Проиграй мне, недотрога - Ульяна Николаевна Романова

— Я уже говорил, что вы мой кумир?

— А если у вас с Яночкой ничего не получится, то и ее личной жизнью займусь, — лукаво поглядывая на меня, решила бабуля.

— Бабушка Зина, если вам очень хочется кому-то набить лицо — просто назовите имя, не обязательно сватать его Янине, — галантно пропел я.

— Ну вот, а говорил, что не знаешь и не уверен, — хитро ответила бабуля.

Я же восхищенно открыл рот и подумал, что ей и в покер можно главным шулером идти играть.

Проводил до квартиры, чуть не получил метелкой от матушки, которая вторую встречу со мной не ждала и не заказывала, и отправился восвояси.

По дороге достал мобильный и набрал бунтарке.

— Алло, — ответила она лениво.

— Бабуля дома, — отчитался я, — как нога?

— На месте, — иронично хмыкнула бунтарка, — спасибо, что помог, Колдун, но играешь ты грязно!

— Кто сказал, что я играю? Да бабушка Зина теперь мой лучший друг навеки! И ты могла бы брать с нее пример! К слову, бунтарка, ты какую кухню предпочитаешь? Я бы тебя на картинг позвал, но у тебя копчик не зажил.

— Может, от тебя деньгами откупиться? Или святой водой окропить?

— Не поможет, — хмыкнул я, — так какую? Японскую, итальянскую?

— Восточную.

— Понял. Послезавтра в шесть заеду. Дресс-код — усики и леопард.

— Не боишься, что так и приду? — уточнила Янина.

— Мечтаю, — промурлыкал я, — а, и указку с собой возьми, чтобы я слюной захлебнулся…

— Договорились, — добила меня училка, — спокойной ночи, Колдун, Офелии и котятам привет.

И отключилась! Завела и отключилась, заноза такая! Интересно, оденется, как я просил, или словами дразнит?!

Я тащился от нее как кот от сметаны, как шланг по огороду, как… Как Тихон от Янины.

Взбудораженный, вдохновленный и впечатленный, вернулся домой, проверил спящую Офелию, малых котят, которые спали рядом, и упал на диван, предвкушая наше с ней свидание.

Обновил корм для Офелии и впервые за долгое время никуда вечером не пошел. Не хотелось никуда. А куда хотелось — меня не приглашали.

Подумал немного и достал книгу, лег на диван и почти мгновенно отключился…

Сидя на пассажирском сиденье автомобиля Данелии, я смотрела в окно и кусала губы. Я нервничала. И злилась.

Подруга по-доброму посмеивалась надо мной, особенно когда помогала выбрать наряд на нашу встречу. Она же и вызвалась меня до нее довезти.

Леопардовое платье я отмела сразу, потому что оно не гармонировало с эластичным бинтом на синем колене и кедами. Я все еще прихрамывала…

Выбор пал на достаточно откровенный красный комбинезон. Низом шли широкие брюки, а верх был на бретелях со смелым вырезом. С ним можно было надеть удобные белые кеды, которые прятались под широкими штанинами. Сверху я накинула черный пиджак, чтобы вечером не замерзнуть.

А все потому, что в какой-то момент я решила больше не бегать и не сопротивляться безобразию, а возгласить его!

Не одному Колдуну можно грязно играть в эту игру, я тоже так умею! К тому же Колдун пригласил меня в дорогой ресторан восточной кухни…

— Ничего не говори, — взмолилась я, косясь на подругу.

— Я молчу, — выдавила она, старательно пряча улыбку, — не волнуйся, на крайний случай у тебя есть еще Николай и Анатолий.

— А если и с ними не выгорит, то еще один ремонт затеем, да? Ко мне прорабы очень неровно дышат…

— Ты их несбыточная мечта, — согласилась Дана, — женщина-загадка.

— Угу, — кисло согласилась я, когда зазвонил мой мобильный.

На экране отразилось «Колдун», а у меня сердце забилось вдвое быстрее привычной нормы.

Да что ж такое!

— Алло, — ответила я.

— Кошечка, прости дурака, я чуть опоздаю, ладно? Я в полиции, сейчас с дядями все порешаю, и сразу к тебе, — совершенно спокойным голосом сообщал мне Тихон.

— За что? Это из-за самокатчика, да? Он заявление написал? — ахнула я, понимая, что очень испугалась.

— До встречи, бунтарка, — ответил мне Колдун и отключился.

Дрожащими руками я набрала его номер, но телефон был отключен!

А ко мне мягко подбиралась паника!

— Я наберу Хасана! — сразу же приняла решение Дана.

— Нет, разворачивайся, нам нужен Шереметьев! — решила я.

Продиктовала подруге адрес и судорожно соображала, что мне делать! И есть ли у меня знакомый адвокат…

И пока я думала, Данелия вжала газ в пол, и через пятнадцать минут мы стояли у отделения, где работал Богдан Шереметьев.

Я неловко выбралась из машины, молясь, чтобы сегодня была его смена. Прихрамывая, пошла к входу и — о, чудо! — заметила Богдана, выходящего из своей машины.

Развернувшись на пятках, поспешила к нему. Данелия шла за мной — суровая, собранная и с мобильным в руках.

— Янина? — В этот раз Богдан меня сразу узнал и изумленно поднял брови.

— Тихон в полиции, — сразу же сообщила я главное.

Шереметьев крякнул и подозрительно покосился на меня.

— Он спас меня от самокатчика, а тот, думаю, написал на него заявление. Или его родители… Богдан, выручайте!

— Понял, — обалдел Шереметьев и достал мобильный.

Я кусала губы, пока тот звонил кому-то и выяснял подробности.

— Поехали на моей, я выяснил, где он, — наконец махнул рукой Богдан, пока я сходила с ума от чувства вины.

Вроде как проблемы у Колдуна из-за меня… Или из-за его взрывного характера?.. В любом случае он вступился за меня и я приложила руку к тому, что сейчас он сидел в полиции, а не нервировал мне нервы в ресторане!

Мы с Данелией решили не спорить с Богданом. Загрузились на заднее сидение его легковушки и тот сразу сорвался с места.

— А теперь еще раз и подробно! — потребовал Богдан, крутя руль.

Я вдохнула поглубже и постаралась спокойно и очень подробно все рассказать.

— Зря в травму не поехали, зафиксировали бы там документально ссадины…

— Тихон был против, — сквозь зубы прошипела я, — и не бил он этого мальчишку, только угрожал. Ну и банкой кошачьего корма по спине попал…

— Я понял, разберемся, — сурово пообещал Богдан.

Ехать пришлось долго. Мы умудрились попасть в пробку и простоять в ней около пятнадцати минут, в течение которых я ерзала на сиденье и буквально не находила себе места.

Капитан Шереметьев все это время с любопытством косился на меня, я старательно отводила взгляд, и лишь Данелия была оплотом спокойствия. Подруга задумчиво поглаживала свой животик и смотрела в окно.

— Тебе нужно было ехать домой, — сокрушалась я, обращаясь к подруге.

— Нет уж, я тебя не брошу, — отрезала Дана.

— Спасибо, — нервно улыбнулась