Маоисты в Индии. Сборник переводов о движении наксалитов - Хатчисон

менее, мы смогли добиться больших успехов, консолидировать партию и революционные народные комитеты на различных уровнях, укрепить НОПА качественно и количественно, уничтожить агентурную сеть противника в некоторых регионах, эффективно противостоять грязной психологической войне, которую ведёт противник и сорвать попытки противника по всем направлениям раздробить и сокрушить наше движение. Успехи, которых мы добились в ряде тактических контрнаступательных операций в разных регионах страны в последние дни, боевые массовые движения в некоторых штатах, в особенности против перемещений и других жгучих проблем народа, инициативы, предпринятые нашими революционными народными правительствами в ряде сфер — всё это оказало большое влияние на людей, одновременно деморализуя силы противника. Поступают сообщения о дезертирстве и неподчинении приказам со стороны джаванов[169], дислоцированных в регионах под контролем маоистов. Достаточно большое количество их отказались обучаться войне в джунглях или отправляться в командировку в наши районы и в результате они были отстранены от исполнения обязанностей. Эта тенденция будет усиливаться с дальнейшим продвижением нашей народной войны. В целом влияние нашей партии выросло, и теперь она стала восприниматься народом как единственная настоящая альтернатива.

— Как долго будет продолжаться этот этап стратегической обороны, в то время как центр готов нанести удар в ваше самое уязвимое место?

— Текущий этап стратегической обороны будет продолжаться ещё какое-то время. Трудно сказать, сколько именно времени потребуется, чтобы пройти этот этап и выйти на этап стратегического равновесия или стратегического тупика. Это потребует преобразования наших партизанских зон в опорные базы, создания большего числа партизанских зон и зон красного сопротивления по всей стране, развития нашей НОПА. Принимая во внимание всё углубляющийся кризис во всех сферах, вызванный антинародной политикой проимпериалистских, профеодальных правительств, растущее отчаяние и гнев масс, вызванные ненасытной политикой грабежа и воровства, которую проводят реакционные господствующие классы, мы уверены, что широкие массы нашей страны вступят в ряды революционеров и выведут индийскую революцию на новый этап.

Единственное известное фото т. Ганапати

Т. Кишенджи

Туша Миттал беседует с находящимся в подполье лидером маоистов Кишенджи на темы маоистского насилия, стратегии и их борьбы за власть.

С несомненной гордостью он говорит, что он самый разыскиваемый преступник в Индии № 2. Член Политбюро КПИ (маоистской) Маллоджула Котесвар Рао, псевдоним Кишенджи, 53, вырос в штате Андхра-Прадеш, читая Ганди и Тагора. По его словам, разобравшись в мировой истории, он ушёл в джунгли делать революцию. В ходе обысков в 1982 г. полиция ворвалась в его дом в деревне Педдапалли. С тех пор он больше не виделся с матерью, но он пишет ей через газеты на телугу. Проведя 20 лет в наксалитском поясе в Махараштре и Чхаттисгархе, он перебрался в Западную Бенгалию. Его жена контролирует маоистские операции в Дантеваде. Находясь сейчас в укрытии всего лишь за несколько километров от лагеря полиции в Лалгархе, он каждый день прочитывает 15 газет и предлагает вам отправить по факсу партийную литературу. Если вы согласитесь подождать, он посмотрит военную статистику на своём компьютере. Выдержки из полуночного интервью по телефону:

— Расскажите о Вашем жизненном пути. Что заставило Вас вступить в КПИ (маоистскую)?

— Я родился в Каримнагаре, штат Андхра-Прадеш. В 1973 г., получив степень бакалавра по математике, я переехал в Хайдарабад изучать право. Моя политическая биография началась с моего участия в «Телангана Сангарш Самити», организации, которая боролась за создание отдельного штата Телангана. Я был основателем Радикального студенческого союза (РСУ) в Андхра-Прадеш. В период чрезвычайного положения в 1975 г. я ушёл в подполье, чтобы принять участие в революции. На мой выбор повлияли несколько факторов: писатель Варавара Рао[171], основатель Ассоциации революционных писателей, политическая атмосфера в Индии и прогрессивное окружение, в котором я вырос. Мой отец был большим демократом и борцом за свободу. Он также занимал пост заместителя председателя отделения партии Индийский национальный конгресс (ИНК) в штате. Мы были брахманами, но моя семья никогда не верила в касту. Когда я вступил в КПИ (марксистско-ленинскую), мой отец вышел из ИНК, сказав, что два разных политика не смогут ужиться под одной крышей. Он верил в социализм, но не в вооружённую борьбу. Когда чрезвычайное положение отменили в 1977 г., я возглавлял демократическое крестьянское движение против феодализма. Более 60 тысяч крестьян приняли в нём участие. Это вызвало крестьянское восстание в национальном масштабе.

— Министр внутренних дел согласился на переговоры с КПИ (маоистской) по таким вопросам, как права на лес, приобретение земли и особые экономические зоны (ОЭЗ). Почему вы отвергли его предложение? Он только просил вас остановить насилие.

— Мы готовы к переговорам, если правительство отзовёт свои силы. Насилие не входит в нашу повестку дня. Наше насилие — это ответ на насилие. Правительственные силы нападают на наших людей каждый день. За последний месяц в Бастаре формирования «Кобра» убили 18 ни в чём не повинных адиваси и 12 маоистов.

В Чхаттисгархе арестуют людей, которые помогают нам с нашими программами развития. Остановите всё это, и насилие прекратится. Недавно глава полиции Чхаттисгарха назвал шесть тысяч специальных сотрудников полиции в Салва Джудум силой, которой следует гордиться. Вербовка агентов продолжается. Эти люди насиловали, убивали и грабили адиваси на протяжении многих лет. Целые деревни были опустошены из-за Салва Джудум. Правительство может говорить всё, что угодно, но мы им не верим. Как они могут изменить свою политику, если это от них вообще не зависит? Ими командуют Всемирный банк и Америка.

— На каких условиях вы сократите масштабы насилия?

— Премьер-министр должен принести извинения адиваси и вывести все войска, размещённые в их регионах. Войска для нас не новость, мы боролись с государственным террором на протяжении последних двадцати лет. Все политические заключённые должны быть освобождены. Возьмите столько времени на вывод войск, сколько вам нужно, но поручитесь перед нами, что в это время не будет новых полицейских атак. Если правительство согласится на это, никакого насилия с нашей стороны не будет. Мы продолжим развивать наше движение в деревнях, как раньше.

— Перед тем, как правительство согласится на вывод войск, можете ли вы заверить государство, что вы не будете вести боевых действий в течение одного месяца?

— Мы подумаем над этим. Мне нужно посоветоваться с моим генеральным секретарём. Но какие будут гарантии, что полиция не будет атаковать нас в течение этого месяца? Пусть правительство сделает заявление и начнёт процесс вывода войск. Это не должно быть простое шоу для публики. Посмотрите, что произошло в Андхра-Прадеш. Они начали переговоры, а потом прервали их. Член нашего Центрального комитета отправился на встречу с