(не)покоренная для Монстра из Бездны - Инесса Голд
Я стояла в центре Круга Истины.
Я не упала. Я не сгорела.
Но когда я открыла глаза, по залу пронесся вздох ужаса.
Я чувствовала, что изменилась. Моя кожа сияла так ярко, что на меня было больно смотреть. Мои волосы жили своей жизнью, развеваясь в невидимом потоке энергии. Вокруг моих ног вились тени — не пугающие, а ласковые, как домашние кошки.
Я посмотрела на трибуны.
Семь Старейшин, вросших в свои пьедесталы, вибрировали. Кристаллы в их телах пели новую песню — песню принятия. Они чувствовали на мне метку Ядра. Высшую печать доступа.
Морван сделал шаг вперед. Его лицо, обычно непроницаемое, было искажено смесью невероятного облегчения и священного трепета. Он смотрел на меня так, словно я была божеством, сошедшим на землю.
Ксилия стояла, пошатнувшись. Она была белее мела. Ее логика, ее интриги, ее законы — все рассыпалось в прах. Она проиграла юридически, духовно и физически.
Голос Центрального Старейшины заполнил зал. Теперь он звучал не как скрежет, а как звон колокола.
«Она — не гостья», — провозгласил он. — «Она — Часть. Связь подтверждена. Кровь принята. Она — Пара Лорда и Дочь Бездны».
Я медленно повернула голову к Ксилии.
«Ты хотела суда, кузина?» — мой голос был тихим, но он резонировал с камнями зала. — «Суд окончен. Теперь мы будем говорить на моем языке».
Ксилия открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли у нее в горле.
«Теперь — война», — закончила я.
И в этот момент, словно в ответ на мои слова, двери Зала Совета с грохотом распахнулись.
Вбежал гонец. Это был воин в изодранной броне, покрытый зеленой кровью и копотью.
Он упал на колени, задыхаясь. Его ментальный крик ударил по разуму каждого присутствующего, как сирена воздушной тревоги.
«ПРОРЫВ!»
Зал взорвался паникой.
«Верхние ворота взорваны! Купол пробит! Они вошли в город! Армия с Поверхности!»
Морван дернулся, его взгляд метнулся ко мне.
Я застыла. Триумф сменился ледяным ужасом.
Рис пришел.
Он прорвался сквозь джунгли, сквозь кристаллы, сквозь страх. Он привел армию и бомбы, чтобы спасти меня.
Я выиграла право жить и любить, но цена этой победы только что вошла в город с оружием в руках.
Война началась.
Глава 46. Вторжение
Ментальный крик гонца еще звенел в ушах, отражаясь от кристаллических стен Зала Совета, но его перекрыл другой звук. Звук, который я почувствовала не ушами, а костями черепа.
Низкий, скрежещущий гул. Вибрация, от которой заныли зубы.
А потом пришла боль.
Она вспыхнула в висках ослепительной белой вспышкой, заставив меня согнуться пополам. Я закричала, прижимая ладони к голове. Это была не мигрень. Это было ощущение физического вторжения. Я чувствовала, как холодная, вращающаяся сталь вгрызается в живую плоть камня где-то высоко над нами. Я чувствовала, как рвутся защитные мембраны купола, как чужеродная, агрессивная материя проникает внутрь замкнутой системы.
Я была Мостом. Я была подключена к Ядру. И теперь, когда город кричал от боли, я кричала вместе с ним.
«Лира!»
Морван оказался рядом мгновенно. Он подхватил меня, не давая упасть. Его руки были горячими, но даже его тепло не могло заглушить этот ледяной скрежет в моей голове.
«Они пробили свод», — прохрипела я, глядя на него глазами, полными слез. Черная кровь снова потекла из носа, капая на полированный пол. — «Они внутри. Я чувствую их… они как вирус».
Морван поднял голову. Его лицо окаменело. Фиалковые глаза потемнели, зрачки сузились в вертикальные щели. Маска любовника исчезла. Вернулся Король-Воин.
«Старейшины!» — его голос хлестнул по залу, выводя древних из ступора. — «Активировать протокол "Затмение". Перенаправить энергию Ядра на щиты нижних уровней. Мы отдадим им периферию, но Цитадель должна стоять».
Кристаллические тела Старейшин вспыхнули тревожным багровым светом. Они подключились к сети, и гул в полу усилился.
Морван повернулся к Ксилии. Та стояла, бледная, сжимая кулаки. Вражда, интриги, суды — все это стало пылью перед лицом вымирания.
«Ксилия», — жестко бросил он. — «Возьми своих "Ткачей Льда". Восточный периметр. Там вентиляционные шахты, они пойдут через них».
Она кивнула. В ее глазах больше не было ненависти ко мне — только холодная сосредоточенность убийцы.
«Если пропустишь хоть одного человека к Ядру, кузина», — добавил Морван тихо, — «я лично оторву тебе голову».
«Они сдохнут в холоде», — пообещала она и растворилась в вихре снега, телепортируясь на позиции.
Морван схватил меня за руку.
«Идем».
Мы выбежали на широкую террасу Дворца, откуда открывался вид на весь Затонувший Город.
Зрелище было апокалиптическим.
Вечное небо Бездны — каменный свод километровой высоты — было пробито. В трех местахзияли рваные, дымящиеся дыры, сквозь которые били лучи прожекторов с Поверхности.
Оттуда, на толстых стальных тросах и гравишютах, спускались десантные платформы. Железные, грубые, плюющиеся черным дизельным дымом, они выглядели как грязные язвы на теле сияющего, биолюминесцентного города.
Они несли смерть.
Я видела вспышки выстрелов. Слышала грохот взрывов, который здесь, в замкнутом пространстве, звучал как удары молота по голове.
Но люди принесли с собой не только порох.
«Что это?» — я указала на одну из платформ, на которой стояла странная установка с вращающимися тарелками.
От нее расходились волны искажения воздуха. Там, где эти волны касались зданий К'Тарр, живая архитектура начинала умирать. Изящные шпили вяли, как цветы на морозе, черный камень серел и осыпался прахом. Светящиеся вены улиц гасли.
«Глушилки», — прорычал Морван, и когти на его руках удлинились, впиваясь в парапет. — «Они генерируют белый шум хаоса. Они разрушают структуру нашей магии. Они пришли не захватывать. Они пришли уничтожать».
«Они пришли за мной», — прошептала я.
Внизу, на одной