Кольцо Анубиса - Владимир Ильич Клименко

Андрей вновь умчался по делам, и на Марка выпала роль связного — он по очереди навестил Борис Борисыча с Настей, а потом и вновь появившегося в гостинице Геру. Никто против отдыха на свежем воздухе не возражал, даже больной Борис Борисыч. Его особенно привлекала перспектива попариться в бане и снять простуду.

Убедившись, что Элеонора не отвяжется, Марк представил ее своим друзьям. Престидижитатор немедленно сотворил для нее из воздуха букетик искусственных фиалок, а Гера так усердно щелкал каблуками и кивал головой, что Марку пришлось попридержать его за плечо.

Поехать решили в субботу с утра. Андрей выпросил для такого случая в конторе микроавтобус «Нисан», а водителем добровольно вызвался быть поэт-летчик Миша.

Собирались шумно. Накануне Марк с Элеонорой ходили по магазинам, накупили всякой всячины. Гера особенно беспокоился, чтобы в достатке были напитки, с такой же серьезностью Андрей заботился о закусках. Продуктами и выпивкой забили две здоровые коробки, и в результате в автобусе разместились с трудом.

Мороз стоял такой, что от холода сворачивались уши, но в машине было тепло, и Гера предложил начать празднование уже в дороге.

Сначала по шоссе между заиндевевшими соснами, потом по проселочному свертку между холмами, примерно за час добрались до места. Выгрузились на заскрипевший, как крахмал, снег перед большим двухэтажным домом.

— Это ваша загородная резиденция? — Марк потер сразу замерзший нос. — Ничего себе домик…

— Бывший дом отдыха работников пищевой промышленности, — Андрей, пыхтя, выволакивал из машины коробки. — Сейчас здесь только один сторож, он же истопник. А вон и баня, — указал он на бревенчатый сруб. На втором этаже есть бильярд и гостиная с камином. Наташа, где мои сигареты?

— Они у тебя в кармане, милый.

Наташа на правах хозяйки вошла в дом первой. Остальные потянулись за ней.

На первом этаже разместилась большая кухня. Скоро женщины, не очень знакомые друг с другом, уже слаженно хлопотали за длинным столом, затевая лепить пельмени.

Вошел сторож Володя, впустив за собой облако мороза. Он, как ямщик хлопал себя крест накрест руками и обещал протопить дом так, что будет, как в Африке. До Африки было пока далеко, и решили согреться подручными средствами. Бородатый Володя пить водку отказался, а попросил спирту, который предусмотрительный Гера все же захватил с собой, не очень надеясь на общественные припасы. Сторож велел налить ему целый стакан и, не разбавляя, ахнул все двести граммов залпом. После этого подвига он упал с табурета и затих.

Дом и баню пришлось топить самим. Мерзлые березовые чурбаны разлетались от удара топором, как стеклянные. Марк натешился вволю. Через десять минут он скинул куртку и махал топором уже в свитере.

Еще до бани Андрей провел экскурсию по дому. На втором этаже действительно оказался камин и бильярд. Тут же распределили комнаты, и Элеонора по-хозяйски стала устраиваться в общем для нее и Марка номере. Тот только хмыкнул, увидев, как она распаковывает свою и его сумку, но не сказал ничего.

Кроме этого посетили и оружейную. Каморка с металлической дверью, ключ от которой был только у Андрея, вмещала с десяток винтовок и два акээма.

— Это еще зачем? — удивился Марк.

— Шеф на этих железках совсем помешался. Если хотите, можем пострелять.

— Еще чего, — Борис Борисыч с ужасом смотрел на арсенал. — Мы мирные люди. Да и, наверное, это незаконно.

Гера отнесся к оружию по-другому.

— Барахло, — коротко констатировал он. — Рухлядь.

Обиженный Андрей закрыл комнату.

Парились весело, с хохотом. Гера выскакивал голый на мороз и валялся в сугробе. Кроме него этого сделать не рискнул никто.

Обедали уже затемно, потом перебрались к камину. Сторож очнулся и настойчиво попросил спирту. После добавки он вновь впал в анабиоз.

Иногда Марку казалось, что о таком вечере он мечтал всю жизнь. Потягивая коньяк и глядя на жаркий огонь, он ощущал на своем плече приятную тяжесть Элеоноры, которая, как маленькая девочка прижималась к его руке. Беседовали неспешно. Борис Борисыч наотрез отказался показывать фокусы, и к всеобщему удивлению вместо него успешно выступила Настя. Остальные дамы немедленно решили пройти краткий курс манипулирования у подруги и беспомощно рассыпали все карты по полу.

Ближе к полночи Гера все чаще стал упоминать Жана-Батиста Камиля Коро и рассказывать Элеоноре о ночных полетах на вертолете в горах Афгана.

Такой тихий семейный вечер. По своим комнатам разбрелись уже в третьем часу ночи.

Ставшая вдруг очень серьезной Элеонора расстелила постель, искоса взглядывая на Марка, и начала раздеваться сама. На стул полетели легкий свитерок, брючки. Оставшись в короткой майке, Элеонора юркнула под одеяло и натянула простыню до самого носа.

— Ну, чего же ты?

Марк потрепал ее по волосам, отошел к окну, закурил.

Стояла гулкая сказочная тишина. Ни огонька. Стало слышно, как в бору от стужи трескаются сосны, словно стреляют из детского пистолета.

— Ну, чего же ты? — повторила Элеонора.

Марк затушил сигарету.

На следующий день все поднялись поздно. Спускались на кухню заспанные, скучные, хотя погода выдалась ясной и солнечной.

Гера, по-гусарски подтянутый, уже забросил в печку дрова и, похоже, поправил здоровье, потому что встретил друзей «Маршем энтузиастов».

— Водку будешь? — первым делом спросил он у Марка.

— До двенадцати джентльмены не пьют, — тот подтолкнул Элеонору в гибкую спину, направляя ее к умывальнику. — Пива бы еще можно.

— А я буду, — очнувшийся от летаргии Володя выполз из своей каморки. — Спирт.

Гера налил ему стакан, и Володя исчез, как фантом.

Ехать в город никому не хотелось, но после обеда надлежало вернуться. Завтра у Андрея намечался очередной трудный день.

Выбравшись на мороз глотнуть свежего воздуха, Марк увидел, как к воротам заруливает темновишневый джип «Чероки» с тонированными стеклами. Это кого еще принесло?

Из машины не спеша выбрались четверо кавказцев и направились к дому. Свои?

Тут же все и выяснилось. Правда, Андрей принял гостей хмуро.

— Знакомьтесь, это Гюндуз, — представил он темноволосого, с непокрытой головой, мужчину, шествовавшего впереди остальных. — Друг Николая.

Марк пожал жесткую, как деревяшка, и такую же бесчувственную ладонь и направился к себе в комнату собираться.

— Кто это? — спросил он на ходу у Андрея, также пошедшего на второй этаж.

— Это наша «крыша». Гюндуз контролирует рынок и прикрывает заодно фирму. Естественно, не бесплатно.

— Ну и рожа… Водитесь со всякими.

— Ты потише, он обидчивый. Видишь, приехал развлечься. Удивительно, что они без девочек.