"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки
Потом начались придирки, сцены ревности и недовольство друг другом, безо всякой на то причины, за которыми следовали шумные потасовки с криками и грязными оскорблениями. В конце концов мы напивались, и дело заканчивалось примирением с «пьяными» слезами и сентиментальной болтовней. Бесконечные ночные звонки по телефону и слезливые исповеди. Две девушки, которые жили со мной в одной квартире, недвусмысленно намекали, что давно пора отделаться от этого придурка. Наконец стал очевидным факт, который мы упорно не желали признать: нам больше никогда не будет хорошо вместе, первые месяцы любви ушли безвозвратно, и от пламенной страсти осталась лишь зола. В душе Брэд все еще был подростком, юным дурачком, который нацелился на романтическое завершение наших отношений. Однако в сложившейся ситуации продолжать их стало опасно, потому что мы просто могли натворить ужасных дел, совершить что-нибудь непоправимое или покалечить друг друга.
Для окончательного разрыва потребовалась еще пара месяцев, во время которых делалось несколько попыток к примирению. С моей стороны они были неискренними, а Брэда доводили до отчаяния. Через несколько лет, когда мы только что переехали в Кэри, я отыскала его по Интернету. Тогда я все еще боялась потерять связь с прошлым, но наступил момент, когда именно так и пришлось сделать. Я поняла, что это совсем не трудно и даже имеет ряд преимуществ. У Брэда есть жена и двое детей, он сам преподает в общинном колледже в Небраске. Я желаю ему всего наилучшего и надеюсь, что время от времени он вспоминает обо мне с тем же чувством запоздалого раскаяния, что и я. Это не ностальгия, а скорее нечто большее, чем обычная нежность. Сладкая боль, если на свете существует такое понятие.
А теперь снова представьте себя на моем месте, через год после получения степени бакалавра наук в области маркетинга, без малейшего понятия о том, что делать дальше. Прибавьте к этому неуравновешенное поведение, случайные, по пьянке, связи на одну ночь, непристойные шутки и дурацкие выходки. Я не отличалась разборчивостью, но всякий раз чувствовала себя все более потерянной и опустошенной.
И тут вдруг откуда ни возьмись появляется Рэнди Мосли, поначалу просто очередной знакомый из бара. Мы торопливо целуемся при расставании, обмениваемся номерами телефонов… Он настойчиво звонит каждый день, договаривается о встречах… И кто бы мог подумать: этот парень оказывается человеком изобретательным и властным, уверенным в себе и разбирающимся во многих вещах. На третье свидание Рэнди принес сделанный им карандашный набросок моего портрета. Глаза ему явно не удались, они казались пустыми и неживыми, но я списала эту неудачу на отсутствие таланта художника. Однако его стремление меня порадовать было трогательным, и, кроме того, открылось еще одно увлечение Рэнди, о котором я и не подозревала. Но самую важную роль сыграла его реакция на мои откровения, в которые я, выпив лишнего, пустилась через два месяца после нашего знакомства. Поначалу я представила дело так, будто Брэд был для меня не серьезным увлечением, а одним из капризов, но однажды ночью, во время распития второй бутылки вина, меня понесло. Внимательно выслушав мои излияния, Рэнди не сбежал и не перестал звонить, а наговорил о Брэде всяких гадостей, которые я так жаждала услышать. Он не спрашивал, как меня угораздило связаться с таким неудачником, а просто высказывал свои весьма нелестные суждения по поводу Брэда и наших несостоявшихся отношений. Я и не заметила, как уснула у него в квартире, а потом стала носить его вещи и позволила оплачивать все свои расходы.
Поведав Рэнди историю своей несчастной любви, я вдруг обнаружила, что раскрываю перед ним все самые тайные уголки души и посвящаю в тайны, с которыми никогда не делилась даже с лучшими подругами. Как-то мы отправились в горы и провели уик-энд в шале, где валялись голышом на мягких раздутых матрацах. Вот тогда я рассказала о своей подруге, которая погибла, когда мы еще учились в школе.
— Помню, как мама сообщила мне о смерти Джессики, — начала я свой рассказ. — Она даже не назвала ее по имени, а просто сказала, что погибла «дочка Кей Флайт». Именно так назвала Джессику миссис Стенсил, которая позвонила маме и рассказала, что дочка Кей Флайт погибла в аварии на Олд-Бридж-роуд. «Ты ведь хорошо ее знала, детка?» — спросила мама, как будто сама не была знакома с Джессикой. Всего днем раньше мы с Джессикой и ее другом Грегом курили тайком за молодежным центром. Грег не справился с управлением, и его джип перевернулся, а Джессика не пристегнула ремень безопасности. Мама не преминула об этом упомянуть, словно хотела убедиться, что я извлеку соответствующий урок из трагедии. Словом, она действовала в своем духе.
Рэнди ни разу не прервал мой рассказ и только ласково гладил по голове.
О своем прошлом он говорил мало, так, отдельные обрывочные рассказы из детства и юности. Рэнди рассказывал, как лучший друг предал его из-за девушки, как другие дети не давали ему прохода и обижали только потому, что он гораздо умнее и сообразительнее, и в результате, он все глубже погружался в одиночество. Как-то раз исчезла любимая собака Рэнди, а потом оказалось, что ее убил садист-сосед. Его рано бросили родители, и мальчик переходил из одной приемной семьи в другую, где с детьми часто обращаются очень жестоко. Все воспоминания говорили о несчастливом детстве. На Рождество ему дарили только поношенные и подержанные вещи, а когда в шестом классе пришлось выступить с докладом по какой-то книге, обнаружилось, что у мальчика заплыл глаз, так как накануне приемная мать сильно ударила его по лицу.