Инженер из будущего. Книга шестая - Максим Черный

Кучеренко заметил Максима и подошёл к нему, вытирая руки ветошью.

— Начали, — сказал он. — Пока медленно получается. Листы новые, допуски жёсткие. Чуть ошибёшься при установке, потом на следующих деталях всё разойдётся.

— Кто варит?

— Степанов и Ковалёв. Помнишь их?

— Конечно. Они ещё на Т-34–85 работали.

— Вот именно. Люди опытные, дело знают. Я им доверяю.

Максим кивнул. Степанов и Ковалёв были из тех сварщиков, которым не требовалось по десять раз объяснять, почему нельзя пропустить мелкую неточность или оставить сомнительный шов. Они прошли через первые Т-34, ночные смены и срочные переделки, когда каждый час был на счету. Если Кучеренко поручил им корпус, значит, основания для доверия у него были.

Работа продвигалась постепенно, без лишней суеты. Сначала собрали днище с усиленными рёбрами жёсткости, затем принялись за борта. Каждый лист выставляли вручную, сверяли с чертежом и закрепляли струбцинами. Лишь убедившись, что детали стоят как положено, сварщики приступали к работе.

Использовали сварку под флюсом, освоенную на заводе ещё несколько лет назад. Метод давал прочные швы и позволял получать ровное соединение металла. Патон прежде приезжал на завод, консультировал специалистов и помогал настраивать режимы. Теперь сварочные автоматы работали достаточно надёжно, хотя и здесь без контроля было не обойтись. Кучеренко не собирался полагаться только на то, что оборудование уже отлажено.

Он ходил вдоль стапеля, внимательно осматривая соединения. Время от времени останавливался, проверял отдельные участки и делал замечания. Если что-то вызывало сомнения, сварку прекращали, пока не разбирались в причине. Иногда приходилось переделывать шов, иногда достаточно было поправить положение детали до того, как работа пойдёт дальше.

Кучеренко знал, что корпус — это основа всей машины. Ошибку, допущенную на этом этапе, потом будет трудно исправить. Она могла сказаться на установке подвески, монтаже двигателя или посадке башни. Поэтому он предпочитал потратить лишнее время сейчас, чем обнаружить проблему уже при окончательной сборке.

На третий день занялись лобовой частью. Наклонные листы выставили по чертежам и закрепили на стапеле. Кучеренко сам проверил углы, замерил толщину и прошёл вдоль сварных соединений, осматривая каждый участок.

— Ну что? — спросил Максим, заглянувший в цех.

— Сходится, — ответил Кучеренко. — Лобовая часть встала как надо. Теперь корма.

Кормовые листы имели более простую форму, но это не означало, что с ними можно было работать спустя рукава. В этой части корпуса предстояло разместить двигатель и трансмиссию, а значит, положение креплений и посадочных мест имело особое значение. Каждое отверстие, каждая площадка и каждый кронштейн должны были оказаться там, где их предусматривали чертежи. Здесь даже небольшое отклонение могло осложнить последующую сборку.

К пятому дню корпус был почти готов. Основные листы уже соединены, оставалось закончить установку кронштейнов подвески, подготовить крепления башни и довести до конца работы с люками механика-водителя и десанта. Эти операции выполняли вручную: сложная форма деталей и необходимость точной подгонки не позволяли просто поручить всё автоматам.

Максим задержался в цехе до вечера. Он наблюдал, как сварщики заканчивают последние швы, проверяют соединения и убирают окалину. На стапеле стоял тяжёлый тёмный корпус, пока без башни, двигателя и ходовой части, но уже вполне узнаваемый. В его очертаниях угадывался будущий танк: низкий силуэт, наклонные листы брони, мощная лобовая часть.

Кучеренко подошёл и остановился рядом.

— Завтра закончим. Потом проверим размеры, обработаем кромки. Если ничего не всплывёт, можно будет ставить башню.

