Военный специалист. Вьетнам 2 - Петр Алмазный

И тогда засада станет не преимуществом, а ловушкой уже для нас. Счетчик щелкнул еще раз. Второй «берет» сделал шаг вперед, чуть обогнав первого. Третий остановился, присел, проверяя камень под ногой — будто что-то заметил. Врешь, нас там не было.

Первый снова повел головой. Его взгляд скользнул по стене, по камням, по полке — слишком высоко, чтобы заметить нас, если не искать специально, но он искал, гнида. Еще секунда. Я чуть опустил руку — не до конца, только чтобы пальцы расслабились.

И в этот момент первый «берет» тоже медленно поднял руку и прижал палец к наушнику. Надо же, «AN/PRC-77», новьё! Ввели в строй аккурат в 1968 году, как замену более ранней «AN/PRC-25». Амер, похоже, что-то услышал.

Остальные замерли, глядя на него. Тишина теперь была уже не густой, острой, как перец чили. Рука у меня дрогнула — не от страха, понятно, от напряжения, от того, как сильно хотелось опустить ее и дать команду. Не опустил.

Первый «берет» снова повел головой. Теперь уже, как человек, который вдруг понял, здесь что-то не так. И тогда он посмотрел вверх. Прямо на полку. Наши глаза встретились — на долю секунды, не больше. Однако этого хватило. Моя рука пошла вниз.

— Работаем, — выдохнул я, и этот выдох прозвучал громче крика.

Цой выстрелил первым. «Берет» — тот, что прижимал пальцами наушник, — дернулся и осел, как куль с дерьмом. Пальцун тут же убрал второго. Тот не успел даже вскинуть свою «М-16», рухнул, ломая кусты.

Третий амер среагировал быстрее всех. Он успел упасть, перекатиться, выставил ствол, пытаясь нащупать цель. Да вот беда, не туда смотрел. Пялился вниз, на тропу, где никого не было. А мы залегли выше.

Громов и Косарь ударили с флангов. Не в него даже, а по окрестностям, чтобы головы не поднял. Пули щелкали по камням, высекали искры, заставляли его вжиматься в землю. И ведь сообразил амер, что ежели высунется, не сносить ему головы.

Семенов покуда не стрелял. Он скользнул левее, к узкому проходу между валунами, туда, где склон чуть просел и можно было спуститься на три метра ниже полки, почти к самой тропе, засев там, как в норе мышь.

Его задача была не в том, чтобы палить во все, что движется, а в том, чтобы, в случае чего, не дать «беретам» уйти. Попробуют сдать назад, напорются на заградительный огонь. Попытаются отползти вдоль стены, тоже полягут.

Чубаров, оставаясь на подходе к горловине прохода, держал под прицелам дальний его конец. Если кто-то из группы «зеленых беретов», что шла следом за авангардом, попытается вырваться из ловушки, он не даст им это сделать. По крайней мере, безнаказанно.

Третий «берет» все же не внял предупреждению и начал ползком продвигаться к тому, кто нес на себе рацию. Похоже, он хотел ее уничтожить, чтобы не досталась врагу, нам с мужиками, то есть. Кореец пресек его поползновения. И амер затих, уткнувшись в землю носом.

Я мотнул головой. Палец понял без слов. Сиганул вниз, подбежал к трупу радиста, дернул застежки разгрузки, снял радиостанцию, выдернул гарнитуру. Поднялся обратно на полку, протянул трофей мне.

— «AN/PRC-77», — сообщил он. — Без дешифратора.

— И что это нам дает? — спросил я.

— Да в общем, ничего, — сказал он. — Если бы мы занимались радиоперехватом, тогда был бы толк. А так…

Он был прав. Получит ли Оверлорд сообщение от группы или нет, нам сейчас без разницы. Мы в радиоигры с ним играть не собирались. Трех «зеленых беретов» мы уже отправили в пекло, скоро придет черед и остальных.

— Что видишь, Сёма? — окликнул я сапера.

— Ничего, — ответил он. — Тропа просматривается метров на триста вперед и пока чисто.

— Всем держать глаза открытыми! — скомандовал я. — Появится группа, огня не открывать, покуда не втянутся в горловину.

Я глянул вниз, на тропу. Так, авангард мы успокоили. За ним движется основная группа. Ну сколько их там? Пять, семь, десять… Неважно. Позиция наша, тропу они не обойдут, нет у них других вариантов. Значит, придут сюда, в этот проход, и мы их тут встретим.

— Слушайте, братцы, — начал я. — Авангард мы сняли по тихому. Следующая группа наткнется на трупы и тормозить не станет. Сразу начнет простреливать всю округу. Так что так красиво уже не получится. Пойдут в лоб с гранатами, базуками, со всеми причиндалами, какие есть. Наша задача, не просто выдержать первый удар, а бить на опережение, пока они не разберутся, откуда им прилетает. Все поняли?

Поняли. Чего тут было не понять. Уконтрапупили мы трех ротозеев, а вот за ними уже идут вооруженные до зубов профессионалы, которые вмиг озвереют, увидев, что авангард мы положили. Так что будет жарко.

— Тогда устраиваемся поудобнее и сидим пока тихо, — скомандовал я. — Пусть думают, что тут только мертвяки.

Бойцы заняли новые позиции. Громов и Косарь сдвинулись выше, к россыпи валунов, где «РПД» можно было упереть сошками в камень и держать широкий сектор, насколько вообще позволяла эта горловина.

Чубаров растворился за каменным завалом на подходе к ней. Семенов скользнул вниз, к пролому, и затаился — даже я его почти не видел, хотя и знал, где он. Цой вообще не менял позиции.

Я лег на полку, прижался к холодному камню. Автомат держал пока справа, успею взять. Пока что разложил перед собой гранаты. Если «береты» залягут, «РГД-5» их выкурит с гарантией, заставив тех, кто на ногах останется, отползти.

Во! Уже идут… И не двое— трое, а явно больше. Громыхают джунглевыми ботинками по каменюкам. Торопятся, видать. Наверняка с авангардом был договорняк, что прощупают дорожку и назад, а тут — стрельба, которая должна быть слышна за километр.

Первый вылетел из-за поворота — и тут же увидел трупы. Не остановился и не попятился. Вскинул «М-16» и дал очередь — не целясь, куда попало. Пули визгнули о камень в метре от меня, крошка брызнула в лицо. Я сплюнул. Рано.

Дальше пошел эффект бурундука. Амеры выскакивали один за другим. Второй, третий, четвертый, пятый, шестой. И ведь не жались по стенам, не ныкались — рассыпались по тропе, стреляя во все, что может служить укрытием для засады.