Летний фарс - Долорес Медио

Пассажиры больше не поют. Они устали. Им хочется поскорее добраться до места. Их клонит в сон от тихой наговаривающей музыки, льющейся из приемника. Эту задушевную музыку передают по вечерней программе, посвященной народным мелодиям испанского севера. Грустные песни горного края звучат убаюкивающе, как колыбельные, которые пели в старину.

Альпидио резко поворачивает ручку, и музыка исчезает. В наступившей тишине отчетливо слышны все звуки тормозящего автобуса, который съезжает на площадку у шоссе. Поставив машину перед самым домом, Альпидио радостно ударяет ладошкой по рулю:

— Почетная миссия выполнена!

Эрнесто встает и, обернувшись к пассажирам, объясняет в микрофон:

— А теперь, пожалуйста, возьмите вещи и проходите в зал… Танцевальный зал, зал для игр, на первом этаже, там горит свет… Вам объявят номера комнат, в которых вы прекрасно устроитесь… Прошу вас, по порядку, не толпитесь у входа. Пока не разберут вещи, автобус никуда не уйдет…

Первыми выпрыгивают дети. Родители спешат за ними с криком:

— Осторожно, Хуанито, машина…

— Ну что за дети!..

— Иди сюда, Энрикито… Пописаешь в доме. Не лезь в кусты!..

Эрнесто машинально повторяет:

— Пожалуйста, прошу вас по порядку… Берите вещи и проходите в дом. Там вас разместят по комнатам. — И поясняет, видя, что людям невдомек, как пройти в здание: — Через сад, через сад… Вот в ту дверь. Вход, где навес.

Не так-то просто разобраться с чемоданами. На одних нет наклеек с фамилиями. На других ничего не прочтешь.

Донья Мария Эухения Канталапьедра просит Эрнесто:

— Позовите, пожалуйста, портье, пусть отнесет наши вещи.

Эрнесто опешил. Портье? Тоже оригиналка! Какие тут портье! Но хочешь не хочешь, а надо выходить из положения.

— Видите ли, у нас нет ни портье, ни носильщика… Это же, сеньора, не отель, а пансионат, и здесь обычно сами относят свои вещи. Так принято, понимаете… Ну, скажем, по-свойски, чтобы без лишних расходов и хлопот.

— Да мы вполне можем заплатить отдельно за услуги, как в других отелях, и, поверьте, не поскупимся на чаевые.

Чуть замешкавшись, Эрнесто говорит:

— Да нет, дело не в чаевых, донья Мария Эухения, а в обслуживании. Я же говорю… Но так или иначе, мы все устроим. Проходите в зал. Я позабочусь о ваших вещах, пусть только другие об этом не знают… Вы меня понимаете?

— Спасибо, Эрнесто. Конечно, понимаю. Найдите кого-нибудь, и мы заплатим. Ни мне, ни мужу нельзя поднимать тяжести. Возраст, знаете…

Эрнесто атакуют со всех сторон:

— Мой чемодан черный, большой, с ремнем…

— Мой парусиновый, серый в полоску. Он в самом углу, сзади.

Эрнесто подзывает Альпидио и высокого юношу в очках и красном жилете:

— Идите сюда, Альпидио, Хуан Луис. Сделайте доброе дело. Давайте поможем нашим друзьям… Чей этот бордовый чемодан?

Откликается Марсела Абриль:

— Мой, давайте сюда. Ну вот… Поставьте здесь. Я вам тоже помогу. А ну-ка, мальчики… Вы, вы, гитаристы. И ты, Мигель, и вот вы. Да, да, вы трое из последнего ряда. Ну-ка, кто здесь самый ловкий? Кто залезет по лесенке и снимет чемоданы с крыши автобуса?

Все сразу меняется. Теперь люди чувствуют, что они никакие не туристы, прибывшие в отель, а одна большая согласная семья, которая приехала к себе домой на отдых. И дело сразу ладится, идет как по маслу. Через несколько минут все уже в холле со своими чемоданами, баулами, пляжными сумками, удочками, фотоаппаратами. Кто-то притащился даже с пишущей машинкой.

Хуан Луис говорит:

— Минутку, господа, минутку. Тут у меня список туристов. Думаю, все в нем правильно. Сначала поселим супружеские пары в двухместные номера бельэтажа. Кстати, если какой-нибудь семье нужна большая комната, то есть где больше спальных мест, можно поменяться с теми, кому нужен двухместный номер… Но все перерасчеты, друзья, — между собой.

— Как хорошо, голубчик, ну просто красота. Я вот приехала одна, так что меня поселите с каким-нибудь молодым человеком, ведь обоим в радость… А там — хоть все мухи налетай.

Хуан Луис, администратор, который еще не знает веселого нрава доньи Амалиты, смотрит на нее с изумлением:

— Сеньора, я вас прошу. Это не в наших правилах. Мы вас поселим, как положено, с другой сеньорой или с несколькими дамами, если у вас номер многоместный.

— Какой, какой? Вы мне не говорите ерунды.

Эрнесто перехватывает инициативу:

— Хорошо, хорошо, донья Амалита, вы увидите, какая у вас будет комната. Будете жить, как в первоклассном отеле. Но сейчас, пожалуйста, постарайтесь не мешать, повремените, надо поскорее распределить номера. Все хотят поужинать и подняться к себе как можно раньше. Садитесь, донья Амалита, здесь, вот здесь. Сейчас мы вам найдем комнату… Давай, Хуан Луис, начни с двухместных…

Хуан Луис принимается читать список:

— Дон Херонимо дель Рио, донья Мария Луиса Рокер дель Рио. Комната номер один, бельэтаж… Дон Херонимо, хорошо, хорошо…

Супружеская пара, стоявшая у самых дверей, подхватывает вещи и спешит в вестибюль.

Эрнесто окликает одну из девушек, которые работают в этом доме:

— Кета, покажи сеньорам их комнату и подожди на этаже, пока не придут остальные. Дон Херонимо, донья Мария Луиса, можете подниматься к себе.

Хуан Луис продолжает:

— Дон Ильдебрандо Муньис, донья Паскуала Торремоча де Муньис. Комната номер два в бельэтаже…

Донья Паскуалита поднимает руку раньше, чем Хуан Луис успевает повторить их имена:

— Идем, идем. Спасибо, молодой человек. Идем, Ильдо, идем. Бери чемодан. Ну что за человек!.. Возьми эту сумку, и этот пакет, бери чемодан… там, там… Я оставила его у лестницы.

— А фотоаппарат?

— Он у меня.

— Осторожно, Паскуала, осторожно. Не засвети все кадры с Бургосским собором.

— Ну как, спрашивается, я могу засветить? Господи, что за человек… Ну, давай бери чемодан, а