— Двигатель готов?

— В-2–34 уже на стенде. Ждёт, когда корпус подготовят. Масляные фильтры поставим новые, которые Воронцов сделал. Воздушные тоже подготовлены.

— Хорошо. Как только закончите с корпусом, не затягивай с установкой.

— Не затяну.

Максим ещё раз обошёл корпус. Провёл рукой по борту, задержался у лобового листа, осмотрел сварной шов. Металл был холодным и шероховатым. Внешне корпус пока мало напоминал готовую боевую машину, но за каждым листом, каждым соединением стояли часы работы людей, которые старались сделать всё как следует.

Именно этот корпус должен был стать основой нового танка. От качества его изготовления зависело, насколько точно удастся установить остальные узлы и как машина поведёт себя на испытаниях.

Максим вышел из цеха. На улице уже темнело. Снег шёл весь день и теперь ровным слоем покрывал заводские дворы, крыши и дорожки между корпусами. Он направился к машине, думая о том, сколько ещё предстояло сделать.

Корпус почти готов. Башня обработана, пушки прибыли, и одна из них уже ждала установки. Дальше нужно было соединить всё воедино, смонтировать двигатель и подвеску, проверить механизмы и наконец вывести опытный образец из цеха.

Работа ещё не закончена, но дело двигалось вперёд. А сейчас это было важнее всего.

Через несколько дней корпус был готов.

Кучеренко сообщил об этом утром, когда Максим только вошёл в цех.

— Корпус сварили. Основные проверки прошёл. Можно устанавливать башню.

Максим сразу направился к сборочному стенду.

На массивных опорах лежал корпус будущего танка. Сварная конструкция с наклонными лобовыми листами уже приобрела узнаваемые очертания. Были подготовлены места под двигатель и элементы подвески. Пока корпус стоял неподвижно, без гусениц и ходовой части, но теперь башня должна была занять своё место, и машина наконец обретала законченный силуэт.

Максим обошёл корпус, осмотрел сварные соединения и подготовленные участки. Потом повернулся к Кучеренко.

— С погоном всё в порядке?

— Проверили. Размеры выдержаны.

— Ещё раз проверяли перед установкой?

— Вчера вечером. Всё готово.

— Тогда начинайте.

Башню подняли краном. Она медленно оторвалась от стенда, и рабочие направили её к корпусу. Кучеренко находился рядом с крановщиком, внимательно следя за перемещением груза. Остальные рабочие контролировали положение башни и помогали направлять её, чтобы не задеть корпус.

Сейчас особенно важно было совместить погоны. Башня должна была встать на своё место без перекоса. Любое несовпадение могло остановить работу и заставить разбираться, где именно допущена ошибка.

Кран двигался медленно. Башню опускали постепенно, несколько раз останавливаясь для проверки положения. Рабочие поправляли направление, следили за зазорами. Максим стоял рядом, не вмешиваясь в команды Кучеренко, но внимательно наблюдал за каждым движением.

Наконец башня легла на корпус. Рабочие проверили её положение, после чего занялись креплениями. Послышался металлический лязг, когда детали заняли положенное место.

Кучеренко выпрямился и посмотрел на Максима.

— Есть.

Максим подошёл ближе, проверил крепления и ещё раз осмотрел соединение башни с корпусом.

— Хорошо. Теперь двигатель и подвеска.

— Двигатель подготовлен. С подвеской тоже работаем. Но понадобится ещё время.

— Сколько?

— Точно не скажу. Нужно проверить, как всё встанет на корпус, потом подогнать отдельные детали. Если проблем не будет, управимся быстрее. Если обнаружим несоответствия, придётся задержаться.

Максим кивнул. Такой ответ его устраивал больше, чем обещание закончить всё к определённому числу, которое потом всё равно пришлось бы переносить.

— Не торопитесь в ущерб качеству. Но и без причины время не теряйте. Нам нужно как можно скорее