Разведка особого назначения. Человек, которого не было - Ивен Монтегю

на воздействии, которое оказало на деятельность группы сотрудников секции поиска подводных лодок ОРЦ неожиданное и столь желанное поступление расшифрованных радиограмм. Дениц скрупулезно взвешивал все «за» и «против» соблюдения его подводными лодками радиомолчания, когда они выходили на боевые задания. В своих «Мемуарах» он пишет: «Было очевидно, что англичане со временем расширят сеть РПС, и она станет более результативной… Поэтому нам надо учитывать, что противник может перехватывать каждый радиосигнал, посланный в эфир подводной лодкой; он в состоянии будет определить ее местонахождение. Это значит, что каждый радиосигнал ставит нас в невыгодное положение. Но радиосвязь имеет исключительно важное значение для командования подводными лодками. Поэтому мы должны были решить, следует или не следует подводным лодкам пользоваться радиосвязью. Во всяком случае, совершенно необходимо было свести ее применение до минимума. Столь же очевидно было, что совершенно исключить пользование радиосвязью нельзя. Речь идет о радиограммах, в которых подводные лодки получают информацию об организации совместных атак; она необходима для контроля за их проведением, поскольку только такие боевые действия могут обеспечить реальный крупный успех в условиях, когда противник сконцентрировал свое внимание на конвоях как средстве защиты судоходства. С помощью интенсивной тренировки и соответствующих инструкций командование подводными силами сделало все от него зависящее, чтобы найти оптимальное решение с учетом «за» и «против» радиосвязи. В приказе по данному вопросу содержатся следующие общие руководящие указания командирам подводных лодок.

При выполнении боевых заданий в операционной зоне. Радио следует использовать только для передачи важной в тактическом отношении информации, или по приказу командования подводного флота, или же когда позиция передатчика уже по каким-то причинам известна противнику.

По пути следования к району патрулирования и обратно. Как указано выше. В весьма редких случаях могут направляться менее важные сообщения; при этом необходимо следить за тем, чтобы радиодонесения не раскрывали районы действия других подводных лодок, которые либо уже находятся в них, либо следуют к ним.

Технические указания. Чтобы создать противнику трудности в работе РПС, надо чаще менять длину волн, пользоваться дополнительными диапазонами и соблюдать радиодисциплину».

Учитывая тот факт, что тактика использования «волчьей стаи» требовала довольно частого применения радиосвязи, соблюдение приведенных инструкций значительно уменьшало эффективность системы РПС, что мы вскоре испытали на практике. Даже когда нам удавалось установить точные координаты подводной лодки, нелегко было решить, находилась ли она в «стае» или действовала автономно, направлялась ли она к району патрулирования или возвращалась оттуда, носило ли ее сообщение сверхсрочный или долгосрочный характер. Как и предвидел Дениц, в некоторых случаях нам удавалось уводить конвои в сторону, но иногда переданные с РПС неточные пеленги и сделанные из них ошибочные выводы не позволяли избежать риска. Криптоанализ позволил быстро изменить это положение. Мы вскоре установили точное число подводных лодок, действующих в море. Нам стало известно не только содержание посылавшихся ими радиограмм, но, что важнее, мы знали содержание распоряжений из ставки в Лориенте, которыми Дениц систематически накачивал командиров лодок. Выше подчеркивалось, что криптоанализ должен осуществляться быстро, чтобы действительно представлять оперативную ценность. Буквенные наборы для немецких шифровальных машин менялись каждый день, но пока действовали инструкции с «U-110», проблем не возникало. Блечли-Парк испытывал не больше затруднений G чтением всех радиограмм, чем их получатели. Срок действия этих материалов истек в июле; но уверенность немцев в том, что после этого наши дешифровщики потерпят фиаско, не оправдалась. Задержка иногда действительно случалась, но она длилась не больше сорока восьми часов, да и тогда многие радиограммы расшифровывались постоянно. Конечно, даже при задержке на одни сутки может оказаться, что предпринимать какие-либо действия уже слишком поздно. Ведь о задании, которое дается командиру подводной лодки перед ее отбытием, не узнаешь, даже расшифровав радиограмму сразу же после ее принятия. Определенную помощь оказывали нам немецкие подводные лодки, возвращавшиеся с патрульной службы. В соответствии с постоянно действовавшими инструкциями они каждый раз сообщали о своей позиции, благополучно миновав определенный пункт; обычно это делалось после пересечения 15° зап. долготы, когда лодки выходили из французского порта или шли из Германии и Норвегии проходом между Исландией и Фарерскими островами. Аналогичные сигналы, которые подавали подводные лодки, базировавшиеся в Бискайском заливе, чьи порты отбытия были известны, как правило, показывали, идут ли они в южном или в юго-западном направлении или же держат курс к северо-западным подходам Англии. Лодки дальнего плавания, такие, как «U-126», действовавшая в южной части Атлантического океана, по всей вероятности, новых указаний не получали вовсе, пока не выходили в предназначенную для них операционную зону. Но тем, которые должны были действовать против конвоев в Северной Атлантике, после того как они кратко сообщали о своей позиции, указывался дальнейший пункт следования. Через несколько дней они получали более конкретные указания в соответствии с произведенными командованием подводного флота последними оценками диспозиции английских конвоев и кораблей их сопровождения. В таких случаях задержка с расшифровкой соответствующих радиограмм на сутки или двое суток не обязательно вызывала роковые последствия.

Хотя число действующих в море подводных лодок немцев оставалось все еще относительно небольшим, оно начинало угрожающе расти: 65 — в июле, 88 — в октябре, 91 — в январе 1942 г. Правда, в районах патрулирования постоянно находилась только какая-то часть из них, чаще всего не больше трети. Хорошо, что главное командование немецких ВМС, оставляя без внимания все жалобы Деница, вынуждало его отвлекать значительную часть подчиненных ему скромных сил флота на выполнение, как он считал, менее необходимых задач на Балтике и в норвежских водах в войне против русских, а также в Средиземном море для оказания помощи Роммелю и итальянцам в их боях в Западной Сахаре. К декабрю через Гибралтарский пролив прошло не меньше восемнадцати подводных лодок. Этот театр военных действий все время оставался кровоточащей раной для Деница, как когда-то Пиренейский полуостров — для Наполеона.

К тому времени ресурсы англичан возросли как в количественном, так и в качественном отношении. Это обстоятельство несколько затрудняет точное определение оценки эффективности нового источника информации, которым пользовалась группа, осуществлявшая поиск подводных лодок. В мае и июне ежемесячные общие потери торгового судоходства Англии в Атлантике превысили 300 000 тонн. В июле и августе, то есть к тому времени, когда Уинн прочно занял свое место, они снизились до 100 000 тонн. В сентябре и октябре они снова возросли, превысив 150 000 тонн, когда немецкие подводные лодки, поддерживаемые хорошо поставленной разведкой с воздуха, стали нападать на наши конвои, проходившие Гибралтарским проливом. Конвоям было труднее уклоняться от этих атак. В ноябре и декабре потери снизились до 50 000