Истинная для завоевателя дракона - Алиса Князева

— Слушай, а что ты можешь сказать про Анортана?

— В смысле?

— Ну… какой он? Если бы тебя попросили описать его кому-то, кто с ним не знаком и не наслышан?

— Тебе зачем?

— Просто…

— Или молча.

О боже, ну простите, что я вообще тут дышу!

Вообще хорошо, что она показывает мне этот ход. Насколько я знаю, в замках всегда есть что-то подобное, чтобы незаметно сбегать в случае нападений. Сейчас посмотрю, куда он ведёт и, как знать, может попробую воспользоваться им позже.

Вскоре коридор расширяется. Ярла гасит фонарь, потому как впереди видно подсвеченный солнцем силуэт двери, и открывает, впуская в пещеру прохладный горный воздух.

Когда наши глаза привыкают к свету и мы выходим наружу, я на мг теряю дар речи от раскинувшейся красоты. Всюду залитые солнцем горы. Чем дальше они от нас, тем более синей кажутся их склоны. Ярла оправляет взметнувшиеся юбки и идёт к краю. Я следую за ней.

Сердце колотится в груди, как птица, запертая в клетке. Чуть ниже нас раскидывается зелёный лес. Кажется, что совсем рядом, но я понимаю, что чтобы до него добраться придётся потратить весь день, и то может не успеем.

— Итак, Лисбет. Уже догадываешься, что происходит? — спрашивает Ярла, останавливаясь в нескольких шагах от меня. В её голосе слышится насмешка. — Ты не просто так здесь стоишь.

— Просвети же меня, — усмехаюсь я, не глядя в её сторону.

Ярла молчит. Я даю ей время на драматичную паузу, а когда надоедает, нетерпеливо оборачиваюсь и… обалдеваю, потому что вижу себя.

— Нравится? — спрашивает девушка, похожая на меня как две капли воды. Достать такой артефакт непросто.

— Что? Ярла? Это, но… как⁈ — улыбка соскальзывает с моих губ. — А главное, зачем?

— А то, не догадываешься, — хмыкает та, поправляя волосы. — Думаешь, ты особенная? Нет. Просто игрушка для дракона. Он поиграет с тобой и поймёт, что ему скучно. И тогда снова вернётся ко мне.

— Ты в своём уме? — в ужасе смотрю на неё я. — Думаешь, одного лица хватит, чтобы обмануть его. А я-то куда?

— Вниз, — «мило» улыбается самозванка.

— Ты не в себе. И что? Скинешь меня со скалы? Как неоригинально.

— Зато действенно. Ты же всё равно не хотела быть здесь? Вот чего жалуешься? Я дарю тебе свободу!

Тут, конечно, не поспоришь, но мне бы очень не хотелось проверять, действительно ли я вернусь домой или отец обманул меня.

Стерва, блин! Как удачно всё придумала! Анортан сейчас загадки разгадывает на пути к комнате, а я тут… Потому что дура бестолковая!

— Сумасшедшая! Если ты забеременеешь, то умрёшь! — пробую воззвать к её инстинкту самосохранения, раз уж здравый смысл отсутствует.

— А мне плевать, — Ярла делает опасный шаг ко мне, выставляя руки, как будто собирается что-то… толкать.

Всё происходит за мгновение.

Я теряю чувство собственного тела, и по позвоночнику проносится волна ледяного адреналина. Кричу только сейчас, понимая, что уже падаю. Горло обжигает острым потоком ветра, кровь вскипает. Мир совершает кувырок, и я перестаю понимать, где нахожусь.

Сколько мне осталось? Почему-то сейчас это кажется таким важным. Будто имеет значение. Разве мне хватит нескольких секунд, чтобы насладиться жизнью, которую я толком и распробовать-то не успела?

Разумеется, нет. Этого не хватит. Не хватит и дня, недели, месяцев, года. Я отчаянно хочу жить. Всё не может так закончиться. Не должно заканчиваться так!

Удивляет, что на переход из здорового сильного тела к безжизненному месиву требуется так мало.

Конечно, сама виновата. Это же я пошла с Ярлой в тёмный туннель, чего ещё следовало ожидать? Только этого.

Может мне повезёт и, как и обещал мой «отец», меня вернёт домой? В реальный мир? Мне бы очень хотелось. Сбежать от всего этого. Теперь я понимаю, что мои прошлые проблемы на самом деле мелочи.

Неожиданно меня встряхивает, выбивая из лёгких весь воздух. В глазах ненадолго темнеет, а потом вестибулярный аппарат совершает кульбит. Я снова кричу, не понимая, что происходит.

Взгляд успевает выхватить зубья гор, высвеченные солнцем, а потом я приземляюсь, вернее падаю плашмя на что-то твёрдое. Наверно я свалилась бы, если б меня не обхватили будто бы невидимые магические ленты, помогая удержаться. Проходит ещё некоторое время, прежде чем мои мозги приходят в состояние, в котором уже возможно думать.

Дракон. Я сижу на спине дракона! Сердце подпрыгивает от радости. Он успел! Поймал меня! Спас! Кровь напитывается жаром, каждый новый вдох кажется слаще предыдущего. Жизнь продолжается. Я буду жить дальше!

Чудовище ударяет крыльями и проносится сквозь небольшое облако. Моё лицо покрывается тончайшим слоем воды, а после остывает, когда мы снова набираем скорость.

Как же тут красиво…

Сначала взгляд падает на извивающуюся реку, сверкающую, как полированное серебро. Вода играет на солнце, отражая яркие цвета — от глубоких синих от неба до нежных зелёных оттенков обнимающих её деревьев. Берега усыпаны цветущими растениями, которые покачивают крупными, яркими лепестками, словно приветствуя нас.

Дальше лес, простирающийся до самого горизонта. На его опушке видно небольшую деревушку. Крошечные домики с крышами из соломы и деревянными стенами выглядят как игрушечные модели. Дымок поднимается из труб, создавая лёгкую завесу над улицами. Я могу разглядеть людей, занятых повседневными делами: кто-то ведёт корову к водопою, другие собирает травы у дороги. Всё это выглядит так мирно и гармонично, что на лице невольно появляется улыбка.

Похоже, большой город, в котором я успела провести некоторое время, находится с другой стороны гор. Удивляет, что здесь, относительно близко уже возникает такой яркий контраст. Вдалеке виднеется горная цепь. Её вершины покрыты снегом, сверкающим как алмазы.

Я чувствую, как моё сердце наполняется счастьем — здесь наверху будто нет смерти, свадеб, проклятий и всего такого. Лишь опьяняющая свобода и сильные, отливающие изумрудами крылья. Каждый новый взгляд открывает ей что-то удивительное: луга, усыпанные дикими цветами; скалы, обрамленные водопадами; и даже далёкие поля, где пасутся стада животных. Весь этот мир кажется живым и полным чудес.

Наконец, дракон снижает скорость и планирует к виднеющемуся горному плато. Я покрепче вцепляюсь в выросты на его спине, хотя большого смысла в этом нет. Меня по-прежнему удерживают невидимые ленты. Впрочем, посадка выходит на удивление мягко.

Дракон с несвойственной ему ловкостью, гибко пружинит на лапах, как кот, спрыгнувший с подоконника. Он опускает крыло, будто трап