Андрей Завадский - Утро псового лая. День вторжения-1 (том 1-2)

И если хоть один ракетоносец будет болтаться у китайских берегов, хрена им, а не вторжение. Думаешь, их солдаты пойдут в бой, зная, что после первого же выстрела полмиллиарда их соотечественников превратятся в тончайшую пуль, а за спиной появится радиоактивная пустыня? Я полагаю, они тоже не самоубийцы, и пошлют к черту свою партию и кого угодно, лишь бы их матери, братья-сестры остались живы. Да и, говоря откровенно, это только их телевидение кричит, что, дескать, китайская армия всех сильней, а на самом деле - еще хуже, чем наша, такая же толпа. Согласен, кое-чего они достигли, пусть даже и многого, но все равно даже нас пока они превзойти не могут, что говорить об американской армии с их электроникой и аэрокосмическими формированиями. Так что и с этого направления угрозу можно устранить привычным средством - стратегическими ядерными силами, а сил этих у нас пока еще, слава Богу, достаточно.

Разлили по новой, разом опрокинули, закусив, кто чем, а спорщики пока смогли перевести дух. Однако вопросы, затронутые здесь и сейчас, оказались столь жизненными, что забыть о произнесенных пару минут назад словах сразу никто не смог.

-- Насчет того, что мы из океана можем грозить китайцам, это верно, - заметил Макаров, прожевав огурец. - Американцы создали на севере свои противолодочные рубежи благодаря удобному рельефу. Протянули от острова до острова цепь гидрофонов - и вот вам почти непреодолимый барьер. Их спутник или разведывательный самолет, а то и вовсе какой-нибудь завербованный агент в нашем родном порту обнаруживают выход в море подводной лодки, и все силы приводятся в полную боевую готовность, все настороже, так, что и мышь не проскочит. А уж раз обнаружив субмарину, они от нее не отстанут, будут пасти каждую секунду, и если почуют, что мы готовимся нанести удар, атакуют первыми и потопят, пока ракеты еще в шахтах. А на Тихом океане все иначе - там наши базы открыты, идти можно множеством курсов, и на всех возможных путях заграждения никто поставить не сможет. Поэтому янки и держатся за Японию, чтобы контролировать выходы в открытый океан. Так что, Василий, в этом ты прав, угроза ядерного удара охладит горячие головы хоть китайцам, хоть американцам.

-- Я еще думаю, что наши воздушно-десантные войска пришла пора реорганизовать, - заметил Строгов. - Сами посудите, создавали их давно, в других условиях, и готовили к совсем иной войне. Сейчас мне и во сне не привидится, чтобы с парашютами сбросить целую дивизию, и людей, и всю технику, как раньше на учениях делали. Это просто невозможно сейчас - транспортные самолеты посбивают еще на дальних подступах, и все бойцы просто подохнут без пользы. Сейчас имеет смысл высаживать тактические десанты численностью в батальон, ну, в крайнем случае - бригады, но никак не дивизии. И делать это лучше с использованием вертолетов. Поэтому я считаю, что наши дивизии пора расформировать, как ненужные, и создать на их базе, скажем, бригадные тактические группы.

-- Про батальонные группы я слышал, - заметил Самойлов. - Их и в Чечне применяли, и в Таджикистане, кажется. А насчет бригадных - это еще что за новости?

-- Все просто, - ответил Строгов. - Я уже не первый день об этом думаю, и вот что решил - десант делится на бригады, каждой из которых придаются наземные средства поддержки, типа гаубицы "Нона" или противотанковых пушек "Спрут", а также авиация. Собственно, даже самоходки уже не нужны. Из боевых машин вообще достаточно оставить только БМД - "четверка" с ее орудием заменит и гаубицы и противотанковые пушки, поскольку через ствол может запускать ракеты. Включить в боекомплект активно-реактивные снаряды - вот тебе дальность стрельбы гаубицы, а если модернизировать ракеты, то и противотанковые установки не понадобятся. Но вот авиация - это самое главное! Прежде всего, это транспортные вертолеты разных классов, ну и боевые машины, например, тот же Ми-24. И вертолеты должны входить в состав этой бригады, подчиняясь непосредственно ее командиру, а не придаваться для выполнения какого-то задания, как сейчас и делается. Американцы такие соединения называют аэромобильными. Я не знаю, как их можно назвать у нас, но суть от этого не изменится. И, кроме того, таким группам следует придать еще и самолеты, штурмовики, оказывающие непосредственную поддержку. Думаю, даже эскадрилья "грачей" повысит возможности такой бригады во много раз. Они смогут при высадке прикрывать вертолеты, зачищать плацдарм для десантирования, оказывать поддержку, если, к примеру, десант столкнется с танками противника. И эта авиация тоже будет подчиняться командиру бригады, который пошлет свои штурмовики именно туда, где они нужнее всего.

-- К президенту обращаться пробовал? - спросил заинтересовавшийся Самойлов. - Он, думаю, обратил бы внимание на такие идеи.

-- Пока еще не с чем особо обращаться, - пожал плечами Василий. - Это только разговоры, а настоящий проект подготовить все времени нет, - признался генерал. - Скоро, вот, учения начнутся, мне там надо быть, да и сейчас уже подготовкой занимаюсь во всю.

Строгов не лукавил, и друзья знали, что и на заимку он прибыл из гарнизона, где проверял готовность своих бойцов к намеченным маневрам.

-- А то подумай, мысль ведь дельная, это даже я, гражданский, понимаю, - предложил премьер-министр. - Хотя сейчас у нас и так в бюджете денег мало. Эта затея со скупкой акций нефтяных компаний потребовала таких средств, что никакие резервы уже не спасают.

-- Зато потом наши расходы окупятся в десятки раз, - заметил Климов. - Пока придется потерпеть, но скоро наступят лучшие времена.

-- Вот именно, - согласился Самойлов. - Пока нужно терпеть, а мы всякой ерундой занимаемся. Не время сейчас для того, чтобы клепать оружие, деньги нужно поберечь, пока не начнут поступать доходы от нефти и газа.

-- Знаешь, Аркадий, ты, возможно, во многом прав, - вступил в разговор замолчавший, было, Макаров. - Только вот что я тебе скажу, дружище. Я шесть лет подряд видел, как убивают корабли. Назовите это романтическими бреднями, да как угодно, но все равно, корабли не утилизируют, не демонтируют - убивают. Они же, как люди - у каждого свое имя, свой характер. Все ваши танки, пушки - они отличаются только безликими серийными номерами, а каждый корабль - единственный и неповторимый, пусть и строят их сериями по полсотни штук. И мало кто может понять, какая это боль - видеть, как превращается в груду металла новый, плававший в лучшем случае десяток лет, корабль. Пусть это будет хоть крейсер, хоть торпедный катер - боль одинаково сильна. И после долгих лет такой жизни, когда на моих глазах умерли, превратившись в бесформенные груды железа, десятки судов, гордость нашего флота, слышать, что кто-то вновь стал строить корабли, подводные лодки, танки - значит, верить, что Россия возрождается.