Погоня за судьбой - Ди
— Хотела бы я знать, что находится в том футляре, — протянула я, глядя вниз, на бескрайнюю водную гладь.
— Поверь мне, Лизуня, ты бы не хотела, — ответил Марк. — Люди не зря просят, чтобы их посылки не вскрывались. Зачастую в запечатанных контейнерах лежит то, что изменит жизнь курьера навсегда. Вещь, которую будет невозможно развидеть…
— А ведь заказчик упоминал экспедицию «Голиафа» на ЕН-9173, — вспомнила я. — А об этой экспедиции когда-то писали — это был один из первых гиперпрыжков к мёртвой экзопланете. Там ещё нашли саркофаг с человеческими эмбрионами. «Подкидыши» — так их назвали. Помнишь ту историю?
— Про шестилетних «подкидышей»? — Марк покосился на меня поверх солнечных очков. — Было что-то такое. Тогда ещё говорили, что это несмешной розыгрыш медико-биологов из экипажа. Потом все новости разом пропали, даже кэш интернета зачистили.
— А корабль сразу же отдали военным, — кивнула я, — и теперь испытания двигателя под грифом… Неспроста убрались, да так, что теперь никто даже не вспоминает.
Марк коротко кивнул, и в бликах его солнечных очков мелькнуло солнце, а за обтекателем во все стороны убегал бескрайний океан.
— Неужели тебе не любопытно, что было внутри футляра? — спросила я.
Марк назидательно поднял вверх указательный палец:
— Здоровый интерес, сестрёнка — это ещё один хороший повод не вскрывать чужие посылки.
Тот футляр всё ещё стоял у меня перед глазами, и было что-то в его форме необычное. Саркофаг в миниатюре. «Интересно», — думала я. — «Что же там внутри такое, и как это связано с эмбрионами с далёкой планеты? И… может, они уже выросли и сейчас ходят где-то среди нас…»
Неожиданно в салон планера ворвался голос дяди Вани:
— Дети, как ваши дела?
— Хорошо, дед, летим обратно, — ответила я.
— Двигайте к Фиджи, что к востоку от вас, — прострекотал динамик. — Я выдвигаюсь вам навстречу, и примерно через час встретимся. Есть срочная работа.
— Принято, меняем курс, — отрапортовал Марк и принялся вводить в автопилот новую программу.
Я вновь машинально покосилась на индикатор заряда аккумуляторов. Пока что волноваться было не о чем, однако планы менялись прямо на ходу — и кто знает, что ждёт нас впереди? Одно я уже поняла точно — в этой работе нужно было уметь быстро адаптироваться к изменчивой ситуации…
* * *
… — Итак, запомнила? — спросил Марк.
— Да. — Я похлопала себя по карманам, проверяя, на месте ли инструменты и фальшивое удостоверение, с пылу с жару изготовленное дядей Ваней. — Я — инженер-теплотехник родительской компании с инспекцией. Ты — сетевик.
— Хорошо. Скажи что-нибудь на теплотехническом, — приказал Марк, оглядывая свою форменную одежду — размер был великоват, и униформа сидела на нём мешком.
— Бесканальная прокладка, редукционно-охладительная установка, быстрые нейтроны… Водоструйный… Как его… Эжектор, вот! — Я многозначительно подняла вверх палец.
— Актриса из тебя неплохая, так что я уверен — у тебя всё получится, — приободрил меня Марк.
Впереди, на горизонте проявлялась тёмная береговая линия. Цель приближалась.
Нашей задачей было проникнуть на охраняемую территорию дата-центра одного из крупных хостеров, чтобы похитить информацию. И не просто похитить, а вырезать с последующим удалением — но для этого нам нужен прямой доступ в серверную. И снова, как обычно, мы не знали, что это за информация. Был лишь индекс стойки да адресация, по которой можно было вычленить нужный фрагмент данных.
Дядя Ваня остался позади — его корабль, вероятно, уже вышел на низкую опорную орбиту. За полчаса подготовки, предшествовавшие вылету, мы успели получить вводную, заменить аккумулятор на Шинзенги, переодеться в техников и кое-как выучить несколько профессиональных терминов…
— Слушай, а почему именно теплотехник? — спросила я.
— Потому что в дата-центре своя автономная система охлаждения, и её тоже нужно инспектировать. — Марк развёл руками. — Кроме того, кому будет интересен скучный сетевик, когда на проверку заявится молодая красивая девушка?
Я улыбнулась.
— Спасибо, Марк, мне очень приятно.
Нечасто можно было услышать от него комплимент — и от того, как он это делал, неизменно теплело на душе.
— Так что, если я не туда воткну кабель — последствия будут едва ощутимыми, — продолжал он. — А вот если юная раззява похерит охлаждение целого комплекса — тогда проблем не оберёшься. Поэтому на тебя, как на королеву бала, будут обращены все взоры, а я останусь незамеченным…
«Похвалил так похвалил — молодец, ничего не скажешь». Зардевшись, я насупилась и отвернулась к окну. Под нами проплывал зелёный травянистый ковёр, а впереди уже маячил ансамбль зданий. Словно неприступная крепость, отдалённый от цивилизации на добрый десяток километров, дата-центр вырастал посреди холмов…
* * *
… — Ох, я аж употела вся, — пропыхтела я, устраиваясь на пассажирском сиденье и стягивая с головы оранжево-жёлтую форменную кепку. — Они, кажется, глазами дыру на мне протёрли. Хорошо, что никому в голову не пришло копнуть поглубже и связаться с управляющей компанией, а то пришлось бы нам несладко… К чему такие сложности, Марк? Почему нельзя просто скачать данные по сети?
— Сейчас дата-центр отключён от внешнего мира, — ответил тот, пряча за пазуху кристаллический накопитель. — Там какие-то тёрки с арендодателем, долги… Вдобавок ко всему кто-то регулярно обрубает им штатное электричество — то ли террористы, то ли это элемент рэкета. А клиенту нужен бесперебойный доступ к информации…
Машина поднялась в небо и понесла нас на северо-запад, в сторону японской Нагои. Монотонная водная гладь проносилась под нами, справа собирались белоснежные кучевые облака, похожие на мягкие округлые горы сахарной ваты, а слева к линии горизонта спускалось оранжевое закатное солнце. Дорога была долгой, так что я устроилась поудобнее на большом кожаном сиденье, свернулась калачиком и прикрыла глаза…
… — Лизуня, приехали. — Марк потряс меня за плечо. — Наша остановка…
Глайдер стоял на ровной поверхности. Ночное небо искрилось звёздами, а прямо за стеклом планера лёгкий ветерок шумел среди розовых пышных лепестков сакуры. Дверь машины поднялась, и я, кое-как продрав глаза, выбралась наружу. Мягкий свет фонарей выхватывал из полутьмы фонтан, а на поверхности воды крошечными корабликами плавали карминные лепестки.
Над короткой, укрытой деревьями аллеей возвышался огромный каменный особняк. В высоких сводчатых окнах его первого этажа горел свет.
Марк уверенно зашагал по брусчатке, и я последовала за ним. Только сейчас я заметила, что в тени деревьев чуть поодаль бродят несколько охранников, ещё один