Бывшие. Она моя дочь? - Света Яц

Маша удивилась.

— В одиннадцать ночи? — улыбнулась она. — Твоя невеста не обрадуется, когда узнает, что ты по ночам к своей бывшей ходишь. Иди лучше домой.

Маша права… Но как же ей объяснить, что там меня никто не ждёт. У нас сейчас и правда с Диной сложные отношения. Я запутался, не знаю, что делать. Постоянно при разговоре с Диной в воздухе нарастает напряжение и такое чувство, что в любой момент всё может взорваться.

С Машей же всё иначе. Легче.

— Я подарок принёс, — достал из кармана коробку с телефоном.

Вручил его Маше.

— Это Полине? — удивилась она. — Она ещё маленькая, ей рано пользоваться смартфоном.

— Нет, Маш. Это тебе, — сказал я. — Ты же себе ещё не купила телефон?

— Лёш, не надо. Я на днях куплю себе сама телефон, — Маша отдала коробку мне. — А Полине рано ещё таким пользоваться.

— А я ей простой купил, — достал из кармана вторую коробку. — Кнопочный.

Маша растерянно посмотрела на меня.

— Хороший подарок, — улыбнулась через силу она. — Дочке понравится. Завтра утром подаришь ей лично, а то она уже спит.

Хотел сказать, что это не подарок, а вещь жизненной необходимости в наше время, но промолчал. Мы прошли на кухню. Посреди стола уже стояла большая тарелка с целой стопкой блинов. Я не удержался и взял один, когда Маша пошла к плите. Мою шалость сразу же заметили.

— Эй! Это, вообще-то, для дочки! — она шлёпнула меня деревянной лопаткой по руке. — Полинка попросила меня приготовить её любимый блинный торт на день рождения.

— С заварным кремом и шоколадом сверху? — сразу догадался я, потому что на столе в отдельных тарелках уже лежал крем и несколько шоколадок.

— Да. И сверху ягодами украшу.

— Вкуснотища.

Маша улыбнулась. А я уселся за стол.

— Может, помочь тебе чем-то?

Она вздохнула и продолжила печь блины.

— Лёш, ну правда, что случилось? — спросила Маша. — Твоя семья в другом доме, а ты сейчас здесь. Я не понимаю… Вы с Диной поссорились?

Семья… Странно, но я с недавнего времени не ощущаю этого рядом с Диной. Постоянные ссоры, крики и упрёки. А сейчас ещё и эти сомнения появились… Неспроста же это предчувствие.

— Можно и так сказать, — с грустью ответил я. — Дине не нравится, что мы сюда приехали. Да и в принципе ей всё не нравится… — тяжело вздохнул. И решил признаться: — Дина совсем не обрадовалась, что у меня есть дочь. Понимаю, что она совсем не обязана радоваться, как я, но её слова были слишком грубыми… Да и, если честно, за эти две недели она так сильно изменилась в плохую сторону, что я чувствую к ней только раздражение. Постоянно ссоримся по каждому пустяку. И чаще инициатором ссор становится Дина. Извини, что тебе приходится выслушивать моё нытьё.

Маша молча слушала меня и не перебивала, продолжая печь блины. А мне захотелось хоть кому-то выговориться.

— Мне порой кажется, что я слишком поспешил с предложением. Сначала пахал безвылазно на работе, а потом влюбился как дурак и верил, что у нас всё будет хорошо. Да и до предложения всё было прекрасно, поэтому-то я и решился на такой важный шаг. А потом что-то изменилось… То ли у меня розовые очки разбились, то ли Дина перестала притворяться той, которую я и полюбил. Или же специально проверяет мои нервы на прочность. Потому что, что бы я ни сделал, ей всё не нравится. Даже моя работа. Хочет, чтобы я всё бросил на своих помощников и вместе с ней покорял высокий мир моды. А я этого не хочу. Я же не для этого долгие годы учился на стоматолога, чтобы вот так всё бросить.

Тяжело вздохнул.

— Может, вам по возвращении домой сесть и поговорить? Обсудить все недоговорённости, — предложила Маша, поставив передо мной тарелку с несколькими блинчиками, завёрнутыми в конвертики. — Да и ссоры не возникают на пустом месте. Значит, кто-то кого-то не понял. В отношениях нужно разговаривать, а не замалчивать обиды.

— Да я понимаю это, Маш. Только вот Дина не хочет понимать и слышать меня, — схватился устало за голову. — Я ей одно, а она понимает как-то по-другому. Ты же знаешь меня, я прямолинейный человек. И не умалчиваю, если мне что-то не нравится.

Маша грустно посмотрела на меня и тихо вздохнула.

— Знаю.

Не знаю почему, но внутри всё сжалось от её взгляда.

— Я сейчас с Диной более мягок из-за её положения, не хочу навредить или сделать хуже. Но такое чувство, что она этим пользуется и поудобнее садится на мою шею, — посмотрел на Машу, которой приходится всё это выслушивать. — Она против моей семьи, против моих друзей. Теперь ей и работа моя не нравится. Я не понимаю… Я влюбился в совершенно другую девушку и сейчас совсем не узнаю её.

Маша подвинула стул ближе ко мне и села.

— И что теперь ты собираешься делать? — спросила она меня. — Всё же у вас скоро родится ребёнок. Ей сейчас нужны поддержка и забота.

Не стал ей говорить о своих сомнениях насчёт беременности Дины. Пока точно не узнаю, не буду поднимать шум. А то потом как дураку придётся оправдываться и просить прощения у всех.

— Знаю. И делаю всё, чтобы Дина чувствовала себя комфортно.

При этом мне самому уже не хочется возвращаться домой, ведь меня там ждёт недовольное лицо невесты. Постоянные упрёки, косые взгляды… Хотя бы раз мне обед или ужин приготовила, так нет же! Я не прошу, чтобы она целыми сутками стояла у плиты, но иногда же меня можно удивить и побаловать домашней едой. А то вечно тащит меня в дорогущие рестораны, где еды толком нет.

А я мужик! Мне надо мяса, да побольше. А не кусочек стейка за кучу денег. Если Дина следит за своим питанием и фигурой, то мне это незачем. Мне достаточно двух дней в неделю в фитнес-зале, чтобы поддерживать себя в форме.

— Я с Диной совсем не знакома, поэтому могу рассуждать только со стороны, — начала Маша. — Но сегодня она поступила очень некрасиво, и даже грубо, по отношению к твоим родителям. Возможно, конечно, это из-за того, что мы с Полинкой рядом стояли и она так показала нам своё отношение. И, если честно, я бы не хотела, чтобы у моей дочери была такая мачеха. Ты меня, конечно, извини, но в будущем я точно не разрешу Полине ночевать в твоём доме, когда рядом будет эта женщина. Она уже показала, что ни во что не ставит нашу дочь.

Я