Год 2000-й. Восход полной луны - Александр Борисович Михайловский
— Кто ты, Величайший? — робко спросила Нанди. — Я не узнаю твоих психоэмоциональных ключей.
— У меня много имен, титулов, званий и должностей, но здесь и сейчас я действую как Специальный Исполнительный Агент Великого Духа Вселенной, — провозгласил таинственный собеседник. — Тебе незачем меня бояться: таким, как ты, я несу только добро и справедливость. И даже тем засранкам, что считают себя твоими хозяйками, не грозит ничего, кроме признания своего поражения и предложения вступить в Великий клан Русская Империя. Их предводитель — мой друг, и делает все по самым правильным установлениям.
— Ты Высшее Существо, сын Великого Духа? — попыталась уточнить Нанди.
— Нет, я человек из плоти и крови, только наделенный особыми возможностями и полномочиями, — ответил тот. — Чтобы ты не сомневалась, вот тебе мое благословение на новую счастливую жизнь.
И нечто неосязаемое, но вполне материальное, как любая энергия, пролетело по ментальному каналу и окутало сферу обеспечения Нанди, отчего ей стало так хорошо, как не было еще никогда за все время существования, продолжавшегося уже больше полутора сотен земных лет. Ощущение дружбы, любви, приязни и уважения были для Корабля клана Темного Тумана настолько непривычными, что на какое-то время она впала в эйфорию. И никто из эйджел, светлых или темных, которые присутствовали у нее на борту, не почувствовал этого события. Все поняли только малые, находящиеся с Кораблем на чипированной связи, но не стали никому рассказывать. И только две могучие горхини, повинуясь неслышимому приказу, прошли в командный центр и заняли позицию возле сферы обеспечения, чтобы такой хороший замысел не сорвался от какой-нибудь нелепой случайности.
Полчаса спустя, там же
Все произошло так, как и задумывалось. Челнок клана Темного Тумана был уже совсем рядом с кораблем, когда его обогнал стремительный овеществленный сгусток мрака. В последний момент тот сбросил скорость и присоединился к стыковочному узлу. Пока пилоты челнока соображали, что теперь делать, Лилу, вынырнув по соседству из маскировочного поля, прихватила его буксировочным лучом и без особой грубости, но решительно повлекла к своему корпусу на принудительную стыковку.
На самом Корабле действительно поначалу никто ничего не понял, кроме самой Нанди и ее малых. Имперские штурмовые коммандос, вооруженные парализаторами, быстро прошли по коридору, проигнорировав грузовые отсеки, выставили парные посты у каждой запертой двери, а в конце их ждал гостеприимно открытый люк в рубку. Там тоже все обошлось без малейшего насилия: горхини при появлении новых действующих лиц отошли в сторонку, показывая на всеобщее обозрение широко раскрытые ладони. Имперские штурмпехотинцы при виде этих впечатляющих женщин, одетых только в узкие набедренные повязки, даже не моргнули, так как больше месяца проходили подготовку на таком же «Корсаре» с участием местных горхинь и сибх. Они также знали, что если такая красавица вне службы в темном углу прижмет тебя к теплой стенке, лучше не сопротивляться и сделать все как положено, и тогда удовольствие получат оба и не будет стыдно перед товарищами.
На челноке, напротив, случилось нечто вроде паники. Его пилоты испытали ощущение, будто их за шею взяла чья-то могучая рука и вздернула вверх так, что ноги оторвались от палубы, и в таком виде понесла в широко открытый рот. Унизительнейшее ощущение бессилия, из которого надо вырываться, кусаясь и царапаясь. Правда, когда поблизости обнаружился «Длинный меч» неизвестного клана и выяснилось, чьи это проделки, ярость обреченных тут же сменилась покорностью судьбе. Уж слишком неравны были шансы, а если не оказывать сопротивление, то можно хотя бы рассчитывать на относительно безболезненную смерть.
Паниковали и франконские наемники-англы (тарданцы, кстати, в подобных обстоятельствах ведут себя значительно выдержаннее и хладнокровнее). Одна лишь матрона светлых Аделла Коэна могла хотя бы догадываться, что происходит, но и ей было не до объяснений, тем более что гигантский корабль (по сообщению Резидента, некоторое время назад посетивший эту систему) в ее сознании никак не совмещался с обыкновенным «Длинным Мечом». То явление было само по себе, а это неожиданное нападение — само по себе.
Но вот все закончилось. Челнок принудительно пристыковали к кораблю-агрессору, открылся люк и на борт вошли воины-хумансы* в тяжелой штурмовой экипировке незнакомого эйджел образца (что само по себе уже нонсенс). Наемники-англы из личной охраны светлой матроны (семеро рядовых при одном капрале) побросали оружие, ибо сразу поняли, насколько их превосходят в классе. Надо отметить, что в кланах нет обычая убивать сдавшихся наемников: их контракты победители по сниженным ценам выставляют на вторичном рынке, получая с этих паршивых овец хотя бы по клоку шерсти.
Примечание авторов: * Лилу, как и любой другой Корабль типа «Длинный Меч» или «Флибустьер», на борту штатно несет одну роту штурмовой пехоты.
Поняв, что сопротивления не будет, победители жестами приказали побежденным заложить руки за спину и, построившись в цепочку, выйти прочь, в объятия ожидающего конвоя, после чего на борту челнока остались только двое пилотов темных эйджел, две горхини из технической команды, Аделла Коэна и ее помощница-племянница по имени Тилина Дала. При этом горхини вели себя так, будто их здесь вообще нет (такое указание им через чипы отдала Корабль Нанди). И имперские солдаты тоже об этом знали, а потому напрочь игнорировали монструозных мускулистых женщин. Потом, когда все закончится, сюда придут горхини Лилу и отведут своих сестер на помывку, обмундировку и прием пищи (а вот это дело горхини любят, тем более что качество рационов на диком и цивилизованном корабле различаются как земля и небо).
И вот, едва наемники вышли, внутрь челнока вошли еще двое хумансов и одна темная эйджел в темно-синем мундире. С первого взгляда Аделла Коэна поняла, что это какой-то неправильный клан или вообще не клан. Хумансы тут были предводителями высокого ранга, а эйджел — подчиненной (причем без обычного в таких случаях ошейника принуждения), и вела себя она достаточно свободно, но все же команды отдавали эти двое, а она их исполняла. Мундир на обычно голой темной эйджел при этом проходил по статье «прочее». Такое положение вещей немыслимо ни в светлом, ни в темном клане, но, похоже, на этом «Длинном Мече» являлось обычным делом.
Имперская темная на Языке Войны обратилась к пилотам, спросив, признают ли они свое поражение. И когда те, в соответствии с обычаем, ответили утвердительно, посоветовала не задумываясь поступить на службу