Искра для Льдистого. Буря в Академии Стихий - Екатерина Сергеевна Богданова

Целая куча желаний, которые в одно никак не объединить. А значит, нужно найти то, которое повлечёт за собой все остальные. Но как его определить⁈ Я же почти ничего не знаю о льдистых в целом, и об этом конкретном в частности. Попробуй тут рассчитай, как он поведёт себя в той или иной ситуации.

Вот уж не думала, что может возникнуть такая проблема… Представляю, как вытянулась бы его ледяная рожа, если бы я сама подошла и предложила познакомиться поближе.

— Даш, ты скоро? — спросила Ганимеда. — Пара уже закончится скоро, а нам ещё переодеться нужно.

— Я не знаю, — проговорила растерянно, обернувшись к подруге.

— Ну так и нечего стоять тут! Снежногодье только послезавтра. Есть время подумать, — взмахнула руками подруга.

Нет уж! Я хочу встретить праздник без всех этих проблем.

Подошла ближе к дереву и протянула руку к самой яркой «звёздочке», мерцающей на его ветвях. Зажмурилась и постаралась сформулировать своё желание, максимально охватывая все детали. Получилось что-то вроде «Пусть у льдистого не будет причин считать меня врагом, развеется магия, которой я на него воздействовала, и он поймает мразного».

Да, это не одно чёткое желание, но все эти мелкие хотелки вкупе составляют одно целое! Если снежное дерево действительно такое волшебное и мудрое, оно меня поймёт.

И оно, кажется, поняло!

Когда ладошку кольнуло мимолётным холодом, а потом по ней сразу разлилось тепло, я распахнула глаза и очарованно выдохнула:

— Ох ты ж!

Снежное дерево замерцало так, что я на мгновение ослепла. Но волна слепящего света схлынула так же быстро, как и вспыхнула. Оставив после себя тёплое ощущение, что всё будет хорошо. Не знаю точно, что именно «всё», но точно будет!

— Всё, дерево приняло твоё желание. Бежим скорее! — подскочила ко мне Ганимеда и схватила за руку. — У нас десять минут! Ты тут полчаса простояла в трансе. Никогда ещё такого не видела!

— Полчаса? — растерянно переспросила я. — Всего минут пять же.

— Так бывает, если загадывать желание, не зная, что тебе на самом деле нужно, — ответила Ганя, ускоряясь. — Дерево сканирует твои мысли и чувства, и само выбирает, что для тебя лучше. Я же говорила, нужно определиться, и только тогда идти!

— Так что оно выполнит-то в итоге? Как узнать⁈ — спросила я нервно.

— Что-то из того, что у тебя в голове крутилось. А что именно — ему виднее. Даш, быстрее давай! — раздражённо выпалила Ганимеда, взбегая по ступеням и буксируя меня за собой, вцепившись в руку мёртвой хваткой. — У нас сейчас Стихийные взаимодействия. Неизвестно, кто будет лекцию вести. Если воздушник, не пустит после звонка. А землевик за опоздание заставит пересказать краткую теорию стихийных связей. Вот ты её помнишь наизусть? Я нет!

Я тоже не помнила. Но когда мы вбежали в аудиторию, опоздав всего на несколько секунд, ни о какой теории стихийных связей речи и не шло. Сегодня этот многогранный предмет у нас преподавал профессор Аккунус, декан водного факультета.

По крайней мере, сначала мы так подумали. И даже обрадовались. Но, заняв свои места, в очередной раз осознали — а Академии Стихий в любой момент всё может оказаться не так, как кажется.

— Сегодня нам представилась невероятная возможность! — радостно провозгласил профессор Аккунус. — О таком можно было только мечтать, но это свершилось! Вашим лектором буду не я, как вы ошибочно могли подумать.

Студенты загудели, потому что профессор Аккунус был лучшим вариантом, он самый добрый и мягкий. И рассказывать умеет так, чтобы всех заинтересовать.

— Опять какого-то спеца со стороны пригласили, — проворчала Ганя. — Будем битый час слушать всякий профессиональный бред, который нам не пригодится.

— А вдруг кто-то интересный, — предположила я.

— У водника? Мы и так знаем, что наши стихии противоположны, — фыркнула подруга. — Зря только спешили.

— Тишина! — повысил голос профессор Аккунус. — Проявите уважение, студенты. Вашим лектором сегодня будет магистр ледяной магии, выдающийся представитель ордена Льдистых, Эйс Колд!

Снежное дерево явно поняло меня неправильно…

Даже в бреду сложно представить льдистого в образе преподавателя. А уж увидеть это наяву!

Учитывая репутацию льдистых магов, лекция проходила в абсолютной тишине. Никто и шелохнуться не смел, не то что заговорить. Но, вопреки ожиданиям, рассказывать интересно Эйс Колд умел. С примерами из его богатого опыта столкновений с магией разных видов и уровней.

Признаться честно, слушая его приятный голос, я даже на какое-то время забыла, какой огромной проблемой является этот маг лично для меня. До того момента, как он заговорил о запретной тёмной магии и упомянул так называемых мразных — тех, кто запятнал себя этой в высшей степени мерзкой практикой.

Если бы не этот привязчивый мразный, который так ловко использовал мою невезучесть, чтобы прикрываться от льдистого, проблем и не было бы!

А Колд продолжал рассуждать о мразных, плавно сворачивая с темы лекции к одному конкретному делу, которое привело его в нашу академию.

— Как правило мразные умело скрывают свою истинную суть. Виртуозно втираются в доверие и используют окружающих, чтобы добиться своих целей. Для достижения большей силы они выбирают жертву и тщательно подготавливают её к предстоящему ритуалу жертвоприношения, — говорил льдистый и… смотрел на меня. — Но их можно заподозрить по некоторым нюансам. Излишняя забота, попытки находиться как можно ближе, добиться взаимного интереса и полного доверия.

— Прошу прощения, магистр, это не относится к взаимодействиям… — начал было профессор Аккунус.

— Ошибаетесь, — перебил его льдистый. — Речь как раз о взаимодействии стихийной магии с тёмной. Именно по причине многогранности стихийной магии, её носителей и выбирают в качестве жертв для увеличения тёмной энергии, способной, как вы знаете, поглощать не только все другие виды магических волн, но также и эмоциональный фон.

Ввернул Колд, улыбнулся обескураженно замолчавшему профессору и продолжил гнуть свою линию.

— Именно по этой причине мразный всеми силами пытается максимально сблизиться со своей жертвой. Чтобы потом, во время ритуала, высвободилось как можно больше эмоциональной энергии, которая в свою очередь подстегнёт выброс стихийной магии, плотно связанной с эмоциями и чувствами.

— А вот тут ошибаетесь уже вы! — азартно воскликнул профессор Аккунус. — Мы учим в первую очередь не поддаваться эмоциям, а управлять магией осознанно. Только силой разума можно подчинить стихию!

— В идеальном мире, возможно, — усмехнулся льдистый. — Но действительность заключается в том, что в той или иной степени даже самые виртуозные маги подвержены влиянию чувств. Чем и пользуются