Все цвета Африки. История, политика и жизнь континента - Семён Геннадьевич Павлюк

Светофорные цвета

Рядом – небольшой парк. На ограде растянут плакат, сообщающий: «Малийцы благодарят правительство Гвинеи». Тут же портреты двух внешне похожих десантников. Один из них мне уже хорошо знаком своей фигурой культуриста, это временный президент страны – полковник Мамади Думбуя. В красном берете и темных очках, он сурово смотрит с уличных плакатов, призывая к национальному единству. Ветеран Французского иностранного легиона Думбуя 5 сентября 2021 года сверг президента Альфа Конде, который за десять лет правления страной проделал типичный для Африки путь: от надежды демократии к упрямому автократу, не желающему отдавать власть (см. ч. 4.4).

Возле Думбуя изображен полковник Ассими Гойта, руководитель военной хунты соседней Мали. Меньше чем за год (август 2020 – май 2021) он умудрился дважды (!) организовать переворот в своей стране, а еще пережить покушение, рассориться с традиционным военным союзником Мали Францией и обратиться за помощью к российским ЧВК (см. ч. 4.5). Впечатляющий результат даже для африканского лидера.

Конакри. Диктаторы Мали и Гвинеи на фоне панафриканских цветов

Два полковника-соседа быстро нашли общий язык. В их сотрудничестве – сплошные плюсы. Например, где бы они ни проводили военный парад, гостям можно не везти с собой знамена. Государственные флаги Гвинеи и Мали зеркальны: красно-желто-зеленый и зелено-желто-красный.

В бытность студентом, запоминая флаги, я придумал такой мнемонический прием: правильная последовательность, как на светофоре, у Гвинеи, потому что это государство получило независимость раньше Мали – а значит, у гвинейцев было право первого выбора.

Изначально гамма панафриканских цветов была немного другой, черно-красно-зеленой: черный цвет символизировал борьбу за права афроамериканцев (ведь, по сути, движение родилось в США). Но вместе с идеей Единой Африки пришло и современное сочетание цветов, вдохновленное флагом Эфиопии.

Почему именно Эфиопии? После завершения колониального раздела Африки на континенте осталось лишь четыре независимых государства, и три из них на роль вдохновителя не подходили. Южно-Африканский Союз (будущая ЮАР) оставался государством белых колонистов, жившим по законам апартеида. Египет находился под военным и экономическим контролем Великобритании. Либерия, независимая с 1847 года, по сути была протекторатом США, о чем напоминал и ее флаг. И только Абиссиния, как тогда называли Эфиопию, не просто осталась независимой, но и успешно отразила европейскую агрессию. В 1896 году войска абиссинского императора разгромили итальянцев в битве у города Адуа на севере страны. Итальянцы недооценили противника, у которого было не меньше артиллерии и куда больше солдат. В результате из почти 18-тысячного корпуса в итальянскую Эритрею вернулись лишь 3,5 тысячи человек. Остальные погибли или попали в плен. Такой успех не мог пройти незамеченным[49].

Рас Тэфэри

В победоносной битве у Адуа эфиопскими войсками руководил рас[50] Мэконнын, двоюродный брат императора Менелика II и большой друг поэта Рембо, который долгое время жил в Харэре на востоке страны. Десятый сын Мэконнына, рас Тэфэри, стал губернатором провинции Харэр и вообще прожил еще более интересную жизнь, чем отец: в частности, встречался с Николаем Гумилевым и Николаем Вавиловым. Кроме того, рас Тэфэри унаследовал отцовский твердый характер, а еще прекрасно овладел искусством дворцовых интриг, что позволило ему вознестись к вершинам власти. Когда сын Менелика II стал высказывать симпатии исламу, Тэфэри сверг его, став в 1916 году регентом при императрице Заудиту, первой женщине на эфиопском престоле со времен царицы Савской (см. ч. 2.4).

Регент сосредоточился на модернизации армии и экономики (например, запретил работорговлю), а также активно включился во внешнюю политику. Он добился вхождения страны в Лигу Наций и стал желанным гостем в европейских странах (во многом из-за своего экзотического двора). Так что, когда императрица скончалась, никто не подумал возражать против коронации Тэфэри под императорским именем Хайле Селассие I.

18 ноября 1930 года портрет нового императора появился на обложке журнала Time с подписью «Царь царей». Такая обложка произвела сенсацию среди афроамериканцев и особенно среди чернокожих жителей Карибских островов – оказывается, где-то в Африке живет черный император!

Некоторых жителей Ямайки эта обложка и вовсе повергла в религиозный трепет – явился Черный Император, который поведет всех чернокожих мира в Африканский Сион, где они, наконец, обретут счастье и достоинство. Соединив это поистине божественное откровение с идеями черного национализма политического активиста Ямайки Маркуса Гарви, основателя общественного движения «Назад в Африку», на Карибах появилась новая религия – растафарианство, в честь изначального имени раса Тэфэри. Адепты этого учения объявили эфиопского императора ни много ни мало воплощением Бога на земле.

Мы знаем о растафарианстве скорее по музыке регги и Бобу Марли (которого некоторые считают пророком) да по стереотипному образу карибского растамана: дреды, марихуана, постоянные упоминания Джа и вязаные красно-желто-зеленые шапочки, отсылающие к флагу Эфиопии и панафриканизму. Страна на востоке Африки по-прежнему имеет для растафарианства огромное значение: некоторые растафарианские общины поняли призыв Маркуса Гарви буквально и действительно перебрались из Ямайки в Эфиопию. Они поселились в городе Шашэмэнне к югу от эфиопской столицы. Землю под общину им подарил лично Хайле Селассие, который благосклонно отнесся к их идеалам. Периодически возникают разговоры о перезахоронении здесь праха Боба Марли.

Растафарианцы Карибских островов до сих пор считают праздничными днями день рождения Хайле Селассие (23 июля), день его коронации (2 ноября) и день Сошествия (21 апреля). Последнее – память о прибытии императора на Ямайку в 1966 году. Тогда сто тысяч человек окружили самолет прямо на взлетной полосе, что явно смутило императора. Он даже не сразу решился выйти наружу. Но когда вышел – не стал ступать на красную ковровую дорожку, а пошел сразу по земле. Отсюда и название праздника: Groundation Day. Не только сошествие с небес (в виде приземления в аэропорту), но и день, когда император ступил на землю Ямайки.

Кстати, эфиопские растафарианцы очень серьезно относятся к своей религии и терпеть не могут дредастых белых, набивающихся в гости с криками «Peace, bro!» За растаманами и всем сопутствующим лучше ехать на Ямайку. Там вокруг туристических пляжей воздух можно резать ножом сразу на брикеты.

Конфедерация мечты

Соединенные Штаты Африки так и