Катя Фокс - Меч короля

Жан кивнул.

– Ну что ж, теперь опять твоя очередь! – Эллен указала на шест.

– Что? В смысле? Я хотел уточнить, что же мне делать?

– Тебе нужно его время от времени поворачивать, чтобы оно разогревалось равномерно. Когда железо раскалится добела, вытаскивай его оттуда, клади на наковальню и держи покрепче. Будешь двигать железо на наковальне, когда я тебе скажу. В общем, все так же, как и раньше.

Было видно, что Жан в восторге от того, что ему доверили такое важное дело.

Эллен за это время убрала мастерскую и смахнула с наковальни металлическую стружку.

Жан так долго смотрел на огонь, что у него начали слезиться глаза.

– Ты бы лучше не смотрел все время в горн, а то глаза будут болеть, и ты ночью не уснешь.

Жан так и сделал.

– Давай, вытаскивай! – крикнула Эллен через некоторое время. Жан вскинулся.

– Но ведь железо сейчас наверняка уже очень горячее! – внезапно пришло ему в голову.

– Ничего оно не горячее. Давай, вытаскивай его уже, а то оно перегорит!

Жан схватил заготовку и положил ее на наковальню. Эллен была права: железо успело лишь немного прогреться.

– Осторожно, сейчас будут брызги! – Предупредила Эллен и ударила по железу тяжелым молотом.

При первом же ударе из заготовки вылетели расплавленные шлаки, и множество маленьких и больших раскаленных капелек упало на руки Жана.

Он отдернул руку и от ужаса отпустил щипцы.

Эллен в этот момент уже снова замахнулась, и молот попал не туда, куда надо, так как железо лежало на наковальне неправильно. Описав широкую дугу, раскаленное железо упало прямо к ногам Жана.

– О Господи! Я же тебе говорила, чтобы ты держал его покрепче!

– Да, но меня же обожгли искры!

– Да ладно, не преувеличивай! Нужно было откатать рукава. Искры – это обычное дело во время ковки железа. Ведь его нужно очистить от шлаков. Все не так ужасно, как кажется. Раны от таких искр заживают очень быстро. – Эллен недовольно нахмурилась.

– Я этого не ожидал и испугался, – оправдывался Жан.

Он ухватил щипцами железо, чтобы снова положить его на наковальню.

«А ведь Жан прав, – подумала Эллен. – Нужно было проследить за тем, чтобы он спустил рукава. Нужно было подробнее объяснить ему, как себя вести».

– Так что, мне можно тут остаться? – огорченно спросил Жан, увидев, что железо сильно погнулось.

– Конечно. Вот только заготовку придется немного подправить.

После нескольких ударов все стало на свои места.

– Ну что, болит еще? – озабоченно спросила Эллен. Жан покачал головой и смущенно почесал нос.

– Ну что ж, тогда нам повезло. – Эллен похлопала мальчика по плечу.

– А оно в следующий раз тоже так будет брызгаться? – осторожно спросил Жан.

– Будет. Но ты не должен его выпускать, слышишь? – твердо сказала Эллен.

– Обещаю, в этот раз я его не выпущу. – Жан энергично закивал и опустил рукава.

Он стал следить за цветом раскаленного железа, стараясь подолгу не смотреть на огонь. Время от времени он проворачивал железо в горне, вынимая его оттуда, когда оно раскалялось добела.

Эллен же занималась ковкой. При каждом ее прицельном сильном ударе от железа отлетали искры, вернее, это были раскаленные брызги шлаков. Такие искры могли привести к пожару, поэтому возле наковальни нельзя было класть ни солому, ни другие легковоспламеняющиеся материалы.

Жан отважно держал железо, не двигаясь с места, хотя искры падали на его руки, оставляя на коже крошечные ожоги.

– Молодец! – похвалила его Эллен, когда они закончили. – Так с железом мне работать легче, чем когда я сама держу щипцы. – Эллен смела отходы железа с наковальни в небольшой пакет, подготовленный Пьером. – Отходы можно потом использовать, – объяснила она. – А теперь смотри, ты должен вовремя отреагировать на мою команду. Когда я скажу «вперед», тебе нужно будет подвинуть железо немного вперед. Когда я скажу «вращай», ты перевернешь железо на другую сторону и придвинешь его к себе. Наковальня холодная, так что железо недолго будет оставаться горячим. Нам нужно торопиться, как говорится, ковать железо, пока горячо. Ты молодец, у тебя все получается. – Она старалась все время хвалить Жана. – Ну что ж, давай начнем!

Эллен взяла тяжелый молот и опять начала разравнивать железо. После этого она взяла молоток и зубило, чтобы снова раздробить заготовку.

Жан помещал железо в горн и вытаскивал его, когда оно накалялось. Он крепко держал его на наковальне в то время, как Эллен очищала железо от шлаков точными ударами. Жан в третий раз разогрел заготовку, и вскоре они закончили первый этап работы.

– Ты сумеешь сложить его еще раз? Тогда завтра и послезавтра нам нужно будет сложить его еще два-три раза, и все, – объяснила Эллен.

– А зачем мы это вообще делаем? – осведомился Жан.

– Это такой способ очищения железа. – Эллен улыбнулась, отбрасывая прядку волос со лба. – В железе могут быть разнообразные примеси. При складывании оно очищается, так что лезвие должно получиться безупречным. Чем большее количество раз железо складывать, тем лучше будет меч. Но при этом железо размягчается, так что нельзя делать это слишком много раз.

Жан изо всех сил старался показать, что ему все понятно.

– Ничего, потом поймешь, – успокоила его Эллен.

Мастера кузнечного дела говорили, что первые десять лет железо кует кузнеца, и только потом кузнец начинает ковать железо. Что касается Эллен, все было немного не так, она и железо всегда состояли в дружеских отношениях.

Когда они закончили первые два складывания железа, уже стемнело. Небо было черным и безоблачным. Все вокруг заливал лунный свет, так что Эллен с Жаном с легкостью нашли дорогу в палатку.

Мадлен уже крепко спала. Она лежала, свернувшись на покрывале, и обнимала Серого. Пес устало поднял голову, повилял хвостом и снова заснула. Щенок рос намного быстрее, чем Эллен ожидала, и занимал в палатке столько же места, сколько и человек.

– Уф-ф, я есть хочу! – со стоном произнес Жан.

– Прости, что я тебя так задержала. – Эллен почувствовала угрызения совести.

– Не переживай, я сегодня многому научился. Знаешь, я бы очень хотел стать кузнецом, или столяром, или каким-то другим ремесленником. Вот только меня никто не хочет брать в ученики. Я не могу заплатить за учебу и к тому же должен заботиться о Мадлен.

– Но Жанно! Однажды у тебя все получится. Главное – верить! – Улыбнувшись, Эллен потрепала его по щеке.

Жан взглянул на нее недовольно – он не любил, когда она обращалась с ним как с ребенком.

– Во время работы ты меня называла Жаном, а не Жанно. Давай ты меня и дальше будешь так называть? – предложил он, не глядя на нее.