Как поцеловаться рождественским утром - Дженни Проктор
Последние дни я представляла себе жизнь с Ноем. А сейчас — с целым кланом Хоторнов. С племянниками, кучей кузенов и кузин. С тетями и дядями, которые тоже будто болеют за нас.
В этот момент я слышу, как открывается и закрывается задняя дверь. Я кладу вилку, прислушиваюсь. Шаги. Мужские голоса — может, он здоровается с Ленноксом? Потом, наконец, Ной появляется в дверях столовой. Он быстро окидывает комнату взглядом и когда находит меня, улыбается так широко, так светло, что у меня перехватывает дыхание.
— Ну вот, — говорит Каролин. — Все ясно. Она делает вид, что обращается к Оливии. — Ты видела, как он на нее посмотрел? Когда он вообще так улыбается?
— Пожалуйста, — говорит Оливия, довольная собой. — Не благодарите.
Ной садится рядом со мной, но народу слишком много, разговоров — еще больше, поэтому поговорить толком нам не удается. Я люблю всю эту энергию и смех, но к тому времени, как мы уже почти закончили и все собираются в гостиной открывать подарки, я сгораю от желания побыть с Ноем наедине.
Кажется, он чувствует то же самое. Когда я прохожу через кухню, чтобы поставить стакан в раковину, он ловит меня за талию и утаскивает в свою комнату.
Я вскрикиваю от удивления, а Ной уже закрывает дверь, прижимая меня спиной к ней. Его тело — теплое, тяжёлое, желанное.
— Привет, — тихо говорит он и накрывает мои губы поцелуем.
Поцелуй мягкий, нежный, идеальный и я растворяюсь в нем, вся утренняя нервозность исчезает.
— Я хотел сделать это весь день, — шепчет он, когда отстраняется.
— Хм. Возражений с моей стороны не будет.
— Как ты? — спрашивает он. — Я понимаю, что это рождественское утро явно не то, которое мы планировали.
— Не то, но все равно хорошее. У тебя потрясающая семья.
Он мягко улыбается.
— Да. Они правда замечательные.
— Как прошел разговор с отцом?
— Хорошо, — отвечает Ной. — Тяжело. Но не так тяжело, как я ожидал.
Я поднимаю руку и провожу ладонью по его щетине.
— Молодец.
— Ты познакомилась со всеми?
— Да. И узнала, что Оливия следила за моим Инстаграмом. Она тебе об этом не говорила?
У Ноя поднимаются брови.
— Нам должно польстить, что она так старалась?
— Думаю… да, — говорю я, притягивая его ближе. — Она тебя любит. И хочет, чтобы ты был счастлив.
Ной касается губами моей челюсти, затем движется к уголку рта.
— Я не помню, когда последний раз был настолько счастлив, — говорит он. — Кажется, никогда.
— Я тоже. И мне так грустно думать, что скоро придется уезжать. Странно, я всего неделю здесь, а уже люблю это место, будто оно мое.
— Да, — говорит Ной и бросает на меня выразительный взгляд. — Я прекрасно понимаю, о чем ты.
Я замираю, дыхание сбивается, щеки заливает жар, до меня наконец доходит полный смысл его слов.
— Ной… — тихо произношу я.
— Я не скажу этого, — отвечает он мягко. — Пока нет. Но я иду в ту сторону, Меган. Я влюбляюсь. И, думаю, это случится скорее рано, чем поздно.
Я закрываю глаза, пытаясь удержать дыхание.
— Да… я тоже, — выдыхаю я. И в ту же секунду сомневаюсь — правда ли это «тоже»? Потому что, если судить по тому, что происходит с моим сердцем, я уже там.
После этого мы долго целуемся — так долго, что я начинаю переживать, что его семья сделает выводы.
— Если мы еще немного тут посидим, у твоей семьи появятся темы для разговоров, — говорю я.
— Пусть болтают, — отвечает он. — Я выдержу.
Я хлопаю его по груди.
— Может, ты выдержишь. Но я знаю твою маму всего пару часов. И она знает, что мы знакомы всего несколько дней.
Ной что-то недовольно бормочет, прижимая меня ближе и утыкаясь носом в мою шею.
— Что ты сказал? — спрашиваю я, обнимая его за талию. Я, конечно, делаю вид, что рассуждаю здраво, но если он продолжит так обнимать, у меня не останется сил сопротивляться.
Он касается губами изгиба моей шеи.
— Я сказал, что ты права… но мне совсем не хочется делить тебя с семьей.
Я улыбаюсь и прикусываю губу.
— У нас еще будет время. Много, надеюсь. Если я найду работу. И жилье. И перевезу весь свой скарб из Нью-Йорка в Шарлотт.
— Я помогу тебе переехать, — говорит Ной. — Ты сама говорила, что мне стоит приехать в город. Вот я и приеду. В гости. А потом помогу тебе перебраться сюда.
— Я была бы счастлива. Но для начала мне нужно получить работу.
— Кстати о ней, — говорит Ной, откидываясь назад и доставая телефон. — Я не ожидал, что она ответит на Рождество. Но ответила. И новости хорошие.
Он что-то нажимает, а потом протягивает мне телефон.
У меня перехватывает дыхание.
— Хорошие?
Он улыбается.
— Очень.
У меня трясутся руки, когда я беру телефон и читаю:
С Рождеством! Рада тебя слышать. Извини, что отвечаю в праздник, но я сегодня работаю, так что решила глянуть. У меня был завал с наймом, но я нашла заявление Меган, и она отличная кандидатка. Хорошие рекомендации. Ей еще нужно одобрение двух координаторов, но не думаю, что это проблема. Я буду держать тебя в курсе. И надеюсь скоро увидеть тебя у нас.
— Мел
— Боже мой, — выдыхаю я, поднимая голову. — То есть… она правда это говорит?
— Еще не финал, — отвечает Ной. — Но все идет к тому.
Я бросаюсь к нему на руки. Плечо ноет, но я почти не замечаю, он подхватывает меня, кружит, потом ставит на пол.
— Спасибо, — говорю я. — У меня немного чувство вины, что помогла личная связь, но я так рада, что почти и не важно.
— Не чувствуй вины, — говорит Ной. — Через связи получают работу все. Это нормально.
Я тянусь и целую его:
— Ты не должен был этого делать. Но для меня это очень много значит.
— Не возгордись, — усмехается он. — Мои мотивы были исключительно корыстными.
— Ах вот как?
— Хм-м, — говорит он. — Мне совсем не улыбалось лететь в Нью-Йорк только ради этого.
Он наклоняется, целует так, что я на секунду забываю, что мы вообще в доме, полном людей.
Позже мы возвращаемся в гостиную. Пара детей, достаточно больших, чтобы разрывать обертку, сидят на ковре среди родителей, улыбаются и смеются — Рождество творит свою магию.
Кто-то разжигает огонь в камине, за столом готовится партия Trivial Pursuit, и мне становится особенно приятно, что мы так старались украсить дом. Хотя, думаю, для Хоторнов это и не главное.
Кажется, для них самое ценное — быть вместе. Заботиться друг о друге.