Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат - Диана Фурсова

Сайвера посмотрела на папку.

— Ты быстро.

— Это временный порядок.

— Почему временный?

— Потому что окончательный должен утвердить Совет.

— Уже лучше.

Торвейн снял мокрый плащ.

— Я тоже рад тебя видеть.

— Я не сказала обратного.

— Почти признание.

— Не наглей.

Он улыбнулся.

Всего несколько недель назад такая лёгкость между ними показалась бы неправильной.

Сейчас она всё ещё была осторожной.

Но уже не болезненной.

Сайвера не забывала.

Просто теперь рядом с плохими воспоминаниями появлялись новые.

Торвейн, снимающий знак перед старой дорогой.

Торвейн, сидящий за стойкой с грязной посудой.

Торвейн, добровольно отдающий Совету право решить его собственную ответственность.

Эти вещи ничего не стирали.

Они существовали рядом.

И Сайвера пока позволяла им существовать.

— Где Руэн? — спросил он.

— Во дворе. Объясняет Ави, почему нельзя кормить Фрайну половиной ужина.

— А почему нельзя?

— Не поддерживай её.

— Я спросил из интереса.

— Именно так всё начинается.

Торвейн вышел на крыльцо.

Через минуту оттуда донёсся голос Ави:

— Дядя Тор!

Пауза.

Потом:

— Ты ей скажи!

Сайвера закрыла глаза.

Конечно.

Руэн вошёл первым.

— Я сказал одну корку.

— А она?

— Говорит, Фрайна большая.

— Логично, — заметил Торвейн.

— Не помогайте.

Ави появилась следом.

— Она очень большая.

— И потому не должна есть весь ваш ужин, — сказала Сайвера.

— Это не весь.

— Сколько осталось?

Девочка спрятала руки за спину.

Руэн вздохнул.

— Ничего.

Сайвера посмотрела на Торвейна.

— Вот.

Он поднял ладони.

— Я вообще молчал.

— Поздно.

Ави увидела папку.

— Это нам?

Руэн сразу перестал сердиться на сестру.

Торвейн кивнул.

— Вам.

Они сели за стол.

На этот раз Торвейн не стал сам открывать бумаги.

Подвинул папку Руэну.

Подросток проверил печать.

Сайвера заметила.

Научился.

Не принимать документ только потому, что его принёс Альфа.

Хорошо.

Руэн разорвал нить.

Прочитал первую страницу.

Потом вторую.

Ави сидела рядом и терпеливо ждала примерно десять секунд.

— Что там?

— Подожди.

— Я жду.

— Ещё.

— Уже долго.

Руэн выдохнул.

— Наш род восстановили.

Ави нахмурилась.

— Он был сломан?

— В книге.

— А теперь?

— Теперь написали правильно.

— Мы Эрвейны?

— Мы и были.

— Тогда ничего не изменилось.

Торвейн тихо кашлянул.

Сайвера спрятала улыбку.

Руэн тоже, кажется, не нашёлся сразу.

— Для нас — нет, — сказал он. — Для земли да.

— Дом тоже наш?

— Да.

— А дед?

Вот тут он замолчал.

Торвейн продолжил:

— Его нашли.

Руэн резко поднял голову.

— Где?

— У южного административного двора. После того как он отказался подписать отказ от требований, его держали там как человека со спорным правом.

— Жив?

— Да.

Подросток вскочил.

Стул ударился о пол.

Ави тоже вскочила, хотя явно не поняла, куда.

— Где он?

— Сейчас уже в городе. Он давал показания Совету.

— Почему вы не привезли его?

Торвейн спокойно выдержал удар.

— Потому что он сам попросил сначала закончить разговор с людьми, которые оформляли его дело.

Руэн сжал кулаки.

— Он должен был приехать к нам.

— Я тоже так подумал.

— Тогда почему…

— Потому что это его решение.

Руэн осёкся.

Сайвера увидела, как он борется с готовым возражением.

Потом посмотрел на неё.

Она ничего не сказала.

Подросток сел.

— Когда?

— Завтра утром.

— Точно?

— Да.

— А если Совет опять…

— Руэн, — сказала Сайвера.

Он замолчал.

— Твой дед теперь сам решает, куда ему ехать. Это хорошая новость.

Подросток медленно кивнул.

Ави спросила:

— Он будет жить с нами?

Никто не ответил сразу.

Торвейн посмотрел на Руэна.

Тот — на сестру.

— Наверное.

Сайвера вмешалась:

— Сначала спросим его.

Ави нахмурилась.

— Почему всех теперь надо спрашивать?

Торвейн ответил раньше остальных:

— Потому что мы раньше слишком часто забывали.

Девочка задумалась.

— Долго.

— Что долго?

— Спрашивать всех.

— Иногда.

— Тогда можно сначала ужин?

Сайвера рассмеялась.

— Можно.

Двоюродный дед Руэна оказался ещё упрямее самого Руэна.

Сайвера поняла это через пять минут после знакомства.

— Дом надо возвращать сейчас.

— Совет уже вернул право, — объяснила она.

— Ключи.

— Ключи передадут после описи.

— Опись провели вчера.

— Тогда скоро.

— «Скоро» — не дата.

Руэн сидел рядом и выглядел почти довольным.

Наконец-то в мире нашёлся взрослый, рядом с которым его собственное упрямство казалось умеренным.

Ави вообще не слушала про ключи.

Она сидела у старика на колене и трогала пуговицу его старого жилета.

— Эта была?

— Какая?

— Когда нас выгнали.

— Другая.

— А где другая?

— Порвалась.

— Жалко.

— Очень.

Сайвера посмотрела на Руэна.

— Ты точно родственник?

— Теперь верите?

— Начинаю.

Старик перевёл взгляд на неё.

— Они останутся у меня.

Руэн напрягся.

Ави продолжила изучать пуговицу.

Сайвера спокойно спросила:

— Вы уже говорили с ними?

— Я их родственник.

— Это не ответ.

— Я обязан за них отвечать.

— Тоже не ответ.

Мужчина нахмурился.

— Вы хотите сказать, что четырнадцатилетний мальчик и шестилетняя девочка должны сами решать, где им жить?

— Я хочу сказать, что решение о них нельзя принимать так, будто их нет в комнате.

Руэн посмотрел на Сайверу.

Дед — на Руэна.

Пауза затянулась.

Потом пожилой мужчина ворчливо произнёс:

— Ладно. Говори.

Руэн растерялся.

Он явно готовился спорить.

К разрешению говорить оказался не готов.

— Что?

— Где хочешь жить?

Ави подняла голову.

— Здесь.

— Я не тебя спрашивал.

— А я тоже живу.

— Тоже верно.

Старик вздохнул.

— По очереди. Руэн?

Подросток посмотрел на сестру.

Потом на окно.

За ним виднелась конюшня и часть старой дороги.

— Дом наш я хочу вернуть.

— Вернём.

— И землю.

— Вернём.

— Но сейчас туда не хочу.

Дед нахмурился.

— Почему?

— Потому что там всё будет напоминать.

Фраза прозвучала тихо.

Ави перестала играть с пуговицей.

Руэн продолжил:

— Люди приходили туда. Деда увели. Нас выгнали. Я знаю, что дом не виноват. Но я пока не хочу ночевать там.

Старик долго молчал.

— Хорошо.

Руэн явно не ожидал.

— Что?

— Я сказал хорошо.

— Вы не будете спорить?

— Буду. Потом.

Сайвера едва не рассмеялась.

Руэн