За Завесой - Сюзанна Валенти

— Фланы с джемом, я это чувствую! — закричала Флоренс Грас и влетела в комнату.

Она неслась к нам, дико размахивая руками. Бесчисленные слои разноцветного шелка развевались вокруг ее маленькой фигуры.

— При чем здесь фланы? — потребовала я.

Я знала, что это одна из очаровательных странностей Хэмиша, но нуждалась в дополнительных объяснениях.

— Весь мир лежит на весах пекаря, дорогая, — ответил он. — Бублики по утру-прыг-скоку, булочки в беде, тарталетки с джемом для всеобщей тревоги, а фланы, когда надвигается флантастический переполох.

— Значит… фланы — это плохо? — предположила я.

Флоренс наконец добралась до нас, обхватила наши сцепленные руки и крепко зажала в своих ладонях, не отпустив, когда я попыталась отстраниться.

— Фланы — творение дьяволов и майских жуков, — прошептала она, словно боялась, что ее подслушают. — И я чувствую, как целый поддон с ними печется в моих дрожащих водах.

— Флорри, я постоянно теряю нашу Джерри-поп, когда ветер дует по-валляйски, и падаю здесь прямо на башку, но чувствую, что она рядом и очень нуждается…

— Держитесь за свои булочки, — прорычала Флоренс. Ее ногти впились в тыльную сторону моей ладони, когда она крепче вцепилась в нас. — Ныряем в даль-дальнюю даль.

Завеса запульсировала вокруг. В груди что-то дернулось, и мои мысли заполнили Ксавьер и Джеральдин. Потребность защитить их стала единственным, что существовало в мире, а затем царство живых возникло вокруг нас в столкновении Нимф и вспышках огня.

При виде этой картины я ахнула. У подножия лагеря мятежников кипела битва. Наши дети снова сражались за жизнь против чудовищ, но на этот раз меня не было рядом, чтобы помочь.

Среди кровавого хаоса я попыталась к ним протянуться, однако мир вспыхнул ударами молний. Время перескакивало от одного мгновения к другому. Огонь Феникса сменился колючими лозами, которые неслись по земле, затем вниз по склону обрушилась приливная волна, и Джеральдин издала боевой клич…

— Постойте… пожалуйста! — позвал знакомый голос среди последних отголосков сражения.

Я развернулась, и мир замер. Передо мной стоял мужчина, которого Лайонел не раз приводил в наш дом незадолго до захвата короны. Мигель Поларис.

— Я хочу поговорить с королевами Вега. Я вам не враг.

— Киска? — с любопытством спросил Хэмиш.

Я повела их ближе к Нимфе, которая в облике фейри обнаженной стояла на коленях. Над ним возвышалась Антония Капелла со злобным рычанием на губах.

Сет и Макс помешали ей прикончить жалкое создание. Я застыла, не понимая, что вижу, но зная, что это важно.

— Посмотрите на блуждающие огоньки, — прошептала Флоренс так близко к моему чертову уху, что я шарахнулась в сторону.

— На что? — прошипела я.

— На светящиеся усики судьбы. Их можно увидеть, если правильно прищуриться.

Она сжала лицо в тугой комок и посмотрела на мужчину сквозь узкие щелочки глаз.

Я знала его лишь как Мигеля. Лайонел не посвящал меня во встречи с ним, его женой и шурином. Но несколько раз, когда они приезжали к нам, меня выставляли развлекать гостей. Кто они такие, я поняла только после того, как однажды вечером они уехали, а Лайонел пришел в ярость из-за наглости Нимф, которым он предлагал столь великий союз.

Вопреки здравому смыслу, я последовала примеру Флоренс и прищурилась на дрожавшего в грязи мужчину. Сердце пропустило удар, когда я поняла, что она имела в виду. Вокруг него плясали крошечные завитки звездного света. Подобно миниатюрным падающим звездам, они улетали прочь и тянулись к Тори, которая шагала по полю боя выше по холму.

Бывшие Советники и их сыновья заспорили. Калеб внезапно схватил Мигеля, умчался с ним и бросил к ногам Тори.

— Посмотрите на мокнущее небо, мои дорогие, — выдохнул Хэмиш и привлек наше внимание к лесу, откуда явились Нимфы.

По небу растекалась темная тень, которую видели только мы.

— Им придется бежать, — выдохнула Флоренс. — Прежде чем звезды покажут великому дунга-Дракуну, где они находятся. Ох, Хэмстер, посмотри, какая свирепая наша Джеральдин.

Она толкнула Хэмиша, затем яростно замахала Джеральдин, словно та могла ее заметить.

— Джерри-дже-е-ем! Джерри-джем, мы смотрим на тебя из страны никогда-больше! Люблю тебя, моя прекрасная кукла из носка!

Я с трудом сглотнула, заметив опасность на горизонте. Флоренс говорила правду, даже если единственным доказательством была тень, закрывавшая солнце. Но я знала Лайонела. Мятежники бежали, а он почуял кровь. Лайонел приближался.

Я прорвалась обратно за Завесу, выпустила руки Хэмиша и Флоренс, развернулась и помчалась через Вечный Дворец.

Наши комнаты растаяли, уступив место коридорам. По пятам гремели шаги Хэмиша и Флоренс.

Я не знала, куда бегу, но дворец понял мою потребность. На следующем повороте передо мной возникла комната Хейла и Мериссы. Я забарабанила в дверь с изображениями Гидры и Гарпии. Грудь сдавило от паники, время утекало слишком быстро.

— Лайонел? — ахнула Мерисса, распахивая дверь.

Я кивнула.

— Мятежники снова пускаются в бегство. Не знаю куда, но Лайонел охотится за ними. Мы должны помочь. Что-то сделать…

Мерисса оглянулась на человека за спиной. Я заглянула в комнату, ожидая увидеть Хейла, но там стоял Азриэль.

Когда-то отец Лэнса был моим самым близким другом. Он оказался в такой же ловушке продажной политики и темных желаний моего мужа, как и я. Его собственная жена мешала ему на каждом шагу. Азриэль видел, что Лайонел со мной делает, даже если не понимал до конца, и помогал чем мог. Я безоговорочно ему доверяла.

— Если к ним слетится достаточно много наших душ, мы сможем скрыть их передвижения от звезд, — сказал он и направился к нам, задумчиво хмурясь. — Лайонел полагается на пророчества, которые крадет у Габриэля. Если мы защитим мятежников, возможно, он вообще перестанет их видеть. Хотя бы ненадолго. Возможно, этого хватит для побега.

— Кто нам нужен? — потребовала я.

За спиной раздались тяжелые шаги. Я сразу их узнала, развернулась и увидела Дариуса.

— Что случилось? — прорычал он.

Тяжесть горя давила ему на плечи, а потребность вернуться к живым делала его фигуру плотнее, чем у большинства здешних обитателей. При виде моего прекрасного мальчика