Проклятье Черной Мадонны - Екатерина Владимировна Новак

21

Мишель, потерянная и вдруг какая-то уставшая, присела рядом с Марко. Саша встала позади нее и положила руку ей на плечо. Она понимала, как сейчас тяжело подруге. Вместо того, чтобы найти Черную Мадонну, она влезла в историю, которую предпочла бы не знать.

— Вот мне интересно, а что, по твоему мнению, находилось в коробочке? — спросила Виттория.

— Икона, — ответила за Мишель Саша.

Ди Кастеллано передернулась, еще раз подтверждая своим жестом, что уж чем-чем, а этой реликвией она обладать совершенно не хочет. Даже если она и стоит баснословных денег, которых Виттории вечно не хватало.

— Ты решила, я ее украл? — сообразил Марко. — Мишелле, как ты могла так подумать обо мне?

— Я и о том, что ты попадешься на уловки этой охотницы за чужими деньгами, подумать не могла, — тихо отозвалась Миша.

— Это я-то охотница? — обозлилась Виттория. — Бесишься, что меня любят все мужчины твоего семейства?

Миша в голос расхохоталась.

— Так уж и все. Помнится, Паоло тебе в открытую отказал.

Марко от этих слов скуксился и исподлобья посмотрел на Витторию. Она только устало махнула рукой и дала ему понять, что объясняться не собирается.

Саша заметила, как посетители кафе с интересом наблюдают за ними. Даже те, кто хотел уйти, не торопились подниматься со своих мест. Благо зрителей было не так уж много.

— Кузен, как ты мог докатиться до такой жизни? — спросила Мишель у Марко. — Я понимаю, итальянскому мужчине нужны любовницы. Но связаться с этой…

— Так. Ну все. Хватит. — Виттория встала со своего места. — Я не собираюсь слушать твою несносную сестрицу. Не зря Франческа терпеть ее не могла.

Женщина повернулась, чтобы уйти, но оглянулась и добавила:

— Умеешь ты, однако, устраивать дамам свидания.

— Виттория, постой, — жалостливо попросил Марко.

И она вернулась, но только для того, чтобы выхватить из рук Мишель жемчужное колье, а потом снова развернуться и уйти в сторону своей машины. Молодой человек ринулся было за ней, но Ринальди властно прикрикнула:

— Сидеть!

Марко тут же присел, не ожидая от хрупкой младшей сестры такого грозного приказа.

— Еще не хватало, чтобы кто-то из моей семьи бегал за клюшкой с повадками продажной женщины.

Виттория села в машину, вырулила со стоянки, слегка задев при этом стоящие рядом авто, открыла окно, посмотрела по сторонам и, отправив Марко воздушный поцелуй, умчалась вдоль по улице. Саша вздохнула, покачала головой и присела на стул, где до этого сидела ди Кастеллано.

— Ты всем расскажешь? — чуть слышно спросил Марко у Мишель.

— Вот еще, — ответила Ринальди, — мне своих проблем хватает. Это твой выбор, каким бы глупым он ни был. Ты хоть понимаешь, что она с тобой из-за денег?

— Да, — слегка качнул головой Марко. — Но ты не знаешь ее так, как я. Она все равно хорошая, и я люблю ее. С детства.

Мишель фыркнула, а потом, как ни в чем не бывало, подозвала официанта и сделала заказ. Сохраняя молчание, они дождались, когда им принесут кофе, и только после того, как пригубили его, продолжили разговор.

— Почему ты решила, что я украл икону? — спросил Марко.

— Ты был одержим ею в детстве.

Молодой человек впервые улыбнулся. Саша даже удивилась, насколько он может быть мил, когда с ним рядом нет ни глупой мамаши, ни сумасшедшей Виттории.

— Франческа и вправду заморочила мне голову этими сказками об иконе. Я был очарован ее, как мне тогда казалось, волшебной силой. Но ведь теперь мне не десять и даже не пятнадцать лет, — объяснился Марко. — Мишелле, мне не нужно твое наследство, даже если оно такое огромное. Я могу сам о себе позаботиться.

— Угу, — прыснула Ринальди, — и именно поэтому ты связался с Витторией.

Молодой человек вздохнул. Саша видела, он верит в то, что ди Кастеллано хорошая, а возможно, и правда любит ее.

— Ладно, — серьезно промолвила Мишель, — я никому ничего не скажу. Но ты подумай хорошенько прежде, чем поступать так глупо и тратить состояние на Витторию. У тебя жена, скоро родится ребенок. Поверь мне, они заслуживают этого больше, чем она. Однако учить тебя я не буду. Это не в моем стиле.

Марко кивнул ей, и Саше показалось, что он ее понял. Ринальди улыбнулась, встала со стула и неожиданно расцеловала кузена в обе щеки, как бы желая с ним примириться. Он ответил взаимными поцелуями и простил ей несносное поведение, а она, как показалось Покровской, простила его. И за детские шалости, и за эту его неприятную интрижку, и за то, что «ввел ее в заблуждение», как она потом высказалась, когда девушки ехали обратно в дом Моретти. Саша, как всегда, покачала головой и засмеялась. Конечно! Ну, кто же еще мог быть виноват в том, что Мишель решила, что вор Марко. Она? Да ни в коем случае! Кто угодно, но только не она.

Паоло девушек не встретил. На душе у Саши скребли кошки. Она понимала, что обидела его, и хуже того — все было зря. Марко оказался непричастен.

— Ты веришь ему? — непонятно о ком спросила Мишель, усаживаясь в кресло в гостиной.

Саша вопросительно посмотрела на нее. Итальянка поняла, что подруга не умеет читать мысли, скривилась, раздосадованная этим, и объяснила:

— Марко! Ты ему веришь?

— Мишель, ты же расцеловала его на прощание! Дала ему понять, что все простила!

— Я это сделала специально! Я ему не верю, а так он ослабит бдительность. Нельзя прекращать слежку.

— Что еще за слежка? — Девушки не заметили, как в комнату спустился Паоло. — Кого ты подозреваешь на этот раз?

— Марко, — легко ответила Мишель и, не таясь, рассказала брату все свои умозаключения.

Она напомнила ему их старую детскую историю, и Паоло задумался. Вопреки ожиданиям Саши, он не стал ругаться и отговаривать сестру от дальнейшего расследования, как делал сотни раз до этого.

— Мишелле, может, ты и права, — сказал Моретти.

— Ты думаешь?!

— Да,