Пепельный лёд: тени прошлого - Паулина Александровская

— Она откаталась хорошо, — отрезала я, собираясь уйти от сюда иначе взорвусь, но она продолжала:

— Как вы думаете, ошибка повлияла на результат?

Так, Ангелина, вдох выдох, вдох выдох. Они еще и давят и напоминают мне о этой глупой ошибке. Знала бы ты как она повлияла, хотя куда тебе...Никогда не поймешь.

— Безусловно, — коротко ответила я и, резко развернулась, покинула зону интервью.

Я Ангелина Воронова, привыкшая к золоту, сегодня ухожу с серебром. Ладно серебро и серебро, но… Но проигрывать малолетке, это не из приятных. Ну ничего ничего. Я еще вернусь. И докажу вам всем, особенно тебе малолетка, что это лишь случайность, глупое недоразумение!

* * *

Я шла по коридору, направляясь в раздевалку. Быстрым движением застегнула олимпийку. Как же хочется отгородиться от всех этих взглядов и тупых вопросов.

Нет, ну честно достали!

Сейчас еще будете крутить мои прокаты до последнего. Изучать, разбирать, обсуждать вдоль и поперёк! Статей настрочите выше крыши по типу:

"До чего же досадно!"

"Не ожидал такого промаха."

"Мы так надеялись на тебя, что случилось?"

"Уже не та прыть…"

"Эх, былое величие померкло."

"Вот тебе и результат, а ведь подавал такие надежды."

"Как жаль, что все так обернулось."

"Похоже, лучшие времена позади."

"Верили в лучшее, а вышло как всегда."

"Раньше было лучше, это точно."

А, да! Еще и комментарии болельщиков и диванных экспертов, мы это уже наизусть знаем:

"Ну как же так вышло-то?!"

"Какое же разочарование…"

"Ах, бедняжечка…"

"Не стоит отчаиваться, всё ещё может наладиться."

"Просто выдохлась, бывает."

"По-хорошему, пора дать ей отдохнуть, видно, что силы на исходе."

"Увы, годы берут своё, это неизбежно."

"Видно, что ей тяжело, нужно дать ей возможность восстановиться."

"Нужно быть реалистами — её время, похоже, прошло."

"Будем честны, она уже не тянет."

Я поморщилась и распахнула дверь раздевалки.

Но, тут в меня врезалась Карина, которая как раз выходила.

— Ой, извините пробормотала она и двинулась дальше.

Я тряхнула головой и передразнила.

— Ызвынитэ

Внутри меня ждала Маргарита, переодевающаяся после своего выступления.

Невысокая, худая, с черными волосами до пояса

Каждый локон — густой, блестящий. Тонкий прямой нос, пухлые, чувственные губы, серые глаза.

Заметив меня, обернулась натягивая черную толстовку

— Ты это видела?

Да Господи боже, ты еще начни ага.

— Да, вижу это уже с сентября месяца. — скривилась я, сев на скамейку и стягивая коньки.

Маргарита усмехнулась:

— Это же абсурд! Такая малышка, а уже вылезла тут ко взрослым! И еще на Олимпиаду хочет поехать? Как такое возможно?

Олимпиада… Олимпиада... Хочет она... только в своих мечтах, хотя... Блин, достали!

Я пожала плечами.

— Понятия не имею.

Наступила тишина. Я подошла к шкафчику, вытащила темно синюю спортивную сумку, достала оттуда серый свитер и светло голубые джинсы. Быстрым движением стянула олимпийку и черный костюм, переодела на свитер и джинсы. Потом коньки и костюм засунула в сумку, резким движением застегнула молнию. Натянула черный пуховик, переобулась, распустила темно-русые волосы, расчесала и собрала их в хвост. Кайф после тугого пучка. Потом я одела белую шапку, повязал клетчатый шарф. Схватила сумку перекинула через плечо и направилась к выходу. За мной последовала Маргарита.

Мы молча вышли из дворца спорта. На улицу уже было темно. Шел сильный снегопад.

Дорога была мокрая от тающего снега, на ней видны отражения фонарей и огней зданий. Ну да, Питер все же. Как иначе.

Мимо проносилась автомобили.

Фонари и свет от зданий создавали теплую цветовую гамму, контрастирующую с темным небом и белыми хлопьями снега.

— Ты как, пешком? — обратилась ко мне Маргарита.

Я остановилась, пожав плечами. Без понятия.

— Я просто такси вызвала, если хочешь поехали со мной? — предложила Маргарита.

— Хорошо-согласилась я.

Хочется просто уже домой, лечь и отдохнуть. Но, этого конечно же не будет…

Через пару минут подъехал желтый автомобиль Ford Focus, выполняющий роль такси Яндекс. Такси.

С Маргаритой мы также молча загрузились в машину, она назвал адрес, и машина тронулась с места.

Я отвернулась к окну и смотрела на зимний вечерний Питер. Снег валил хлопьями, как в кино. Машины ехали медленно, как будто боялись поскользнуться. Фонари светили сквозь снег тускло, и всё вокруг казалось каким-то волшебным и немного грустным. Дома стояли, укрытые белым одеялом, и казалось, что они заснули до весны. В общем, красота, да и только, если не думать ни о чём.

Мы подъехали к отелю. Это была огромная серая многоэтажка, на верхушке которой красовалась светящаяся надпись "Азимут".

Сити Отель Санкт-Петербург— отель-высотка в исторической части Санкт-Петербурга

Сразу видно, что место солидное. Перед отелем на ветру развивались флаги приветствуя гостей. Снег вокруг был почищен, но всё равно скользко — чувствуются, что здесь рады чистоте, но зима своё берёт.

Расплатившись, мы вышли из машины и пошли в сторону выхода

Я зашла внутрь и сразу направилась к стойке регистрации. Она была огромная, сделанная из какого-то красивого камня — мрамор, наверное, или оникс — с подсветкой, отчего казалась еще более внушительной. За ней стояли парень и девушка в строгих костюмах. Парень увлеченно говорил по телефону, а девушка приветливо улыбнулась. Всё здесь дышало спокойствием и уверенностью, как будто любые проблемы оставались за дверью. Нам отдали ключи, и мы направились к лифту.

Попрощавшись, мы с Маргаритой разошлись по комнатам.

Приложив карту ключ, я зашла в номер. Огромная кровать, устеленная белоснежным бельем, так и манила прилечь. У стены — удобный диванчик с подушками, рядом столик с какой-то мелочью. Но самое главное — огромное окно во всю стену. За ним раскинулся ночной город, весь в огнях. Даже не важно, что за городом — просто красиво. Хотелось подойти к окну и смотреть, смотреть, смотреть… А может, сначала просто рухнуть на эту мягкую кровать?

Я скинула сумку на пол

И не успела толком стянуть с себя куртку с шапкой, как в кармане куртки завибрировал телефон. Быстрым движением я разделась, вытащила телефон и прошла к окну. Я взглянула на экран и вздохнув закатила глаза, тихо простонала.

На экране: «Мама».

Я снова тяжело вздохнула. Господи только не это! Когда же вы меня все уже в покое оставите?! Но ответить надо, а то будет хуже.

— Да, мам? — быстро ответила я взглянув в окно.

— Ангелина, я смотрела. Что это было?

Голос матери звучал резко,

Ни капли сочувствия, только разочарование. Как обычно, ничего нового. А то, что дочь устала и сейчас