(не)покоренная для Монстра из Бездны - Инесса Голд

Я вышла из тени, преграждая ему путь.

Дрон не остановился. Его программа диктовала доставить груз любой ценой. Он попытался обойти меня, его сенсорные щели расширились.

Я не стала хватать его за руки. Я не стала звать стражу.

Я выпрямилась, и моя воля, усиленная кровью Лорда, ударила по нему ментальным хлыстом.

«Замри».

Это было не слово. Это был приказ администратора, имеющего корневой доступ к системе.

Дрон дернулся, словно налетел на невидимую стену. Его колени подогнулись, поднос накренился, но он устоял, застыв в неестественной позе.

Я подошла ближе. От кувшина исходил запах, который мое человеческое обоняние не уловило бы, но мое новое чутьё классифицировало мгновенно: смерть.

Я подняла крышку.

Внутри была не вода и не вино. Жидкость светилась в моем спектре ядовито-желтым. Она тихо шипела, соприкасаясь с воздухом.

«Развоплотитель», — прошептала я, и холодное знание всплыло в памяти, словно я учила это в школе.

Это был не просто яд. Это была алхимическая субстанция, предназначенная для утилизации биологических отходов. Она разрушала генетический код, разрывала связи между клетками, превращая живую материю в лужу первичного бульона за считанные минуты.

Ксилия не хотела меня убить. Она хотела меня стереть. Превратить в грязь, которой, по её мнению, я и являлась.

Воздух в коридоре внезапно стал тяжелым, как свинец. Температура рухнула. Тени вокруг меня удлинились и потянулись к центру галереи, сплетаясь в знакомый силуэт.

Морван.

Он не шел. Он возник из мрака, материализовавшись прямо за моей спиной. Я почувствовала его еще до того, как увидела — волна ледяной, контролируемой ярости ударила меня по нервам через нашу связь. Он почувствовал мой всплеск агрессии.

«Что это?» — его голос был тихим, но от него вибрировали стены.

Я указала на дрона.

«Посылка от кузины. Кажется, она считает, что я хочу пить».

Морван шагнул к слуге. Его лицо было маской, высеченной из камня, но в глазах бушевал фиолетовый шторм. Он даже не посмотрел на кувшин. Он посмотрел на дрона.

«Кто?» — спросил он, не размыкая губ.

Дрон затрясся, пытаясь сопротивляться чужеродной программе, но воля Лорда была абсолютной.

Морван не стал тратить время на взлом. Он просто положил свою широкую ладонь на безликую голову существа.

Тьма сорвалась с его пальцев, впиваясь в серую плоть.

Дрон издал звук — высокий, тонкий писк ломающейся электроники и умирающей плоти. Запахло паленой органикой. Морван считывал «лог данных», выжигая нейронные связи в процессе. Он листал память существа, как книгу, вырывая страницы.

Через секунду он убрал руку. Дрон рухнул на пол, мертвый, из ушных щелей потек дымок.

«Я вижу нить», — сказал Морван. Его голос стал совсем глухим, страшным. — «Я знаю, кто держит другой конец».

Он повернулся ко мне и протянул руку.

«Идем».

Мы не пошли в тронный зал. Мы направились в Малую Галерею — место, где высшая аристократия собиралась для обсуждения текущих дел.

Морван шел быстро, его плащ развевался за спиной, как крылья хищной птицы. Я едва поспевала за ним, но моя рука в его ладони была зажата в тиски. Он не прятал меня. Он вел меня, как знамя.

Мы ворвались в зал.

Там было около дюжины К’Тарр. Они замолчали, почувствовав ауру Лорда. Среди них я узнала того самого высокого аристократа с костяным гребнем, который посмел коснуться моих волос в день моего «представления» двору. Лорд Веррис.

Он стоял у окна, держа бокал с нектаром, и что-то говорил, вызывая сдержанные ментальные смешки окружающих.

Увидев нас, он замер. В его мыслях, открытых для меня теперь, мелькнуло разочарование. Он ждал новости о моей смерти.

Морван не стал устраивать суд. Он не стал предъявлять обвинения.

Он отпустил мою руку и сделал жест пальцами, словно сжимая невидимое горло.

Веррис выронил бокал. Хрусталь разбился, но звук потонул в булькающем хрипе. Аристократа оторвало от пола и швырнуло в центр зала. Невидимая сила распяла его в воздухе.

«Ты думал, твои щиты скроют твой след, Веррис?» — голос Морвана заполнил каждый уголок зала, проникая в мозг каждого присутствующего. — «Ты думал, что можешь использовать моих слуг, чтобы лить яд в моем доме?»

Веррис пытался что-то ответить, послать ментальный блок, мольбу, оправдание, но Морван сжал кулак.

Тени в зале ожили. Они отделились от стен и пола, превратившись в сотни черных игл.

Они пронзили предателя.

Это была не казнь через боль. Это была аннигиляция.

Я смотрела, не в силах отвести взгляд, и чувствовала…

Я чувствовала то, что чувствовал Морван.

Не отвращение. Не тяжесть долга.

Удовольствие.

Ему нравилось это. Ему нравилось чувствовать, как ломается чужая воля, как страх жертвы питает его силу. Это был экстаз хищника, который наконец-то сомкнул челюсти на горле врага.

Тени начали высасывать из Верриса жизнь. Его кожа посерела, потом высохла, натягиваясь на костях. Светящиеся узоры на его теле погасли. Магия вытекала из него ручьями, поглощаемая Лордом.

Секунда — и тело рассыпалось в прах. Пустая оболочка, мумия, не оставившая после себя ничего, кроме кучки серого пепла на полированном полу.

В зале воцарилась мертвая тишина. Придворные стояли, не смея дышать. Они были в ужасе.

Морван обвел их взглядом. Его глаза горели так ярко, что на них было больно смотреть.

«Слушайте меня», — его ментальный голос был подобен удару гонга. — «Любой, кто коснется Моста… любой, кто косо посмотрит в ее сторону… станет пылью. Я вырежу ваши Дома под корень. Я сотру ваши имена из кристаллов памяти. Это первое и последнее предупреждение».

Он знал, что Ксилии здесь нет. Но он знал, что она слышит.

Он повернулся ко мне.

Боевая трансформация еще не схлынула с него полностью. Его черты были заострены, зубы напоминали клыки, а вокруг тела вилась темная дымка. Но он