"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Барон Алексей Владимирович

…Пересевшие на ослов и облачившиеся в наши лохмотья рыцари старались держаться с привычным достоинством, что немедленно вызвало наш с Грошем неудержимый хохот.

– Что такое? – надменно поинтересовался Ламберт.

Стаффорд, чертыхаясь, пытался справиться с ослом, неожиданно потерявшим желание идти дальше.

– Я нижайше извиняюсь, милорд! – давясь от смеха, сказал Грош. – Но, ей-богу, сделайте лицо попроще. Опустите взгляд, сгорбитесь…

– Это еще зачем? – Ламберт сердито дернул плечом.

– Ну, как бы вам это сказать, ваша милость… – осторожно проговорил я. – В вас же за сто шагов аристократа видать! И осанка у вас чересчур благородная. Господина Стаффорда это тоже касается.

– Боюсь, что вы в доспехах выглядите не лучше! – сердито бросил Стаффорд, продолжая усмирять осла.

– Ваша правда, господин рыцарь! – сказал Грош. – В рыцарских доспехах я чувствую себя как в комнатушке на постоялом дворе: и пусто, и темно, и страшно, что кто-то чужой притаился рядом! Чтобы выглянуть из шлема, приходится подпрыгивать! Меня преследует непреодолимое желание поджать под себя ноги и спрятаться в правой перчатке…

Тут и Иноэль не выдержала, звонко и от души рассмеявшись. Смех ее заставил улыбнуться и чересчур чопорных рыцарей. И вскоре они несколько освоились, довольно ловко притворяясь странствующими торговцами.

К тому времени Грош уже раздобыл где-то мула и одежду для Иноэль, и мы разделились, от души пожелав друг другу удачи.

Если бы тогда я знал, какие испытания станут следствием этого замысла, – ни за что не согласился бы на эту глупость!

А тогда мы от души развлекались с приятелем, думая, что все наши беды уже позади и вскоре нас ждет столица и заслуженная награда.

Себастьян проснулся мгновенно – но еще некоторое время не решался открыть глаза, не будучи уверенным, что все происшедшее с ним – не просто сновидение. Наконец очень осторожно приоткрыл глаза и огляделся.

Сердце приятно замерло в груди – и продолжило бег учащенно.

Свершилось!

Он впервые проснулся в покоях Великого Инквизитора! Его так и оставили здесь, на диване в кабинете почившего Иоганна IV, не решаясь беспокоить раненого защитника великого мученика Церкви. Рана и впрямь продолжала болеть, но это неизбежная жертва во имя власти.

Ведь всем известно, как Церковь и люди любят мучеников! Не пострадай он во имя иллюзорного спасения Иоганна – и отношение к нему было бы совсем другое.

Но он, Себастьян, отважно закрыл собою умирающего Великого Инквизитора – и именно так напишут об этом в летописях!

Себастьян тихо рассмеялся и со стоном поднялся с дивана.

Нога разболелась сильнее. Надо бы обратить внимание лекарей: теперь это самая значительная рана в Империи!

Впрочем, не важно…

Прихрамывая, Себастьян добрался до огромного стола. Здесь все было знакомо – до мелочей. Каждая бумага проходила через его руки, каждая подпись и печать имела известный ему смысл. Но никогда еще не доводилось смотреть на все это с другой стороны…

Себастьян медленно, почти торжественно опустился в кресло Великого Инквизитора.

О, как долго же он ждал этого момента! Сколько бессонных ночей, тревог и сомнений! По правде говоря, он давно уже стал тенью высшего лица в Священной инквизиции. Но что такое быть бесплотной тенью по сравнению с ролью Самого?!

Но главное даже не в этом. Ведь это – лишь начало пути к власти.

К абсолютной власти.

Себастьян поднял со стола темный колокольчик, коротко позвонил. В кабинете бесшумно возник референт. Себастьян внимательно вгляделся в его унылое лицо: он долго готовил себе этого послушника, тщательно проверял каждый его шаг – но неизвестно, что сделает с ним подобный взлет в иерархии Магистрата? Надо будет со всей серьезностью подобрать помощников и тщательно контролировать их – чтобы избежать печальной участи Иоганна. А пока следует очистить ряды инквизиции от всех сомнительных и неугодных лиц.

