Развод по-драконьи. Ты утратила ценность - Эйрена Космос

Но сейчас не время для слабости. Слишком много всего навалилось. Мне нужно собраться с мыслями, разработать план.

Завтра.

Завтра я расскажу Драгону о метке. Пусть знает, какую петлю затянули на моей шее. А сегодня… сегодня я просто не могу больше воевать. Ни с ним, ни с собой.

Я подхожу к маминому туалетному столику. Здесь все как раньше — расческа с серебряной ручкой, шкатулка для украшений, маленькое хрустальное зеркальце. Взяв его в руки, я вспоминаю как мама учила меня заплетать косы, глядя в это самое зеркало.

С тяжелым вздохом я перехожу к папиному рабочему столу. Он любил работать и любоваться мамой.

Массивный, из темного дерева, с резными узорами по краям — этот стол всегда казался мне воплощением силы и надежности. Как и сам папа.

Я провожу пальцами по столешнице, открываю верхний ящик. Внутри — аккуратно сложенные перья для письма, чернильница. Все такое… упорядоченное. Папа всегда любил порядок.

Второй ящик — старые записи, расчеты, какие-то чертежи. Третий — книги учета, небольшой кинжал для бумаг.

Я прикасаюсь к резьбе на углу стола — изящный узор из переплетенных дубовых листьев. Папа говорил, что дуб — символ силы и защиты. Он всегда хотел защитить нас…

Внезапно под моими пальцами что-то щелкает. Звук такой тихий, что я вообще не уверена, что слышала его. Но затем — движение. Одна из деревянных панелей на боковой стороне стола чуть сдвигается.

Сердце замирает. Я осторожно подцепляю панель и тяну. Она поддается, открывая узкое пространство — потайной ящик, о котором я никогда не знала.

Внутри лежит единственный предмет — книга в черном кожаном переплете без каких-либо опознавательных знаков или названия.

Дрожащими пальцами я достаю ее и открываю первую страницу.

Почерк отца, размашистый и твердый, выводит слова, от которых у меня перехватывает дыхание

— Не может быть…

Заклинание.

Это какое-то заклинание. Строчки вьются по странице, будто живые, буквы странно изогнуты — неправильные, непривычные. Но даже я, с моим нулевым опытом в запретной магии, узнаю этот почерк.

Такая вязь характерна только для одного вида магии.

Черной.

Что за бездна? Откуда у отца записи темных заклинаний?

Переворачиваю страницу. Еще одно заклинание. И еще. Разные почерки — значит, собраны из разных источников. Но все темная магия. Все то, что запрещено под страхом смерти.

Мысли путаются.

Мои родители всегда учили меня, что магия — это дар, ответственность. Что темная сторона силы — предательство всего, во что мы верим.

Отец лично сжег при мне книгу, случайно попавшую в нашу библиотеку, когда мне было двенадцать. «Никогда не прикасайся к темным знаниям, Айви, — сказал он тогда. — Они изменят тебя, и ты потеряешь себя».

И теперь я держу в руках целый сборник таких заклинаний, написанный его рукой?

Это не имеет смысла. Если только…

Я резко закрываю книгу, когда снизу доносится грохот. Драгон, кажется, бросил тарелку или что-то еще. Боги, только бы он не пошел искать меня.

Быстро возвращаю книгу в тайник, закрываю панель. Нужно обыскать папин кабинет в библиотеке, когда будет безопасно. Нужно выяснить, что происходит.

Но не сейчас. Сейчас слишком рискованно.

Вечер тянется бесконечно. После ужина Драгон куда-то уходит — и я этому только рада. Меньше шансов случайно столкнуться. Меньше неловких моментов, от которых все внутри переворачивается.

Я проверяю Райгара — он все еще спит, но цвет его чешуи стал ярче, дыхание глубже. Хороший знак.

Затем смотрю на Ксара, свернувшегося у дома. Мой верный защитник. Только благодаря ему я еще жива.

— Все хорошо, — шепчу я, проводя рукой по теплой чешуе. — Отдыхай.

Ксар приоткрывает один глаз, сонно моргает и снова погружается в сон. Наша связь пульсирует спокойствием и доверием.

Вечерние ритуалы успокаивают. Готовлю травяной отвар — мама всегда говорила, что он помогает собраться с мыслями. Принимаю ванну, смывая с себя тяжесть дня — грязь, кровь, страхи.

В шкафу среди вещей нахожу мамин пеньюар — нежно-голубой, почти прозрачный, с вышитыми серебряной нитью звездами. Магия сохранения работает безупречно — ткань выглядит так, будто ее только вчера достали из модного ателье в столице.

Я прижимаю шелк к лицу, и мне чудится мамин запах — лаванда и мед. Невозможно, конечно. Просто воображение.

Надеваю пеньюар — он немного велик, но это даже хорошо. Словно мамины объятия вокруг меня.

Ложусь в постель, но сон не идет. Мысли о найденной книге не дают покоя. Я переворачиваюсь с боку на бок, пытаясь найти удобное положение, но бесполезно. В голове крутятся обрывки заклинаний, которые я успела заметить. «Призыв тени», «Связывание крови», «Разделение души»… Зачем отцу такие знания?

Часы в холле бьют полночь. Пора.

Я тихо встаю, накидываю поверх пеньюара теплый халат. Затем выглядываю в коридор — тишина и темнота. Драгон, похоже, так и не вернулся. Или спит в другой комнате. В любом случае, это мой шанс.

Сердце колотится как бешеное, когда я крадусь по темному коридору. Каждая половица, кажется, грозит скрипнуть под моими ногами, каждая тень — обернуться массивной фигурой Драгона. Но дом молчит, погруженный в сон.

Библиотека находится в западном крыле. Отцовский кабинет — маленькая комната в дальнем углу, почти скрытая за высокими книжными шкафами. Место, где он работал, когда требовалась особая концентрация или секретность.

Я проскальзываю между шкафами, двигаясь почти на ощупь. Зажигать полноценный свет рискованно — его можно заметить из сада через высокие окна библиотеки.

Вместо этого я создаю крошечный огонек на кончике пальца — не ярче светлячка. Его света едва хватает, чтобы не натыкаться на предметы.

Дверь в кабинет отца не заперта — зачем запирать комнату внутри запертого дома? Я осторожно толкаю ее, и она открывается с едва слышным скрипом.

Внутри темно и тихо. Сделав несколько шагов внутрь, я прикрываю за собой дверь.

Сердце бьется так громко, что, кажется, его стук разносится по всему дому. Глубокий вдох. Спокойно, Айви. Здесь никого нет, кроме тебя.

Да и это твой дом! Соберись!

Крошечный огонек освещает кабинет — меньше, чем я помнила. Или я выросла с тех пор, как бывала здесь в последний раз?

Массивный стол занимает центральное место, за ним — кресло с высокой спинкой. Вдоль стен — книжные шкафы, плотно заставленные томами и свитками. У дальней стены — сейф, вделанный в каменную кладку.

Начинаю со стола.

Выдвигаю ящики один за другим, перебираю бумаги,