Виктор Каменев - Абы не в пекло (СИ)

— Значит она его плохо спрашивала! — агрессивно заявила благородная дама Гризельда. — Пусть будет понастойчивей!

— Похоже, благородный рыцарь держит эту дурочку Янину на расстоянии, — сказал канцлер. — А вас, благородная дама Гризельда, я бы попросил вести себя потише. Так нас и услышать могут.

Заговорщики обеспокоено завертели головами по сторонам.

— Сдаётся мне, что в сегодняшнем поединке благородному рыцарю здорово помог маг, — заметил лекарь. — Странно, что Гвидо не смог отразить простого, в общем-то, удара.

— Давайте подумаем, что нам теперь делать, — предложила благородная дама Гретхен.

И тут, на самом интересном месте, меня принялись настойчиво вызывать. Тихо ругаясь сквозь зубы, я пополз к себе, проникая через стены.

В моих покоях находился Винниус. Его вид трудно было назвать цветущим: большие тёмные очки скрывали глаза, нос распух и смотрел на сторону, губы раздулись будто на дрожжах, в крыльях заметно не хватало перьев.

— Что это с тобой? — спросил я, состроив сочувствующий вид.

— С местными божками поцапался, — неохотно ответил ангел. — Не любят они чужаков.

— Так ты будь поосторожнее, — посоветовал я.

— Это ты будь поосторожнее! — окрысился Винниус. — Тоже мне гладиатор выискался!

— А в чём дело? — удивился я.

— Зачем тебе понадобился этот дурацкий поединок с дружинником?!

— Вижу, вы там, наверху, вообще не владеете никакой информацией, — вздохнул я. — Гвидо должен был убить мага с королевой.

— Тебе следует не привлекать к себе итак много внимания.

— Знаешь что! — рассердился я. — Никакого плана действий мне никто не давал! Помощи от вас не дождёшься, зато хаять все здоровы! Я могу взять самоотвод, и ищите другого дурака!

— Тише, тише, — испуганно заговорил ангел. — Услышат же.

— Ладно, не бойся. Ты видел королеву?

— Да. Она с магом стоит на крепостной стене. Смотрят на звёзды. А что?

Я аж содрогнулся, хотя опасность уже миновала.

— Значит так, Винниус. Если моя работа вас не устраивает, то убирайте меня отсюда к чёртовой матери или хотя бы придумайте какой-то план с расписанными по часам мероприятиями. Если моя работа вас устраивает, то не лезьте ко мне с дурацкой критикой. Ясно тебе?

— Ты смотри, уже и не покритикуй его, — проворчал Винниус. — Думаешь, мне какой-то план дали? Иди, говорят, помогай. А как, чем…

— Скажи мне хотя бы, каков должен быть итог моей работы?

Ангел пожал плечами, после чего взмахнул ощипанными крыльями и исчез.

К завтраку вышел барон Готвик. Передвигался он ещё с трудом, хотя энергии в нём уже было хоть отбавляй. Мы с ним демонстративно обнялись на пороге.

Их величества расположились за столом, за ними расселись и все остальные. Слуги внесли блюда с едой.

— Скажите, благородный канцлер, — заговорил я, наливая вина благородной даме Янине и себе. — Для чего это вы собираетесь вечерами в вашей комнате? Такая тёплая компания: вы, господин казначей, многоуважаемый лекарь, благородные дамы Гретхен и Гризельда. Чем вы там занимаетесь?

Взгляды всех присутствующих обратились на вышеупомянутую пятёрку. Канцлер судорожно глотнул воздуха.

— Я… Мы… — промычал он, растерянно тараща на меня глаза.

Лекарь смертельно побледнел. Казначей отчаянно оглянулся на двух рослых стражников, охранявших вход в зал. Благородная дама Гризельда уронила вилку. Тётка короля замерла подобно изваянию. Маг подозрительно разглядывал их всех.

— Небось, в кости играете и вино пьёте, — продолжал я, выдержав мелодраматическую паузу. — А меня с благородной дамой Яниной ни разу не пригласили.

Канцлер, надо отдать ему должное, моментально пришёл в себя.

— Мы и не думали, что вам скучно, благородный рыцарь, — ответил он, вымученно улыбаясь. — Иначе, конечно же, и вы получили бы приглашение.

— И в самом деле, — пробасил со своего места король. — Иной раз и я охотно бы к вам присоединился.

— Разумеется, ваше величество, — проблеял канцлер. — Просто я считал дерзостью с моей стороны предлагать вам подобное.

— Да будет вам, — отозвался король.

После этого все стали болтать кто во что горазд. Вскоре завтрак окончился; ко мне подошла королева.

— Теперь-то вы от меня не сбежите, благородный рыцарь, — заявила она. — С вами просто невозможно побеседовать по душам.

— Вы это о чём, ваше величество? Когда я от вас бегал?

— Вчера вы проделывали это целый день.

— Понимаете, ваше величество, после тогдашнего нашего разговора мне показалось, что вы меня недолюбливаете. Вот я и стараюсь держаться подальше, чтобы не расстраивать вас своим присутствием.

— Благородный рыцарь, вчера я хотела с вами поговорить.

— Я весь внимание, ваше величество.

— Зачем вы вчера устроили поединок?

— Ваше величество, но ведь на ваших глазах благородный барон оскорбил меня…

— Перестаньте, — вдруг вмешался маг. — Мне кажется, вы хотите нам о чём-то сообщить.

Я осмотрелся по сторонам. Король общался с бароном Готвиком, канцлером и лекарем. Королевская тётка что-то втолковывала у окна благородной даме Янине. Из них никто подслушать нас не мог. Пожалуй, теоретические шансы на это имела благородная дама Гризельда, но она ещё не пришла в себя после моего выступления за завтраком.

И я сказал:

— Ваше величество, вам угрожает опасность.

Королева ничего не ответила, а маг высказал предположение:

— Не иначе, она исходит от пятёрки, перечисленной вами за завтраком. Что-то не понравились мне их физиономии.

— Вы совершенно правы, господин маг.

— И каковы размеры этой опасности? — спросила королева с делано-безразличным видом.

— Вы, ваше величество стоите у них поперёк горла.

— Выражайтесь яснее, — раздражённо бросил маг.

— Прошлой ночью они приговорили вас обоих к смерти.

Королева нервно сжала кулаки.

— Я ждал этого, — спокойно заметил маг. — А кто будет исполнять приговор?

— Исполнитель случайно погиб.

— Это был Гвидо, — догадалась королева.

— Но организаторы-то остались, — продолжал я. — И эта осечка их лишь раззадорит.

— Благородный рыцарь, а почему вы раньше не говорили нам обо всём этом? — поинтересовался маг

— А вы сами как думаете? Кто поверит пришлому, никому не известному рыцарю, обвиняющему старых, испытанных слуг и королевскую родственницу?

— Знаете, благородный рыцарь, мне тоже очень не хочется вам верить, — проговорила королева. — Но к своему ужасу, я инстинктивно чувствую, что правда на вашей стороне.