"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки
Пока Лотти с вниманием выстукивала суставы и выслушивала грудные клетки, я пропустила их одежду через стиральную машину, стоявшую в приемном отделении. Вдруг мне попался на глаза знакомый желтый свитер, и я с удивлением поняла, что это одна из моих вещей, которые я оставила для них за бойлером. Он был таким же грязным, как и все остальное тряпье.
– Эта леди обещала мне… – начала было мать.
– Вик говорила искренне, но она не врач. А я буду настоящей преступницей, если позволю вам опять отвести детей в какой-нибудь подвал и спрятать их там.
Женщина с болью выдавила из себя «нет», но больше ничего к этому не добавила. Я рассказала Лотти все, что мне было известно об отце этих детей.
– Неужели у вас нет никого, к кому можно обратиться, по крайней мере, чтобы воспользоваться адресом? – спросила Лотти. – Я не прошу вас отдать детей отцу, но вы должны понимать, насколько губительно для них вести такой образ жизни.
– Ну почему вы думаете, что я бы так жила, будь у меня хоть кто-нибудь? – Женщина смахнула слезы.
– Знаете, – сказала Лотти, – в нашем городе существует несколько приютов для женщин с детьми. Вам лучше устроиться там. Я подыщу вам место в одном из них. В полицию я вас не отправлю, не волнуйтесь! Мы воспользуемся адресом Вик – вы можете быть им теткой, дорогая, – это вполне вам подойдет.
– Прекрасная идея, доктор! Просто великолепно! – Я обернулась к женщине: – Я буду теткой вашим детям, а вы должны неукоснительно следовать советам доктора Хершел. Если ваши дети умрут, вы лишитесь их навсегда, понимаете, а не только на время, пока о них будет заботиться кто-то другой.
Женщине все это не нравилось, но она понимала, что мы тоже не собирались отступать. Пока мы ждали, когда высохнет одежда, Лотти даже удалось вытянуть из нее ее имя: Теймар Хаукингс. Теймар с подозрением смотрела на Лотти, которая звонила в лучший приют для женщин с детьми и подробно объясняла тяжелое положение семьи. Приют был переполнен, и у них не было возможности принять еще одну семью; в конце концов там пообещали поставить Хаукингсов первыми в очереди.
– Завтра Вик поищет какое-нибудь пристанище для вас, а сейчас поедем в больницу.
Лицо женщины побледнело, но, казалось, она смирилась. Но когда Лотти снова позвонила в «Бет Израйель» и стала подробно обсуждать состояние детей с пришедшим в приемное отделение врачом, Хаукингс слушала этот разговор с повышенным вниманием, как бы стараясь убедиться, что Лотти действительно улаживает дело, а не собирается отправить их всех в полицейский участок. Я, конечно, понимала, что больница вызовет Службу семьи: никто не сможет спокойно смотреть на эти раздутые животы и костлявые ноги и не сообщить о плохом обращении с детьми. А что потом? Не заставят ли их принудительно вернуться к отцу?
Лотти стала собираться.
– Доктор Харун, дежурный врач, пообещал предупредить старшую медсестру Розу Ким. Если возникнут какие-нибудь затруднения, обратитесь прямо к ней. А я навещу детей завтра утром. Да, где мы устроим миссис Хаукингс на сегодняшнюю ночь?
– Думаю, она может пойти ко мне домой, – сказала я.
Теймар Хаукингс энергично затрясла головой.
– Ну уж нет! Вы больше не обманите меня. Я прекрасно знаю свои права! Я знаю, что мать может оставаться с детьми в больничной палате.
Во время короткой поездки до «Бет Израйель» Теймар Хаукингс с нами не разговаривала. Начался дождь. Он, ледяной, смешивался со снегом, делая езду опасной. Позади себя я чувствовала немой детский испуг: зараженные материнскими страхами, дети молчали, но напряжение их маленьких тел болью отзывалось у меня в затылке.
У Теймар Хаукингс, конечно, не оказалось ни медицинской страховки, ни финансовых гарантий, поэтому наши первые минуты в приемном отделении были бестолковыми. Наконец мне удалось разыскать старшую медсестру Розу Ким, которая тут же оценила ситуацию. «Бет Израйель» был основным центром охраны здоровья в жилых районах, поэтому Ким частенько приходилось разбираться в чрезвычайных ситуациях. Когда она заверила Теймар, что не будет звонить в муниципальную службу, если не возникнут неожиданные проблемы, я подумала, что можно спокойно уйти.
Из вестибюля больницы позвонила Лотти и поблагодарила ее.
– Вик, почему еще вчера ты не помогла им? Эти дети в ужасающем состоянии.
– Я сразу же предложила ей помощь, но она не приняла ее. Единственное, что я могла сделать в тот момент, – вызвать полицейских, но это было бы жестоко. Во всяком случае, эта женщина поступила правильно, сбежав от мужа; а сегодня она сама пришла ко мне.
– Вот как. Но я все-таки думаю, что вызов полицейских в этом случае был бы обоснованным. Ты прекрасно знаешь, я не сторонник привлекать полицейских, но, Вик, ты просто не вправе в подобных ситуациях брать на себя ответственность.
– Эй, Лотти, полегче! За эти два дня Теймар поняла, что мне можно доверять, поэтому и пришла ко мне. В результате ребятишки получают помощь, которая им необходима. Я, конечно же, не Господь Бог, скорее это делает честь их матери, считающей свой суд таким же справедливым, как и мой.
– Но вчера вечером ты могла договориться с Дердри, чтобы поместить их в один из приютов «Хоум фри». Откровенно говоря, я не думаю, что больница отдаст детей на попечение папаши Хаукингса. Это было бы несправедливо.
Я проглотила этот упрек. Возможно, Лотти была права. Возможно, я возражаю ей только потому, что не хочу признать совершенную в понедельник ошибку.
– Завтра на вечеринке я поговорю с Дердри. Правда, от этого вечера я не жду ничего хорошего, но, может быть, ей удастся сделать что-нибудь полезное.
Лотти сухо усмехнулась:
– Вик, ты приготовила прекрасный подарок хозяйке. Завтра утром, во время обхода, я посмотрю наших подопечных.
На этой примиряющей ноте мы и закончили разговор. Вообще-то последнее время стал уже привычным обмен подобными любезностями.
Уже поздно вечером, возвращаясь домой по обледенелым улицам, я размышляла, как мне следовало поступить, когда я впервые обнаружила Теймар и ее детей. Этот вопрос не давал мне уснуть; я постаралась переключиться: подошла к окну и стала любоваться закованным в лед миром. Лед покрыл деревья перед моим домом, так что каждая веточка, каждая нарождающаяся почка