Фокусы мозга: Как нейронаука объясняет иллюзии восприятия - Хорди Ками
Эта виртуальная близость, создаваемая интерактивными мероприятиями, стала промежуточным шагом между «консервированными» и живыми фокусами. Однако этого оказалось недостаточно: экран создает не только физическую, но и умозрительную дистанцию. По ту сторону экрана может происходить что угодно. А если может происходить что угодно, никакие фокусы невозможны. В лучшем случае они превращаются в еще одну форму визуального искусства, а в худшем — в очередную зрительную иллюзию.
Вдобавок к тому, что фокусы предстают по-разному в контексте разных ситуаций, они зависят также от аудитории, к которой обращены. В этом смысле существует минимум три вида фокусов: фокусы для нефокусников, фокусы для детей и фокусы для фокусников. Зададим отдельный и очень интересный вопрос: могут ли в будущем появиться особые фокусы для искусственного интеллекта? [38]
Первая категория, фокусы для нефокусников, весьма обширна: в нее входят любители жанра, которые искренне наслаждаются искусством фокусов и, вероятно, составляют большинство; меньшинство, которое фокусник раздражает и которое плохо переносит фокусы; и, наконец, люди (мы не знаем, сколько их), которые, по-видимому, ничего не чувствуют, когда смотрят представление фокусника.
Как мы уже отмечали в главе 5, в фокусах широко используются возможности контекста. Реакции, впечатления и воспоминания зрителей, вероятно, будут разными, если сравнить впечатления от фокусов, показанных экспромтом в компании друзей или в ресторане, с впечатлениями от иллюзионного шоу. Также могут быть различия между случайным зрителем и любителем жанра, который со временем набирается опыта, особенно в просмотре классических трюков. Мы задаемся вопросом, в какой степени этот накопленный опыт влияет на то, как любитель снова и снова смотрит классические фокусы, которые уже двести лет исполняются практически без изменений.
Многие зрители признаются, что предпочитают определенных артистов; для них привлекателен не сам фокус, а характер, харизма, стиль и манера фокусника, выступающего перед публикой. Мигель Анхель Хеа пишет:
Зрители всегда хотят влюбиться в того, кто на сцене, он поражает их, потому что они не могут повторить то, что делает артист, но хотели бы так уметь. Это увлечение помогает артисту, и благодаря ему зрители могут даже простить неудачу. Это увлечение позволяет им поддаться, воодушевиться тем, что им предлагают, дать втянуть себя во внешнюю жизнь трюка благодаря харизме артиста, в результате чего трюк становится еще более загадочным [39].
Говорят также, что, как заметил еще Макс Дессуар в 1893 г., образованная публика лучше воспринимает фокусы и получает от них больше удовольствия, чем необразованная. Это, несомненно, связано с тем, что образованные люди с большей готовностью отбрасывают информацию, которая представляется лишней, активнее делают выводы и строят предположения. Также образованные зрители с большей вероятностью отреагируют на заложенное в эффект противоречие, поскольку лучше осознают созданную фокусником иллюзию невозможности. Так, по мнению Джона Малхолланда, «фокусы должны обманывать мозги, а не глаза. Это значит, что для фокусника лучшая публика — люди умные» [40].
Есть ли зрители, которым легче разгадать, какие приемы стоят за такими трюками? В главе 9 мы обсуждали, как зрители могут «замечать» (неосознанно) приемы в некоторых трюках даже при мастерском исполнении. Обладают ли некоторые зрители большей восприимчивостью или способностью проникать в тонкости методов фокусника? Фокусы нередко исполняются не очень хорошо. Иногда артисты не уделяют должного внимания практике и позволяют себе быть весьма небрежными, что крайне маловероятно в других видах искусства, например в музыке. Известно также, что и зрители бывают очень снисходительны: иногда они видят то, чего не должны, но все равно увлекаются представлением, даже если оно не самое лучшее.
Такая благожелательность зрителей, обнаруживших приемы фокусника, была бы неприемлема в других областях: только представьте музыканта, который играет невпопад. Альфред Бине еще в 1894 г. писал, что, когда фокусники хотели форсировать карту, они обращались к женщине, поскольку считалось, что женщина, даже если заметит что-то, как правило, поведет себя гораздо более сдержанно, чем мужчина [41]. Таким образом, как мы видим, фокусники всегда рассчитывали на снисходительность публики. Этот договор молчания с публикой — аспект, который не исследовался в достаточной степени систематически, чтобы дать новые знания о практике фокусов.
Фокусы для детей
На рисунке 11.1 показаны три ряда нейронов. Один нарисован студентами-биомедиками, один — докторантами-нейробиологами и один — учеными-нейробиологами [42].
Какой ряд кто рисовал?
Ответ такой: рисунки в верхнем ряду принадлежат студентам, в среднем — докторантам, а в нижнем — нейробиологам.
Рассмотрим, чем верхний ряд отличается от нижнего. Студенты не имеют глубоких знаний о том, как выглядит нейрон, поэтому рисуют как в учебнике; они даже могут добавить пометки к различным частям, если непонятно, что имеется в виду. Рисунки разных нейронов, выполненные студентами, очень похожи друг на друга.
Что мы хотим показать этим примером? По мере накопления опыта мы учимся отделять зерна от плевел, чтобы в итоге осталось лишь то, что имеет значение. Каждый рисунок отражает историю обучения отдельного человека.
Рисунки в нижнем ряду выполнены состоявшимися учеными. Это схематические рисунки с небольшим количеством деталей, которые передают то, что важно для автора. Причина различий между студентами и экспертами кроется в том, как люди осмысливают информацию. Со временем мы создаем систему кодификации, в основе которой лежит стремление к минимуму информации. С опытом мы учимся сохранять только то, что наиболее важно для распознавания каждого понятия, и отсеивать детали, которые мы даже не обрабатываем. В результате эксперты отбрасывают гораздо больше информации, чем студенты, которые еще не полностью разобрались, что важнее всего.
Все это напрямую связано с общим для фокусников-профессионалов пониманием, что фокусы для детей должны отличаться от фокусов для взрослых.
Рис. 11.1. Рисунки нейронов. Рисунки сгруппированы в три ряда в соответствии с возрастом или опытом авторов
По той же причине, по которой рисунки студентов отличаются от рисунков специалистов, а также в силу особенностей развития мозга от момента рождения дети улавливают многие детали в приемах фокусов, адресованных взрослым зрителям. В процессе созревания мозга сначала развиваются его основные функции — а значит, моторные и сенсорные зоны, затем — зоны, связанные с ориентацией в пространстве, речью и языком. Позже прогрессируют структуры, участвующие в исполнительных функциях, такие как лобные доли. Позднее всего происходит развитие префронтальной коры, а самой последней созревает латеральная префронтальная кора. Именно эти структуры мозга, еще не полностью