Борис Карлов - Снова на Луне

Стрелка несколько раз медленно обошла постройку, рассматривая её так и сяк, остановилась и после томительной паузы сказала:

— Годится.

— Ура-а-а!!! — разнёсся торжествующий хор, в котором выделялись басистые голоса Винтика, Шпунтика и Незнайки.

В Цветочном городе тоже вовсю шла подготовка к новогоднему празднику. На Огурцовой реке обустраивали каток с аттракционами и иллюминацией, сколачивали горки и фанерные теремки для угощений, а Пилюлькин и ещё несколько разбиравшихся в химии малышей изготовляли ракеты для фейерверка — гвоздя предстоящей программы.

Выпавший накануне большой снег накрыл реку таким толстым слоем, что о расчистке не могло быть и речи. Было решено залить каток прямо на поверхности наста, это делали уже раньше, и никто не опасался, что затея может провалиться в буквальном смысле.

После заливки на снегу образовался огромный ледяной блин, под которым рыли замысловатые лабиринты. Оттуда были видны находившиеся на катке коротышки, а те в свою очередь видели плутавших подо льдом искателей приключений.

Пока светило солнце и все трудились на реке, в известном нам доме на улице Колокольчиков оставался один только Пончик, поскольку у него, как он сам объяснял, болела спина. Незнайки никто не хватился, потому что все решили, что он уехал в Змеёвку вместе с Винтиком и Шпунтиком. В сущности, примерно так оно и было.

Оставшись один в доме, Пончик основательно перекусил, часика четыре всхрапнул, снова перекусил, снова поспал и, чувствуя уже в голове полнейшую одурь, принялся бесцельно бродить по дому, хлопая дверьми и заглядывая в чужие комнаты. Надо было как-нибудь скоротать время до темноты, когда можно будет отправиться на реку и принять участие в празднике — покататься с горок, поглазеть на фейерверк и, самое главное, хорошенько перекусить в специально оборудованных для этой цели теремках.

Пончик зашёл в первую комнату и огляделся. Знайка уже почти месяц находился в Каменном городе, и можно было не опасаться, что хозяин вдруг застигнет его.

Повсюду здесь — на столе, на стульях, на полках, на полу и на подоконнике — пылились стопки «умных» справочных, научных и познавательных книг. Пончику, прочитавшему в жизни только одну книгу (кажется, она называлась «Похождения весёлого поросёнка Шлёпа»), от такого скопления научной мысли стало не по себе.

Он несколько раз чихнул и собрался уже выйти, но напоследок из любопытства выдвинул верхний ящик письменного стола. Среди прочего там лежала надкусанная плитка шоколада. Пончик отломил кусок, сунул в рот и вышел.

В комнате Винтика и Шпунтика всё было завалено и заставлено чертежами, набросками, моделями и вообще всякой технической всячиной. Здесь пахло клеем, и Пончик, ничего интересного для себя не обнаружив, вышел в коридор.

Постояв некоторое время в раздумье, он вернулся в комнату Знайки, достал из ящика шоколад, отломил ещё кусок и сунул в рот.

На втором этаже он побывал в комнатах Сиропчика, Авоськи и Небоськи, Торопыжки и Растеряйки, но также ничего интересного не обнаружил, хотя удалось скоротать время: солнце уже опускалось за горизонт, наступал вечер.

Напоследок он заглянул в комнату Незнайки, где, кроме тумбочки, кровати и полки с книжками про чудеса и приключения, ничего не было. Собираясь выходить, Пончик заметил на полу листок бумаги с какими-то каракулями. Он подобрал его и стал читать:

«Ухожу от вас на всегда. Может быть я замёрзну в лесу и не вернус. Но вы обомне не беспокойтесь. Досвидание».

Пончик сразу узнал Незнайкин почерк и ужаснулся.

— Вот тебе и весь сказ… — пробормотал он. — Стало быть, он не уехал в Змеёвку, а уже вторые сутки блуждает где-то в лесу…

Он спрятал бумажку в карман, спустился вниз и в чрезвычайном волнении доел плитку шоколада. Почему-то самой первой его мыслью было не поднимать тревогу, а, наоборот, уничтожить записку и остаться, таким образом, совершенно непричастным к этому страшному делу. Потом он сообразил, что ещё лучше положить записку на место, чтобы её нашёл кто-нибудь другой… Он сунул в карман шоколадную обёртку, шагнул в дверям и… столкнулся со Знайкой.

— А!! — крикнул Пончик, и лицо его перекосилось от страха.

Знайка от неожиданности тоже отпрянул.

— Ты чего орёшь? — сказал он, разглядев Пончика. — Совсем одурел от безделья?

Попав в щекотливое положение, Пончик моментально придумал, как выкрутиться:

— А я вот… зашёл поздороваться. Узнал, что ты здесь.

— Как же ты узнал?

— Так, слышал…

— От кого же ты слышал?

— Говорили…

— Ну и как, поздоровался?

— Так вот… здравствуй.

— Здравствуй, здравствуй. Значит, здесь всё в порядке?

И тут начались вещи, не поддающиеся объяснению.

— Нет, — неожиданно для самого себя сказал Пончик и нахмурился. — Всё не в порядке. Всё очень, очень не в порядке. — И он протянул Знайке шоколадную обёртку.

На самом деле Пончик хотел отдать записку, но в голове у него всё смешалось, и он сунул руку не в тот карман.

— Вот, сейчас нашёл в Незнайкиной комнате…

Знайка несколько мгновений рассматривал обёртку. Обладая хорошей памятью даже на несущественные детали, он узнал свою шоколадку. И он подумал, что Пончик ябедничает на Незнайку.

— Что это? — спросил он строго.

Потупив глаза и не замечая своей ошибки, Пончик горестно причитал себе под нос:

— Вот ведь как оно бывает… А ведь все к нему хорошо относились, и чего на него нашло вдруг? Если бы раньше заметили, могли бы спасти, а он зачем-то под кровать положил…

— Ты что несёшь? — Знайка повысил голос, его так и подмывало влепить Пончику подзатыльник. — С чего это он будет шоколадные обёртки под кровать прятать?

Уловив в голосе собеседника нотки, не соответствующие драматизму происходящего, Пончик быстро поднял глаза и понял свою ошибку. Он захлопал по карманам, выхватил из рук Знайки обёртку и дал ему записку.

Прочитав её, Знайка, не говоря ни слова, вышел. Потом стало слышно, как он говорит с кем-то по телефону. В дверях комнаты появилась приехавшая вместе с ним Клюковка-Огонёк, и это стало для Пончика ещё одной сильной неожиданностью.

— Привет, герой, — сказала она доброжелательно. — Что это он так разволновался?