Падение вверх - Татьяна Владимировна Кадуцкая
— …Сбережения в размере семи миллионов шелетов оставляю своему внучатому племяннику Бартосу Нагу, его жене и детям.
Лилея ошарашенно хлопнула глазами, гадая, откуда у Иляны такие деньги? А вот наследник удивлённым не выглядел. Наоборот, он нахмурился и зашептался с женой.
— Почему семь? Разве не должно быть больше?
Худая как жердь ведьма настороженно глянула на остальных и тихо ответила:
— Так тётка же в самом Барангане лечилась. Знаешь, сколько тамошние лекари берут?
Лилея закатила глаза. Вот же натура! Сколько ни дай, а всё мало! Племянничек Иляны получил огромное наследство, но опять не доволен, что та потратила энную сумму на лечение, а не отчалила в Грани, оставив всё ему.
Нотариус продолжал:
— Собрание книг в количестве двух тысяч четырёхсот штук, отмеченных знаком «чёрного пламени», передаю в Стародворскую школу под личный контроль её директора Гордея Карицкого.
Дамаскинская услышала тихий выдох ведьмака. Видимо, его вопрос с домашней библиотекой Иляны очень волновал.
— …Дом, расположенный по адресу: город Лунгаг, ул. Садовая, 5 завещаю моей помощнице Лилее Дамаскинской. Такова моя последняя воля».
Отправляясь сюда, девушка понимала, что Иляна наверняка подумала и о ней, но такого подарка не ожидала и теперь растерянно, даже с опаской глянула на племянника, ожидая возмущений. Но тот отмахнулся, не сдержав ехидного смешка.
— Мне этот полуразрушенный склеп даром не нужен. Там такой ремонт требуется, что проще снести старый дом и построить новый.
Девушка прищурилась. Склеп, значит? А Иляна там жила!
Нотариус, убедившись, что все услышали и приняли информацию, удовлетворённо кивнул:
— С волей умершей Иляны Рошки согласны? Претензий нет?.. — и взмахнул рукой. — Завещание вступило в силу.
В тот же миг магическая нить обвила запястья тех, кто упоминался в документе, подтверждая их вступление в наследство.
Бартос выскочил из конторы и, даже не попрощавшись, укатил обратно в Баранган. Лилея разочарованно смотрела ему вслед.
— Порой мне стыдно за своих сородичей.
Гордей Карицкий подал ей руку, помогая сесть в экипаж:
— Поверь, Иляна знала, что делала. Бартос так рвался к этим деньгам, но принесут ли они ему счастье?
Девушка пожала плечами:
— На какое-то время да. А потом?
— А вот это уже не наша забота.
Когда они приехали по нужному адресу, ведьма посмотрела на мужчину.
— Спасибо, что когда-то отправили меня сюда! На два года вы подарили мне семью, дом… — она смахнула снег с калитки. — У меня теперь есть свой дом.
— Так и должно быть, — сказал Карицкий. — Ведьма всегда привязана к какому-то месту. А ты на тот момент была оторвана от Зорны.
Но самое интересное случилось через несколько недель. Ближе к Остаре Лилея вместе с Цезериной отправилась в Лунгаг, чтобы навести порядок в доме. Переступив порог, девушка остановилась. В первый момент сердце сжалось от неприветливой пустоты и тишины. Но потом звонкий голосок подруги сделал своё дело, и тоска отпустила. Беспрозванная растопила камин, заварила чай и завела часы. Эти привычные звуки помогли и Лилее. Она наводила порядок в библиотеке после того, как директор забрал свою добычу. И вдруг из гостиной донёсся крик Цезерины:
— Лили, тут письмо для тебя.
Девушка подошла и протянула конверт. Лилея осторожно сорвала печать.
— «Моя дорогая девочка, если ты читаешь это письмо, значит я уже в Гранях. Не грусти и не плачь! Я прожила долгую жизнь. В ней было и горе, и радость, и любовь. Мне повезло встретить удивительных людей, которые восхищали своим умом и талантом. Но в какой-то момент я осталась одна. Друзья умерли или стали настолько стары и слабы, что не могли добраться до меня и даже написать весточку.
Я жалею только об одном: что у меня нет детей — тех, кто скрасил бы мои последние дни. Словно в утешение, Жива послала мне тебя — глазастую вредную девчонку, с одинаковым азартом зубрящую скучные монографии и строящую козни обидчикам. Тёмная ведьма! Ты стала моей отрадой. Я жила, ожидая твоего приезда, а когда ты возвращалась в школу, думала, всё ли у тебя в порядке. Оказывается, это не обуза и не хлопоты — когда есть тот, о ком думаешь.
Я знаю, ты любила меня и этот дом. Сколько раз ты чинила его, пока думала, что никто не видит! И я буду очень рада, если дом станет твоим… Он, конечно, трухлявый и поношенный, как я, с протекающей крышей! (Я сейчас о доме, а не о себе), — Лилея не сдержала смешка, хотя из глаз уже покатились первые слезинки. — Одним словом, нуждается в хорошем ремонте, и я скопила немного на новую крышу! Всё в твоих руках, моя девочка».
Цезерина достала из конверта банковский договор.
— На твоё имя открыт счёт. Три миллиона?! Подожди, я, наверное, в ноликах запуталась, — и она принялась пересчитывать. — А нет, не запуталась… Три миллиона! Лили! Ты теперь богата!
А девушка заплакала.
Глава 22
И вновь учёба помогла справиться с бедой. Находясь в Старом дворе, Лилея часто забывалась, и тогда появлялось ощущение, что всё по-прежнему: где-то в Лунгаге живёт Иляна, по вечерам дремлет у камина и ждёт ведьму в гости. Только когда девушка оказывалась в пустом доме, понимала, что по-прежнему не будет и эта пустота насовсем.
А потом пришла весна, белояр сменился цветенем, за ним наступил тревень. Дамаскинская занялась садом и подолгу ковырялась в земле. Для ведьм это особое удовольствие, дарующее не только силу, но и успокоение. Сеять крохотные зёрнышки, представляя, какие цветы из них вырастут, или предвкушать аромат, который подарит сладкий алиссум вдоль дорожек. Убирать сухие сучья с деревьев и кустов, освобождая место для молодых веточек. Вся эта возня не утомляла, а, наоборот, радовала. И, конечно, абрикосы, которые Лилея всё-таки посадила, как и мечтала когда-то! Работа в саду проходила под неусыпным оком ворона Фира, появляющегося теперь гораздо чаще.
В доме тоже пришлось кое-что переставить: пустые книжные шкафы уродовали комнату, и Лилея убрала их. Голые стены с выгоревшими обоями смотрелись ещё хуже. В общем, ремонт не заставил себя ждать, и деньги Иляны пришлись весьма кстати. У