"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

- Нет. У всех мужчин на фотографиях две ноги. А у Саймона был протез. И он намного выше, чем они. К сожалению, ни на одном снимке я не обнаружил, татуировок, родимых пятен или чего-то другого, что можно опознать.

- Но у нас теперь есть имя одной жертвы.

- Вот именно. Меня мучает вопрос, нужно ли говорить об этом Чейзу. – Чейз Уортон был начальником Дэниела. – Если я ему расскажу, он заберет у меня дело из Аркадии и запретит мне заниматься фотографиями. Но я хочу распутать оба дела. Я должен это сделать.

- Чтобы возместить ущерб потерпевшим, - пробормотал Люк, а Дэениел смущенно кивнул. – Но почему ты считаешь, что убийцу Алисии Треймен не нашли?

Дэниел резко поднялся:

- Ты можешь это проверить?

Люк кивнул и щелкнул мышкой.

- Вскоре после нахождения тела Алисии полиция арестовала некого Гэри Фулмора. – Его пальцы летали по клавишам. – Фулмор Гэри. В январе следующего года осужден за изнасилование и убийство.

- У нас сейчас тоже январь. Это случайное совпадение?

Люк пожал плечами:

- Это тебе придется выяснить. Одно могу сказать, Дэнни, Саймон не убивал женщину в Аркадии. Он уже неделю, как мертв.

- Да. На сей раз я собственными глазами видел, что он умер, - мрачно добавил Дэниел. На самом деле, я даже внес в это свой вклад, тем самым оказав миру значительную услугу.

Люк бросил на него сочувственный взгляд:

- Человек, который убил Алисию, арестован. Кто знает, возможно, это Фулмор. – Он ткнул пальцем на фотографию насильника. – И самое главное, ты должен расследовать не убийство Алисии Треймен, а той женщины, что нашли в канаве. На твоем месте я не стал бы сейчас рассказывать о фотографиях.

А Люк ведь прав, он мыслит рационально. Или, может, Дэниел просто хотел видеть его таким.

- Спасибо. За мной должок.

Люк дружески похлопал Дэниела по плечу:

- За тобой не один должок, а целая куча должков.

Дэниел перевел взгляд на Райли, который все это время лежал неподвижно:

- Что ты говоришь? Я забрал твою собаку, и тем самым спас твою интимную жизнь. Это покрывает любое одолжение.

- А что мне оставалось делать? Дениз Брэнди терпеть не могла собаку.

- Которую она завела исключительно из-за тебя.

- Брэнди где-то вычитала, что у каждого уважающего себя детектива должна быть собака-ищейка.

- Это лишний раз доказывает, что ум Брэнди – не самая сильная ее сторона.

Люк ухмыльнулся.

- Именно так. Хотя в ее защиту могу сказать, в моем договоре аренды прописан пункт, который запрещает собак, начиная с определенной весовой категории. Но Райли мы все равно взяли.

- Когда Дэниз сбежала от тебя, надо было его тебе вернуть, - пробурчал Дэниел.

- Очень смешно. У него есть ты и шесть подружек, - парировал Люк. – Ты ему нравишься. Старина Райли, и все такое.

Конечно, он прав.

- Если ты будешь продолжать кормить Райли шашлыками мамочки Папандопулос, то заберешь его обратно. Тогда тебе придется молиться, чтобы не только мама полюбила твою будущую подружку, но и подружка любила бассета. – Склонность Люка менять подружек, как перчатки, доставила его бедной маме не одну бессонную ночь. Сами женщины ее особо не интересовали, но она не теряла надежды, что Люк все-таки на ком-то остановится и подарит ей внуков.

- А я просто ей напомню, что у тебя уже давным-давно не было настоящего свидания. Она с энтузиазмом примется искать тебе девушку-гречанку, что ты волосы на себе будешь рвать от отчаяния. – Люк открыл дверь, но потом, вновь посерьезнев, обернулся к Дэниелу. – Ты ничего плохого не сделал, Дэниел. Даже если бы ты много лет назад пошел в полицию, у тебя не было никаких доказательств. Что они могли предпринять?

- Спасибо, дружище, за помощь.

- Что ты теперь собираешься делать?

- Сейчас погуляю с собакой. Завтра посмотрю зацепки по делу в Аркадии. Кроме того, попытаюсь установить контакты с семьей Алисии. Вдруг кто-то что-то вспомнит. Поблагодари маму за вкусный ужин.

Даттон, воскресенье, 28 января, 23 часа 30 минут

- Извини, что раньше не пришел, - пробормотал Мак, усаживаясь на землю. Мраморная фигура обжигала спину холодом. Ему бы прийти в солнечный день, но не хотелось рисковать и светиться у надгробия. Никто не должен знать, что он вернулся, иначе правда вылезет наружу, а он к этому еще не готов.

Однако он не мог не прийти. Он слишком много ей задолжал, гораздо больше, чем мог отдать. В отношении ее он оказался несостоятельным. Без него она умерла. И это еще больше разозлило его.

Последний раз он приходил сюда жарким летним днем три с половиной года назад. В наручниках и костюме, который ему совсем не шел. Ему запретили посетить ее на смертном одре, но разрешили прийти на похороны.

- Проклятый день, - тихо сказал он. – И, черт возьми, слишком поздно.

У него забрали все: жилье, семейный бизнес, свободу и даже мать. Взамен он получил лишь один чертовски короткий день. Слишком поздно, чтобы что-то предпринимать, оставалось лишь вариться в своем гневе и обдумывать месть.

По другую сторону могилы стояла в слезах его невестка, одного сына она держала за руку, второго прижимала к бедру. При мысли об Аннет его челюсти напряглись. Пока его держали взаперти, как зверя, она заботилась о его матери в последние дни ее жизни. За это он будет ей вечно благодарен.

Но в течение многих лет жена его брата Джареда хранила тайну, которая уничтожит тех, кто уничтожил его семью. В течение многих лет Аннет знала правду, но ни разу не сказала ни единого слова. Ему как наяву вспомнился порыв гнева, который охватил его, когда девять дней назад он нашел и прочел дневники. О, она тщательно прятала их, но все же недостаточно тщательно. Поначалу он испытывал к ней лишь ненависть и вставил ее в список лиц, которым следует отомстить. Но она многое сделала для его матери. Четыре года, проведенные за решеткой, научили его одному – преданность бесценна и окупается добрыми делами. Поэтому он пожалел Аннет, и позволил продолжать ей продолжать свою жалкую жизнь в убогом маленьком доме.

Кроме того ей пришлось