Все цвета Африки. История, политика и жизнь континента - Семён Геннадьевич Павлюк

В южной половине континента проживают народы нигеро-кордофанской семьи (ее также называют нигеро-конголезской). Этот сложнейший по систематике конгломерат из 1400 языков с географической точки зрения принято делить на две группы: очень близкие между собой языки банту (зулусы, коса, шона, хуту), представители которых заселили Южную, Экваториальную и Восточную Африку, и западно-конголезские языки (йоруба, игбо, ашанти, эве), на которых говорят народы Западной Африки[64]. С антропологической точки зрения это представители негроидной расы.

Кроме того, в саваннах Восточной Африки и центральной части Сахеля проживают немногочисленные народы нило-сахарской семьи (масаи, динка, канури), которых часто называют просто нилотами. Как правило, это рослые, долговязые люди, чей средний рост сильно превышает европейский, а черты лица отличаются от традиционных «негроидных» (у большинства нилотских народов нет толстых губ и приплюснутого носа). Подобные «европейские» черты лица побудили антропологов начала XX века выделить эти народы в отдельную подрасу и помогли сформировать печально известную хамитскую теорию. На рубеже XX–XXI веков прежде всего в местах проживания нилотских народов (масаи Кении и Танзании, мурси южной Эфиопии, мундари Южного Судана) развернулся этнический фототуризм, в рамках которого туристы наблюдают за их традиционным образом жизни. Не в последнюю очередь на туристическую «привлекательность» этих народов повлияли их черты лица и пропорции тела, более подходящие для европейских стандартов красоты.

Остров Мадагаскар населяют малагасийцы, представители австронезийской семьи. Их язык пришел из Юго-Восточной Азии вместе с заселившими остров в первых веках нашей эры мигрантами из современной Индонезии. Чернокожие жители Африки попали на остров позже, и сейчас с антропологической точки зрения остров – смесь банту и австронезийцев, причем первые преобладают на побережье острова, а вторые – в центральной его части, историческом ядре державы Имерина, что правила островом с начала XV до конца XIX века.

Наконец, на юго-западе континента (Ботсвана, Намибия, северная ЮАР) уцелели бывшие хозяева Африканского континента – койсанские народы. Две тысячи лет назад койсаны населяли почти всю Африку, но потом были ассимилированы банту или вытеснены в самые неблагоприятные части континента: пустыню Намиб и полупустыню Калахари. Койсанов, которые делятся на племена бушменов и готтентотов, насчитывается лишь несколько сотен тысяч. Они сохранили уникальный «щелкающий» койсанский язык, который для неподготовленного человека напоминает язык птиц. Внешне это невысокие (около 150 см) люди с желтовато-бурым цветом кожи и чертами лица, напоминающими монголоидные. Их принято выделять в южноафриканскую (она же капоидная, она же бушменская) подрасу, а то и в отдельную расу. Если племена готтентотов стали скотоводами и даже создавали политии, с которыми столкнулись в середине XVII века первые голландские поселенцы нынешнего Кейптауна (см. ч. 5.1), то бушмены остались на уровне мезолита, занимаясь охотой и собирательством.

Бушмен. Северная Намибия

Образ жизни бушменов, «последних первобытных людей», их способность находить воду в пустыне, в буквальном смысле слова высасывая ее из-под земли, сделал их очередными «благородными дикарями», воспетыми непрошеными поклонниками среди белых. В этом амплуа их популяризовал южноафриканский писатель Лоренс ван дер Пост в книге и документальном сериале «Затерянный мир Калахари» (1957), а окончательно обессмертила дилогия приключенческих комедийных фильмов «Наверное, боги сошли с ума» (1980 и 1989).

Подобный ажиотаж вокруг бушменов (как и других народов, которых современная западная цивилизация записывает в ряды «благородных дикарей»), безусловно, имеет свои плюсы. Проблемам бушменов обеспечено дополнительное внимание и освещение в зарубежной прессе по сравнению с менее знаменитыми африканскими народами. Например, когда в начале 2000-х правительство Ботсваны запретило бушменам доступ к части их охотничьих земель для разработки там полезных ископаемых, в том числе международная шумиха в прессе помогла им добиться отмены этого решения через Верховный суд страны.

С другой стороны, и книги ван дер Поста, который «выступил скорее в роли импрессиониста, использующего цвета, чем в роли ученого, использующего факты», и фильмы «Наверное, боги сошли с ума» затвердили миф о почти обнаженных охотниках из каменного века, которые живут глубоко в пустыне, питаются насекомыми и могут добывать воду буквально из песка. И эта та единственная роль, которую отводят для бушменов современные туристы (не обязательно белые европейцы), предпочитая встречаться с ними исключительно на сафари в глубинах Калахари. Бушмены должны играть роль «живых ископаемых» Африки, желают они того или нет. Стереотипизация превратила африканский народ в нещадно коммерциализируемый «товарный бренд».

Сегодня термины «бушмен» и «готтентот» (от голландского «заика») считаются оскорбительными. Корректное именование двух этих народов – «сан» и «кой-коин» соответственно, хотя термин «сан» тоже изначально был дерогативом: так бушменов прозвал готтентотский народ нама, это означает «чужой». Но сегодня слово «сан» стало самоназванием среди бушменов.

Еще один термин, который сегодня многие постколониальные исследователи считают дерогативом, – это пигмеи, в переводе с греческого «люди величиной с кулак». Упомянутые еще Гомером карликовые темнокожие люди с курчавыми волосами долгое время считались отдельной подрасой, чьи малорослые представители проживают в лесах Экваториальной Африки. Некоторые ученые даже выделяли пигмейскую расу, объединяя африканских пигмеев с низкорослыми темнокожими негрито Юго-Восточной Азии (например, коренными жителями Андаманских островов или Филиппин). Однако современные исследования доказали, что малый рост (140–150 сантиметров) – результат независимой друг от друга конвергентной эволюции, то есть приспособленияк окружающим природным условиям.

Выделяют два ареала обитания пигмейских народов: западно– и восточноафриканский. Первый охватывает низовье бассейна реки Конго (Республика Конго, Камерун, ЦАР, Габон, запад ДРК), второй – верховья бассейнов Конго и Нила (восток ДРК, Руанда, Бурунди). Не до конца понятно, были ли эти ареалы связаны: на сегодняшний день проживающие здесь народы различаются не только по языку (они переняли язык соседних народов банту), но и генетически. Недавние исследования специалистов из Пенсильванского университета выявили различия в том, как растут дети пигмеев в двух этих ареалах, подтверждая теорию независимой эволюции.

Именно поэтому у пигмеев нет общего «постколониального» названия. Каждый народ (например бака, проживающие в ЦАР, Камеруне и Конго, или тва, живущие в Руанде, Бурунди и на востоке ДРК) использует лишь собственное самоназвание. Отсюда ошибки иностранных туристов, которые, в зависимости от посещенного региона континента считают, что «бака» или «тва» – это «политкорректные» названия для всех пигмейских народов. В Экваториальной Африке в качестве замены термину «пигмей» иногда используется эвфемизм «лесные люди».

Ученые до сих пор спорят, чем объясняется столь малый рост у африканских пигмеев: недостаток солнечного света под пологом экваториального леса или нехватка кальция и других полезных для роста веществ в