– Как идут аресты? – сухо поинтересовался Себастьян. – Нашли уже заговорщиков? Стрелка поймали?

– Аресты производятся в соответствии со списком, – флегматично сказал послушник. – Стрелка поймать пока не удалось…

– Я думаю, стрелка НАДО поймать, – твердо сказал Себастьян. – Кто бы он ни был. Оставить такое преступление безнаказанным нельзя – это опасно для инквизиции!

– Правильно ли я понял… – проговорил послушник, чуть округлив глаза.

– Правильно, – сказал Себастьян. – Если поймать стрелка не удастся – найдите другого и сдайте экзекуторам для дачи признательных показаний. Разумеется, он не должен дожить до суда.

– Понял… – проговорил послушник, опуская взгляд.

– Замечательно! – улыбнулся Себастьян. – Что-то мне подсказывает – вас ожидает прекрасная карьера, брат мой! Какие еще новости?

– Патриарху уже вручено письмо Императора с предложением избрать вас Великим Инквизитором. Сегодня состоится чрезвычайный консилиум. Думаю, других кандидатур, достойных более вас, не будет…

– Вы обладаете удивительным свойством приносить благие вести, брат мой. – Себастьян расплылся в улыбке. – Великий Инквизитор не забудет этого…

Послушник смиренно поклонился.

– Ладно, к делам, – сказал Себастьян, меняя тон на более сдержанный. – Необходимо срочно провести одно очень важное для нас дело.

– Слушаю… – Послушник весь обратился во внимание.

– К столице приближается небольшой отряд во главе с неким Ламбертом. Я подозреваю, что он как-то связан с заговорщиками. Поскольку я не уверен до конца и вместе с ним следует один юный, но весьма родовитый рыцарь, мне не хотелось бы попасть впросак, а потому его имя не внесено в списки заговорщиков. И главное – с ними должна быть девушка. Она является ключевой фигурой заговора. Всех их необходимо схватить и тайно доставить в Магистрат. Причем только девушка нужна мне живой…

– Понимаю… – послушник сдержанно склонил голову.

– Вы все ловите на лету, это похвально… – разглядывая подчиненного, проговорил Себастьян. – Выполняйте!

Отец Себастьян неторопливо шел темными коридорами Магистрата. Это было новое чувство – чувство хозяина этих стен, повелителя сеющих страх инквизиторов. Ему удалось перейти на новую ступень – теперь он сам сеет страх среди мрачных обитателей Магистрата.

О, страх – великое чувство, заставляющее крутиться шестеренки неповоротливой и безжалостной машины власти! Империя забыла, что есть истинный страх, пора напомнить ей об этом чувстве, бодрящем, заставляющем острее чувствовать жизнь и быстрее, быстрее двигаться вперед!

Здесь, в подвалах Магистрата, собрались подлинные знатоки страха. Педантично и планомерно они изучают людской страх, тщательно записывая наблюдения в протоколы допросов. Экзекуторы – мастера выворачивать наизнанку человеческую душу, мастера боли, перед лицом которых содрогнулись бы от ужаса самые жуткие демоны. А потому задуманная Себастьяном чистка не коснулась этой особенной касты служителей Магистрата.

Именно сюда, в темные подвалы, и шел Себастьян. Здесь, в большой пыточной камере, сырой и темной, с капающей с потолка водой, он жаждал узреть самое приятное зрелище, какое только был в состоянии вообразить.

Зрелище мести.

Экзекутор быстро полез из-за стола, подскочил и писарь, огромный палач в грязном кожаном фартуке неуклюже поклонился: нечасто лицо, равное самому Великому Инквизитору, нисходило до этой грязной рутины. Но теперь, наверное, пришли новые времена: здесь все знали – отец Себастьян не брезгует принимать личное участие в допросах и пытках.

И сейчас он стоял, любуясь сладкой картиной: страхом и муками своего врага.

Заурус висел на цепях, прикованный к каменной колонне, подпирающей свод. Ноги уже не держали его, редкие липкие волосы спадали на глаза, лицо покрывали подтеки запекшейся крови.