Изаура и Алваро - Бернарду Жуакин да Силва Гимарайнш

Мужчины пожали друг другу руки в знак совершенной сделки и продолжили беседу. Хорхе предложил Леонсио переночевать в его доме, и тот вынужден был согласиться, дабы не прослыть неблагодарным гостем.

Весь вечер приятели расхаживали с винтовками в руках по владениям Хорхе Менендеса. Леонсио беззаботно постреливал зазевавшихся тушканчиков и совершенно не подозревал о том, что происходило в это время на его фазенде.

Мигел лесами пробирался к хижине Жануарии. Он шел осторожно, пригибаясь и прячась за деревьями, стараясь не попасться на глаза вооруженным охранникам. Жералдо предупредил его, что Леонсио создал «оборонительный» отряд и раздал наемникам фотографии Мигела. Старик знал, что если его обнаружат, то, не раздумывая, пристрелят на месте. Мигелу повезло, никто не встретился на его пути, и вскоре после захода солнца он уже стучался в крошечное окошко лачуги, где обитали добрая негритянка и любимая дочь Изаура. Никто не отвечал. Старик постучал еще раз и вскоре услышал лязг отодвигающегося засова. Мигел с быстротой благородного оленя заскочил в дом.

— Радости Изауры не было предела.

— Отец! Милый мой отец! — Девушка бросилась родителю на шею. — Ты смог убежать из тюрьмы?

— Нет, доченька. — Мигел крепко сжимал Изауру в своих объятиях. — Меня оправдали и выпустили на свободу. И все благодаря доктору Жералдо, которому пришлось потратить на это немало сил. Как тебе жилось все это время?

— Ох, отец, если обо всем рассказывать, то целого дня не хватит.

— Настал конец твоим мучениям! Я пришел за тобой. Нас ждут в Кампусе друзья, они спрячут нас и позаботятся, чтобы мы были в безопасности.

— Отец, но я не могу покинуть Алваро! Леонсио держит его в том самом подземелье, где он когда-то истязал меня.

— Ах, Леонсио... Продолжает зверствовать, мерзавец... Ну ничего, настал момент для расплаты. Он сейчас у себя в доме? — спросил Мигел у Жануарии.

— Нет, хозяин куда-то уехал сегодня утром, — ответила толстуха.

— Прекрасно! — Мигелу в голову вдруг пришла какая-то мысль. — Это очень хорошо, что Леонсио нет на фазенде. Я воспользуюсь случаем и попробую вытащить Алваро из темницы.

— Я с тобой, отец! — воскликнула Изаура.

— Нет, доченька. Ты останешься здесь. Как только Алваро будет свободен, мы убежим. Мой друг Хесус все приготовил для побега, он ждет нас на берегу реки. Главное — не встретить в лесу охранников... Жануария, у тебя есть что-нибудь увесистое?

— Увесистое? — Старуха на минуту призадумалась. — Если только дубовая палка, которой мой покойный муж погонял овец...

— Сойдет. — Мигел нежно отстранил от себя дочь. — Не волнуйся, Изаура, я быстро обернусь. Скоро нам предстоит большое путешествие!

Жануария принесла из погребка короткую, но толстую, внушительную дубину. Мигел заткнул ее за пояс и растворился в темноте безлюдного двора.

Он прекрасно знал расположение всех комнат в хозяйском доме и представлял себе, как можно пробраться в мрачный, холодный подвал, который Леонсио приспособил под тюрьму.

На просторной веранде нес вахту надсмотрщик. За спиной здоровенного детины раскачивался карабин. Это Андре распорядился выставить по всей фазенде несколько постов. Можно было подумать, что вокруг вот уже несколько лет идет война и солдаты охраняли важные объекты.

Одно из окон на первом этаже было приоткрыто. Мигел крадучись и стараясь держаться в тени, добрался до окна, подтянулся и через мгновение оказался на хозяйской кухне. В доме было темно и тихо. Старик, неслышно ступая по скрипучему полу, вышел в гостиную, встал на колени и приподнял пушистый ковер, прикрывавший деревянный люк...

Андре вздумал лично сторожить Алваро. Он расставил по местам охранников, которые должны были проверять каждого, кто окажется в пределах фазенды, а сам спустился в подвал, захватив с собой бутылку крепкого рома. Управляющий расположился на деревянной скамье в конце длинного, с каменными сводами коридора у самой двери в тесную каморку, где томился Алваро.

Прошло уже несколько часов с тех пор, как Андре занял свой пост. Он попивал ром и курил вонючие сигары под убаюкивающие звуки капающей воды и писк крыс. Сам того не заметив, Андре сомкнул глаза и провалился в глубокий пьяный сон. Но вскоре он проснулся оттого, что кто-то тряс его за плечо. Управляющий вздрогнул от неожиданности и потянулся рукой к кобуре, но было поздно. Мигел не дал Андре очнуться ото сна, со всей силы ударив его дубовой дубиной по голове.

Гнусный убийца свалился со скамьи и, словно мешок с песком, рухнул на холодный, выложенный булыжником пол. Мигел обыскал Андре, нашел длинный ключ и отпер им тяжелую железную дверь. Алваро не мог поверить своим глазам, когда увидел на пороге камеры улыбающегося Мигела. Не говоря ни слова, юноша подошел к старику и заключил его в свои объятия.

— Нам нужно поторопиться. — Мигел был счастлив, что ему удалось освободить друга. — Нельзя терять ни минуты, бежим скорее.

— Как вам удалось пробраться сюда? — удивленно спросил Алваро.

— Мне уже приходилось освобождать из этого подземелья Изауру. Так что не привыкать... Дочка ждет нас в хижине Жануарии, нам нужно забрать девочку и постараться как можно скорее выйти к берегу реки, там нас встретит Хесус с запряженными лошадьми и провизией. Но сделать это будет чрезвычайно трудно. Вы себе представить не можете, сколько вооруженных охранников снуют по фазенде.

— Поспешим же! — Алваро был настроен решительно как никогда.

Они прошли по длинному мрачному коридору и стали подниматься по деревянной лесенке, когда Андре, лежавший до того момента без чувств, пошевелился и что-то пробормотал. Мигел несколькими прыжками преодолел расстояние, отделявшее его от управляющего, выхватил из его кобуры револьвер и взвел курок.

— Что вы собираетесь делать? — встревоженно спросил Алваро.

— Пристрелить этого подонка как паршивую собаку, — гневно сказал Мигел.

— Прошу вас, не нужно. Мы же не звери и должны сохранять человеческое лицо.

— Вы правы. — Мигел с сожалением опустил руку. — Пусть себе живет... Но револьвер я прихвачу с собой, он может нам пригодиться.

Друзья выбрались из темного дома и мелкими перебежками направились к покосившейся лачуге, где их дожидались Изаура и Жануария. Добрая негритянка не отходила от двери. Она с волнением всматривалась в темноту и наконец смогла вздохнуть с облегчением, когда из-за деревьев показались силуэты Алваро и Мигела.

— Девочка моя, — радостно обратилась она к Изауре, — получилось! Они идут!