Ольга Онойко - Море Вероятностей

«Нормальненьких тут нет», — сказал как‑то Боцман, один из системных архитекторов. Он имел в виду Лаборатории, но это было справедливо для всех. Немыслимые возможности декомпенсировались психическими расстройствами.

Сплетник Ледран болтал много чепухи, но иногда говорил важные вещи. Вася вспомнил, как он рассказывал про Старика. Про Старика вообще много чего рассказывали, директор Лабораторий и ректор Института был, наверное, самым загадочным из архитекторов. Говорили, что в юности он участвовал в какой‑то огромной войне, что он был рядовым пехоты и с тех пор сохранил в сердце огромное сострадание к простым людям, и никто, даже Ворона, не может постичь его доброты. Говорили, что это он создал Лаборатории: не только организацию и локус для неё, но саму необыкновенную атмосферу, дух преданности труду и науке, искренности и дружбы. Что лишь уважение, которое испытывают к нему сотрудники, держит их вместе. Говорили, что Хайлерт превосходит Старика как теоретик, а Ящер – как практик, но у Старика есть нечто особенное, для чего даже архитекторы не придумали ещё названия. «Старик сказал, — передал Ледран, — что у них множество проблем, к которым они даже не знают, как подступиться. Их очень мало. У них почти нет ресурсов. Он сказал, что архитекторы стоят перед фронтом работ, который не по силам даже тысячам таких, как они. Они, честно говоря, все нездоровы. Они находятся в положении первых людей на Земле – ничего не зная и не умея, посреди огромного непознанного мира, полного опасностей». Вася мудро заметил, что всё развивается по спирали, и Ледран согласился:

— Спираль. Поэтому‑то архитекторы так хотят, чтобы их стало больше. А поскольку половым путём они не размножаются…

— А они, кстати, пробовали? – ехидно спросил тогда Вася.

Ледран покачал головой.

— Пробовали. Если повстречаешь случайно где‑нибудь Артурчика – не дразни его.

Вася озадачился.

— Кто такой Артурчик?

— Артур Лаунхоффер, — печально сказал Ледран, — биологический ребёнок Ящера и Вороны, ни силы, ни гений, ни даже индекс реальности родителей не унаследовал.

Вася потом долго думал о нём. Пытался представить, каково это – быть сыном двух архитекторов. Ничего не придумал.

Закончив с досье, он некоторое время перебирал окна ЛаОси. Иногда память откликалась. Возвращались дни учёбы: многословные рассказы Ледрана, лекции Уфрили или холодные пояснения Заклёпки, и Вася узнавал типы данных. Динамическая карта напряжений; информационные интрузии Систем Контроля и Управления; дерево имён сегментатора; метрики потенциалов; отчёты о колебаниях опорных контуров… Порой он замирал и грыз губы от напряжения, вспомнив лишь термин и силясь восстановить его смысл. Он уже решил, что отправится в Лаборатории за советом, но тут требовалась подготовка. Аналитики не любили отвлекаться от работы. Все вопросы на них нужно было вываливать сразу и не тянуть время, иначе они могли заскучать и уйти. Вася связался с библиотекой оперативного отдела и попросил отчёты об успешных задержаниях. Где‑то там по категории успешных проходило и его первое дело – трижды проклятая история семейства Обережей, в которую Полохов угодил, как кур в ощип. Кривясь от неприятных воспоминаний, Вася листал файлы, проматывая сразу к финалу – к описаниям прямых столкновений. Оперативникам нечасто доводилось заканчивать погоню мирной беседой.

Все работали по–разному, а степень вмешательства зависела от уровня хакера – это Вася знал и так. Рекомендовалось отключить СЭТ–комплексы, но делать это непосредственно перед задержанием, потому что объекты видели смыкание пространства и сразу впадали в панику или ярость. Вася поёжился, дочитав до этого. Некоторых не могли остановить сразу, они проламывались сквозь живую плоть вероятностей и, пытаясь скрыться, разрушали всё на своём пути. Заклёпка тогда бросалась за добычей как слон через кусты, предпочитая поймать хакера как можно скорее и неважно, какой ценой… Кому‑то удавалось провести задержание чисто физическими, силовыми методами. Кто‑то задумывал и осуществлял хитрейшие загонные охоты, оттесняя жертву на сотни градусов ниже хайлертовой границы, где трудно было не то что действовать, но даже просто существовать. Самому Васе посчастливилось выстроить единственную настоящую комбинацию с использованием дыр ЛаОси: он сумел назначить хакера исполнителем приложения, которому до того принадлежал Анис. Но Анис добровольно согласился утратить функциональность, друзей и родину, он слишком ясно видел варианты будущего – и, кроме прочего, он был не единственным администратором верхнего уровня в своём локусе.

Полохов остро сомневался, что Амирани будет настолько покладистым.

Пришли Никсы. Демоны смотрели серьёзно: сомкнули пасти, навострили уши, шагали пружинисто и чуть ли не лапа в лапу – Белая носом к кончику хвоста Чёрной. В глазах Никс плавилось алое и жёлтое свечение. Они долго размышляли, колебались, анализировали и в конце концов сделали вывод, что местный админ верхнего уровня – человек опасный. Верные Никсы должны сохранять неусыпную бдительность, зорко следить за подозрительным гостем и беречь хозяина, не щадя живота своего. Вася посмотрел на собак с нежностью. Никсы подошли к нему и уселись рядом, с двух сторон, напряжённые и внимательные.

— Мы его нашли, — сказал он Амирани, — и это полдела. Но вторая половина дела намного сложнее. Во–первых, мы не знаем, на что Йирран способен. Локус–хакеры бывают очень разными. Кто‑то из них – живность довольно мелкая, хватит моих собак, чтобы взять такого. А кто‑то по возможностям приближается к архитекторам.

— И ты не в состоянии разобраться сразу? – осведомился Амирани с расслабленной ехидцей.

— Нет.

— Опасная у тебя работа.

— Спасибо, что напомнил, — огрызнулся Вася. – Между прочим, мы сюда тебя же защищать явились.

— Да ну? – администратор одарил его ещё одной тигриной улыбкой. – Боюсь, я бы и сам разобрался.

— Скажи лучше спасибо, что тебе не придётся, — Полохову наконец надоело прогибаться. – Если Йирран окажется примерно того же уровня, что тот парень, который здесь уже погулял, с ним не справлюсь не то что я, но и все оперативники разом. А тебя он просто не заметит.

Амирани пожал плечами, не переставая улыбаться.

— Вася, — подал вдруг голос Анис, — иногда мне бывает удивительно. Если локус–хакеры могут представлять такую опасность, почему, например, Ящер не отправит за ними одну из своих собак?

Чёрная Никса покосилась на него.

— Потому что некоторые из них могут переписать настройки даже собаке Ящера, — Вася дёрнул головой. – И если какой‑нибудь Чинталли заполучит себе в коллекцию оригинального Ликвидатора, то разбираться с ним придётся самому Ящеру. А ему некогда. Он работает.