Фокусы мозга: Как нейронаука объясняет иллюзии восприятия - Хорди Ками

оптические, но также и зрительные и когнитивные иллюзии, например когда иллюзорная перспектива влияет на восприятие глубины. Зрительные и когнитивные иллюзии, в отличие от оптических, не являются пресенсорными, поэтому каждый зритель может воспринимать их по-своему. Эти иллюзии обусловлены различными стратегиями, которые мозг использует для обработки информации. В следующих главах, посвященных вниманию, памяти и принятию решений, мы приведем примеры зрительных и когнитивных иллюзий, включая «гнутые ложки», когда элементы зрительной иллюзии сочетаются с другими, более характерными для когнитивной иллюзии, и «принуждением» — когнитивной иллюзией, когда зритель ошибочно полагает, что он произвольным образом выбирает карту из колоды.

[13] В книге «Фокусы с монетами и восприятие» (Numismagia & percepción) Хеа поясняет: «Мозг имеет множество механизмов, но мы в основном пользуемся тем, что он все время что-то предполагает и предсказывает. Наша задача — найти такой баланс, чтобы он предполагал и предсказывал не больше и не меньше, чем нам нужно; чтобы он осознавал, что правильно, и не увлекался больше, чем следует. Мы должны заставить мозг предположить, что мы собираемся сделать, дать тот прогноз, которого мы от него хотим, и сделать так, чтобы красота впечатления опровергла его анализ».

[12] Автор пересказывает эксперимент Канемана, но не приводит картинку из его книги — с рукописным В из двух элементов (в русской версии: Канеман Д. Думай медленно, решай быстро. М.: АСТ, 2016. С. 108). Поэтому в переводе дается кириллический аналог. — Прим. пер.

[14] Наличие корреляции между разными явлениями не всегда означает, что между ними есть причинно-следственная связь. Существует множество сюрреалистических и надуманных корреляций, например: «расходы США на науку, космос и технологии коррелируют с количеством самоубийств путем повешения, странгуляции и удушения». См.: Виген, «Ложные корреляции» (Spurious Correlations). Такие надуманные корреляции подкрепляют веру в неслучайность совпадений у людей, убежденных в существовании множества заговоров, потому что «все взаимосвязано». Теории заговора процветают там, где статистические данные используются без анализа.

[20]. Randal, “Misdirection.”

[21]. Macknik, Martinez-Conde, and Blakeslee, Sleights of Mind.

[22]. Etcheverry, The Structural Conception of Magic.

[10]. Ortiz, Designing Miracles.

[13]. Aronson, “Postscript.”

[14]. Cavina-Pratesi et al., “The Magic Grasp.”

[11]. Габи Парерас, в личном общении с автором, 2018 г.

[12]. Wiseman and Greening, “‘It’s Still Bending’”; Wilson and French, “Magic and Memory.”

[17]. Baker, Al Baker’s Pet Secrets.

[18]. Van de Cruys, Wagemans, and Ekroll, “The Put-and-Fetch Ambiguity.”

[15]. Мигель Анхель Хеа, в личном общении с автором, 2018 г.

[16]. DaOrtiz, Utopia.

[19]. Etcheverry, The Structural Conception of Magic.

[2]. Etcheverry, The Structural Conception of Magic.

[3]. Там же.

[1]. Ramachandran, The Tell-Tale Brain.

[6]. Там же.

[7]. Канеман Д. Думай медленно… решай быстро. М.: АСТ, 2016 — Kahneman, Thinking, Fast and Slow.

[4]. Там же.

[5]. Martínez et al., “Statistical Wiring of Thalamic Receptive Fields.”

[8]. Gea, Numismagia & percepción.

[9]. DaOrtiz, Utopia.

Для эффективного управления потоком информации, поступающей извне через органы чувств или генерируемой нашими собственными мыслями, в распоряжении мозга имеется важный когнитивный процесс — внимание.

Внимание — это процесс, посредством которого определенная информация отфильтровывается или отбирается из множества постоянно получаемых нами сенсорных стимулов [1]. Оно помогает нам отбрасывать информацию, которая не имеет значения, сосредоточиться на том, что выделяется больше всего, и выбрать лишь то, что полезно в каждый конкретный момент. Только после этого происходит обработка — то есть восприятие — отобранной информации.

С помощью внимания мы фокусируем наши органы чувств и аналитические способности на определенной точке, предмете или действии — в том числе и на собственных мыслях. При этом наше внимание не обязательно обращено на то, на что мы смотрим.

Есть два основных типа внимания: явное, когда мы смотрим непосредственно на объект внимания, и скрытое, когда мы смотрим не на объект внимания, а на что-то другое. Другими словами, мы можем направлять взгляд на объект, чтобы уделить ему внимание, а можем фиксировать на нем внимание, не перемещая на него взгляд.

Внимание, кратковременная память и осознание — тесно связанные друг с другом системы, поскольку и внимание, и осознание были бы невозможны без кратковременной памяти. Информация, на которую мы обращаем внимание, на некоторое время сохраняется в кратковременной памяти, где используется для формирования мыслей или принятия решений.

Хотя в этой книге мы сосредоточимся на явлениях внимания, которые мы замечаем, важно отметить, что большинство механизмов внимания неосознаваемые, то есть многие формы внимания работают автоматически, мы не осознаем их в полной мере и знаем только их результаты. Как мы увидим ниже, в числе прочего этот факт важен для искусства фокусов.

Эволюция сделала нашу систему внимания избирательной. Внимание воплощает нашу «логистическую» способность распределять ограниченные ресурсы мозга на различные задачи во времени и пространстве. Не вся информация, присутствующая в окружающем мире, одинаково важна для нас сейчас или имела значение для нашего выживания когда-либо в прошлом. Например, с первых лет жизни мы так привыкаем реагировать на свое имя и фамилию, что они немедленно привлекают наше внимание, даже если произнесены в необычном контексте — на улице или в ресторане. С этим связана знакомая большинству из нас способность прислушиваться лишь к одному из множества одновременных разговоров на людной вечеринке — даже если это не тот разговор, в котором участвуем мы сами, — Колин Черри назвал ее «эффектом коктейльной вечеринки» [2]. Эта способность к избирательному вниманию позволяет нам выделить и осознать один из множества разговоров, несмотря на весь фоновый шум. Что еще удивительнее, даже если мы слушаем один разговор, немалая часть остальной окружающей информации все равно ненадолго сохраняется в кратковременной памяти, и мы можем восстановить ее, если внимание переключится. Вот почему мы слышим свое имя среди множества разговоров: наш мозг научился отделять зерна от плевел, обрабатывать только ту информацию, которая в прошлом была нам полезна для понимания мира, и практически игнорировать все остальное.

Наше внимание «просыпается», или осознает контраст, когда появляется новая информация — когда у того, что мы наблюдаем, не оказывается эквивалента в памяти, когда нарушается выстроенная нами логика фактов или возникает исключительная ситуация. Известная или привычная информация, например расстановка мебели в гостиной у нашего друга, как правило, не привлекает нашего внимания. Но оно пробудится, если при очередном визите какой-нибудь предмет мебели окажется передвинут или мы сами захотим найти что-нибудь в окружающей обстановке и направим на это внимание. Также внимание активно привлекают резкие неожиданные стимулы (что-то новое в поле зрения, шум, свет).