Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника - Ана Тихая
И здесь я отчётливо увидела структуру Академии. Хотя на нашем «штурмовом» профиле я оказалась единственной девушкой, на других факультетах они были — но из высших миров или старых колоний. Пять лет полного блокирования призыва на Земле сделали меня единственной землянкой на всём первом курсе.
Мимо нас прошла группа девушек в темно-синей форме Ксеномедицинской службы — изящные аэранки с серебристыми волосами и высокими скулами. Чуть дальше у голографического табло стояли курсантки в серых кителях Навигации и пилотирования, с профессиональной быстротой разбирающие сложную трёхмерную карту звёздного сектора.
Каждая из них смотрела на меня с нескрываемым любопытством. Землянка. Первая за пять лет. Да ещё и выжившая на дисциплине Жнецов.
— Смотрите-ка, та самая, с Земного сектора, — донёсся тихий шёпот из группы девушек-штурманов. — Говорят, она сегодня выдержала прямой резонанс с Командором Дрейком...
— Не может быть. Земляне же ментально нестабильны, у них нет эмпатической закалки.
Я не стала оборачиваться, удерживая безупречную осанку.
— Привыкай, Марлоу, — тихо усмехнулся Лео. — Ты у нас теперь местный экзотический экспонат. Землян здесь не видели с тех пор, как Флот заморозил призывную программу на нашей планете.
Над атриумом раздался мягкий, но властный гул академического сигнала, и стены окрасились в спокойный синий свет.
«Внимание курсантам первого потока. Начало лекции по Галактической тактике и командным протоколам в поточной аудитории три. Преподаватель — профессор Хорн.»
— Нам пора, — кивнул Лео, указывая на широкую эскалаторную ленту. — Лекторы-Аэраны не терпят опозданий.
Мы поднялись в огромный амфитеатр. Заняв места на среднем ярусе, я развернула перед собой голографический планшет. Напротив уже расположилась аэранская знать. Вэлор сидел в первом ряду, выпрямив спину, и его холодно-голубые глаза моментально нашли меня в толпе.
Профессор Хорн — сухой, высокий Аэран старшего офицерского состава с испещрённым глубокими шрамами лицом и серебристыми волосами — замер на кафедре. Его взгляд прошлся по рядам с привычным аристократическим высокомерием.
— Приветствую, курсанты, — раздался его усиленный динамиками голос. — Сегодня мы разбираем базовые уставы и боевые директивы Объединённого Флота.
Он сделал паузу, вызвав в центре аудитории огромную трёхмерную схему боевого порядка кораблей, покрытую густой связью символов Межгалактического стандарта.
— Кто из курсантов первого курса готов зачитать и проанализировать боевой устав третьей категории в оригинале? Без помощи нейро-адаптера?
В аудитории повисла звенящая тишина. Чтение сложнейшей военной графики без автоматического переводчика на первой неделе обучения считалось практически невыполнимым заданием для рекрутов.
Вэйлор медленно начал поднимать руку, уверенный в своём превосходстве. Строгий лектор требовал идеального владения Межгалактическим стандартом, и кто, как не представитель высшего аэранского дома, должен был блеснуть перед профессором?
Но я опередила его. Я поднялась со своего места, спокойно зафиксировала корпус и посмотрела прямо на Хорна.
— Курсант Марлоу, — ровно произнесла я на чистом Межгалактическом стандарте, безупречно выговаривая каждую сложную фонему и жёсткую уставную паузу. — Готова зачитать директиву.
По аудитории прошёл шокированный выдох.
Профессор Хорн застыл. Его серебристые брови медленно поползли вверх, а глаза сузились, отмечая эмблемы Земного сектора на моём кителе. Вэлор медленно опустил руку, и его лицо мгновенно окаменело, наливаясь глухой яростью.
— Прошу, курсант Марлоу, — произнёс Хорн после затянувшейся паузы. В его тоне больше не было пренебрежения — только сухое, пристальное внимание опытного офицера. — Третий параграф. Директива о распределении огня в условиях перекрёстного контура.
Я не стала смотреть в планшет. Я знала эти строки наизусть — те три часа «сна», которые потратила на зубрежку устава, окупались прямо сейчас.
—«При вхождении звеньев первой линии в зону эмпатического заслона...»— мой голос чеканил каждую сложную грамматическую конструкцию без малейшего земного акцента. Голос звучал ровно, жёстко, по-флотски безупречно.
Я не просто зачитала устав — я сразу дала к нему тактический разбор, указав на слабые места в стандартной расстановке кораблей при атаке кайранских перехватчиков.
Когда я закончила и зафиксировала корпус, в амфитеатре стояла мёртвая тишина. Тео затаил дыхание, Лео с трудом сдерживал победную ухмылку, а Вэлор сжимал кулаки так, что костяшки пальцев побелели.
Профессор Хорн молчал несколько секунд, разглядывая меня.
— Высший балл за языковой модуль и тактический анализ, курсант Марлоу, — чеканно произнёс Хорн, внося отметку в личное дело. — Назначить курсанта Марлоу старшей группы на практических семинарах по языковому модулю. Присаживайтесь.
Я опустилась на сиденье. Землянка не только выстояла против Жнеца на арене, но и раздавила Аэранов на их собственном поле — в лингвистике и военной стратегии.
Гул академического сигнала огласил окончание лекции. Голографические схемы над кафедрой погасли, и аудитория пришла в движение.
— Старшая группы по языковому модулю... — тихо прошептал Тео, качая головой, когда мы собирали планшеты. — Майя, ты хоть понимаешь, что Хорн только что своими руками вписал твое имя в отчеты Высшего Командования?
— И в личный рапорт Дрейка, — добавил Лео с кривой, азартной ухмылкой. — Куратор ведь четко сказал на отборе, что держит тебя под личным наблюдением. Представляю его лицо, когда иксин скинет ему ведомость успеваемости. Землянка, которую флотские директивы сватали в обслуживание на технические ярусы, официально обошла аэранскую знать по стратегии.
— Дрейк знал, кого брал под курирование, — ровно ответила я, застегивая манжету кителя. — Он искал нестандартное мышление. Он его получил.
Мы начали спускаться по ярусному проходу к выходу из амфитеатра. Курсанты раздавались в стороны, провожая нас сложной смесью настороженности и вынужденного уважения. Но у самого выхода путь нам преградили.
Вэйлор стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. За его спиной замерли двое Аэранов из его звена. Высокий, подтянутый, с идеальной осанкой и ледяным разлетом серебристых бровей, он выглядел как сошедший с пьедестала плакат Высших Миров.
Но в его голубых глазах больше не было прежнего ленивого пренебрежения. Там кипела сухая, высокомерная ярость.
— Марлоу, — его голос прозвучал тихо, но отчетливо, заставив замереть остальных курсантов в коридоре. — Ты думаешь, если заучила пару параграфов устава и случайно выровняла пульс на арене, то стала частью высшего звена?
Лео мгновенно сделал шаг вперед, закрывая меня плечом, но я положила ладонь ему на предплечье, останавливая.
— Я не думала о высшем звене, Вэйлор, — я шагнула навстречу Аэрану, остановившись в полуметре и встретив его ледяной взгляд абсолютно спокойным взглядом. — Я просто выполняла уставную задачу. В отличие от тебя, я не потратила время на то, чтобы красоваться перед профессором. Я его выучила.
По коридору прошел тихий шепот. Лицо Вэйлора едва заметно дернулось.
— Вы — дикари, замороженные в своем зачумленном секторе, — процедил он сквозь зубы, наклоняясь чуть ближе. — Флот допустил