Вне себя - Елена Букреева

Не проходит и пары минут, как она со своего телефона создаёт аккаунт для меня, выставляет туда видео изделий, а затем даёт мне пароль и имя — @полли_вяжет.

О, боже.

От такого напора я теряюсь. Во мне борется и радость, и смятение, и абсолютное непонимание того, что вообще происходит. Я должна быть на седьмом небе, и я почти там, но все это так непривычно... странно выходить из зоны комфорта. Из своего панциря. Я никогда ничего не выставляла напоказ. Я просто к этому не готова.

Поэтому, когда мастер-класс подходит к концу, а счастливые обладательницы своих вязаных сумочек покидают магазин, я закрываю дверь на замок. Всего на несколько минут. У меня передоз социума.

Даже если я всерьёз загорелась идеей о своём блоге.

— Ты умница, Полин, — звучит голос в лабиринте стеллажей с пряжей.

— Это было круто? — я улыбаюсь, оборачиваясь на Влада, который уже стоит передо мной.

Он тоже улыбается, и что-то тёплое разливается внутри, когда я вижу морщинки в уголках его глаз.

— Я будто заглянул в дом престарелых, ну, типа, знаешь, в тот час, когда все занимаются каким-то творчеством. Только вместо бабуль ничего такие цыпочки. И все вооружены этими железными штуками.

Я закатываю глаза и иду к кассе — считать выручку за мастер-класс.

— Это называется крючки.

— Ими можно убить? — Влад вскидывает бровь.

— Уж тебе-то точно нечего бояться. Извини, — усмехаюсь я.

— Ах, да, точно. Кстати, эта идея с блогом... я думаю, тебе стоит попробовать.

Взгляд мой случайно цепляется за обложку тетради по картографии.

Черт.

— Вот, что мне стоит попробовать, — я хватаю тетрадь и демонстрирую её Владу.

Настала его очередь закатывать глаза.

— Я серьёзно, — он заходит за стойку и оказывается возле меня. — Все уже давно превратили хобби в доход. Хватит прятаться, Полин, тебе есть, что показать. И это я не только о твоих формах, — Влад прогуливается взглядом по моему телу.

Щеки реагируют мгновенно. Я втягиваю носом воздух и невидящим взглядом смотрю в экран компьютера, отворачиваясь. Как некстати вспоминаю этот дурацкий сон. Боже, как невовремя!

— Какое тебе дело до моих форм? — чувствуя сверление его взгляда, сглатываю я.

Он подходит ближе. Если бы он физически был здесь, я бы посчитала витающее в воздухе напряжение настоящей химией между нами. Но откуда ей взяться, если он всего лишь фантом? Выходит, это все моя реакция.

Но почему я так на него реагирую?

Никита. Вот, кто вызывает у меня эмоции. Провоцирует... напряжение.

А Влад провоцирует только раздражение.

— Мне есть дело до тебя всей, Полин, ещё какое, — он усмехается. — И это даже не связано с тем, что ты единственная, кто меня видит.

— Перестань, — я закатываю глаза. — Именно с этим все и связано. Напомню, что когда ты был в добром здравии, и я обратилась к тебе, ты послал меня.

— Любой парень пошлет девушку, если она подойдёт к нему и попросит помочь ей завоевать другого, — он фыркает.

Я поворачиваюсь к нему всем телом, сложив руки на груди.

— Хочешь сказать, ты приревновал меня? Ты меня даже не знал.

— Конечно, не приревновал. Но ты задела мужское эго.

— Ах, да, конечно. Никто не имеет права влюбляться в других, когда в универе есть неподражаемый Влад Гордеев. Тогда почему это не сработало с Мирой? — как на духу выпаливаю я.

Вот бывают же иногда такие моменты, когда просто не успеваешь дёрнуть ручник в своей голове. Ненужные, совершенно необдуманные слова уже вылетают из глубин сознания и на всей скорости несутся в того, кто их совсем не ждёт. Они наносят удар, а ты стоишь и смотришь, как человек напротив тебя замирает.

И либо он ударит в ответ, либо больше уже никогда и ничего не сможет тебе ответить.

Но я не забываю ни на секунду тот факт, что Влад — титулованный боксер.

Конечно, он будет бить в ответ.

— Хватит ревновать меня к ней, Журавлева, — он сощуривается, ожидая моей бурной реакции.

Но я уже давно вышла из пубертата и знаю, что если я слишком яростно начну отрицать свою ревность (о которой, конечно, и речи быть не может!), Влад решит, что я лгу.

А это не так. Плевать мне на то, что там между ними было и почему она сейчас везде ходит с Димой.

И почему он сверлит их таким взглядом, будто они совершили самое большое в их жизни предательство.

— Ты просишь, чтобы я с ней подружилась, но я вообще ничего не знаю о том, кто она и почему именно к ней я должна... найти подход, — стараясь придать как можно больше уверенности своему голосу, заявляю я.

На секунду мне кажется, что в серых глазах Влада мелькает тень разочарования. Он закусывает нижнюю губу и вздыхает, сжимая кулаки и качая головой.

— Она была нашей с Димой подругой, — только и говорит Влад. — На первом курсе у нас как-то само собой образовалась компания. Мира — староста нашей группы. Сначала мы просто пользовались ее статусом — она отмазывала нас перед преподами, если я участвовал в боях, а парни тусили, или мы тусили вместе. А к концу первого курса мы поняли, что она, вообще-то, классная девчонка.

— Она была в тебя влюблена? — я стараюсь не смотреть на Влада, задавая этот вопрос.

Он усмехается, пожимая плечами.

— Ладно, спрошу так: между вами что-то было?

Не могу объяснить, почему в этот момент сердце у меня подпрыгивает к самому горлу и делает паузу, прежде чем пуститься галопом.

Потому что я знаю, что следующим его ответом будет тихое:

— Да.

Вот только не понимаю, почему сердце не начинает бешено колотиться, а просто замирает? Я сглатываю, делаю вдох и развожу руками.

Зачем я продолжаю задавать ему вопросы, которые меня ранят?

И вообще, почему они меня ранят? Я ведь знала о любовных похождениях Влада и раньше. И мне было плевать.

— Так почему вы не вместе? — игнорируя внутренний голос, я продолжаю заваливать его неудобными вопросами.

— Потому что ей нужна любовь, — Влад отвечает мгновенно и качает головой.

— А тебе?

— А мне нужен секс. И бокс. Чувств в моих планах нет. Она это знает и мирится с этим.

— Она просто ждёт, когда ты передумаешь, — я сглатываю горечь во рту.

— Этого не случится.

— Почему? Я видела, как ты смотришь на неё...

— Полин, — Влад вздыхает, обрывая меня на полуслове. — Я в коме. Если выйду из неё овощем, мне будет плевать на всех и вся. Если выйду здоровым, я вернусь в бокс. А если не