угу, — промычал сидящий рядом Скворцов. Лицо у него было серым, как бетон.

— Ты как?

— Хреново. Но зато живой.

— Да. Это уже неплохо, — Ерошин лёг на траву и закрыл глаза.

Его накрыла чья-то тень. Он открыл глаза и увидел над собой офицера Строговых. Владимир попытался встать, но офицер велел:

— Лежи. Молодцы, парни. От лица рода благодарю за помощь.

— Пожалуйста, — хрипло ответил Ерошин.

— Вам самим помощь нужна?

— Не-а. Если только у вас нет здесь кровати и чего-нибудь сладкого, — ответил Скворцов.

— Держи, — офицер достал из кармана шоколадный батончик и протянул ему.

— Эй, мне оставь! — еле шевелясь, попросил Владимир.

— Для тебя тоже есть, на, — офицер протянул ему другой батончик.

— Спасибо.

— Вам спасибо. Отдыхайте.

Ерошин откусил сразу половину шоколадки и снова упал на траву.

Они справились. Помогли гвардейцам, спасли раненых, сами остались живы. И теперь гораздо лучше понимали, что им многого не хватает.

— Вернёмся — начну бегать, — сказал Скворцов.

— Чего?

— Бегать. Если мы хотим быть боевыми лекарями, нам нужна хорошая форма.

— А… Ну да. Я с тобой, — произнёс Владимир.

— Конечно, со мной. Или ты думаешь, я один собираюсь мучиться? Нет уж, Вован, страдать будем вместе…

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Скворцов и Ерошин вернулись сиюящие, как два начищенных самовара. Такое ощущение, что они побывали не на боевой операции, а в элитном отеле на курорте.

Я уже выслушал доклад командира и знал, как всё прошло. Теперь хотелось послушать самих учеников.

Рассказывал в основном Владимир, Пётр время от