"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
— История, — по губам капитана скользнула едва заметная улыбка.
— Давно воюете?
— С первых дней. До войны окончил курсы командиров запаса.
— Ясно. Не любите идиотских решений начальства, капитан?
— Не люблю. Уж очень дорого за них платить приходится. Знаю, как историк и на личном опыте не раз убедился.
— Готовы принять полк? — спросил Максим.
— Что? — в глазах капитана мелькнуло удивление.
— Я спрашиваю, вы готовы взять на себя командование полком? Дело в том, что прежнего командира, подполковника Бахрушева, я арестовал, а оставлять полк без командования нельзя. Отвечайте. Готовы или нет?
Долженков бросил быстрый взгляд на начштаба. Майор, похожий на писателя Грина, отвёл глаза.
— Так точно, — сказал капитан. — Готов.
— Прекрасно, — кивнул Максим. — Соедините меня кто-нибудь с комдивом.
Начштаба крутанул ручку телефона, снял трубку:
— Майор Негода, начштаба двести сорок восьмого. Соедините меня с комдивом.
Подержал трубку возле уха, затем протянул Максиму.
— Озимин слушает, — донёсся из трубки густой бас. — Чего тебе, майор?
Максим представился.
Пару секунд комдив молчал, затем сказал:
— Вот просто задницей чувствую, товарищ старший майор государственной безопасности, что у вас для меня какие-то хреновые новости. Это так?
— Увы, товарищ генерал-майор, — сказал Максим и коротко доложил о ситуации.
— В имеющихся обстоятельствах, — продолжил он, — счёл необходимым арестовать подполковника Бахрушева и на его место назначить капитана Долженкова. Ставлю вас в известность и прошу утвердить капитана Долженкова в должности.
— Просите?
— Именно так, прошу, — Максима подмывало добавить «пока», но он сдержался.
— Хм. Что ж. Знаю капитана Долженкова, боевой командир, инициативный. Правда, слишком любит с начальством препираться, но это ладно. Согласен, утверждаю. Дам команду подготовить необходимые документы.
— Спасибо, товарищ генерал-майор.
— Не за что. Подполковник Бахрушев давно нарывался, доходили до меня разные слухи… Вот и нарвался. Разрешите вопрос, товарищ старший майор государственной безопасности?
— Конечно.
— Это правда, что о вас рассказывают?
Максим засмеялся.
— Скорее всего, да, товарищ генерал-майор, — сказал он. — Хотя я понятия не имею, о чём вы говорите. Желаю здравствовать.
Он положил трубку, посмотрел на Долженкова и сказал:
— Поздравляю с новой должностью, товарищ капитан. Принимайте полк.
С запада долетел едва различимый, но очень знакомый гул моторов.
Максим чуть повернул голову, прислушиваясь и уже зная, что это.
Дверь распахнулась, и на пороге блиндажа возник давешний боец с автоматом на груди.
— Воздух! — громко сообщил он. — «Юнкерсы». Много!
Глава вторая
Не меньше эскадры «любимых» им пикирующих бомбардировщиков Ю-88, прикрытых «мессерами», приближалось со стороны Таганрога. Вражеские крылья с чёрными, обрамлёнными белой каймой, крестами заполонили всё небо.
Рёв моторов давил на уши и психику.
Максим не впервые встречался с «юнкерсами», бил их и в небе, и на земле, и с земли, но сейчас был бессилен.
Снова взять трёхлинейку и попытаться сбить один или два?
Нет, глупо.
Второй раз вряд ли повезёт, а вот погибнуть можно запросто, — и углеритовая рубашка вместе с кевларовой каской и бронежилетом не спасут. А погибать ему никак нельзя. И дело не только в Родине, которой необходима его помощь. Семья. Людмила и дети — это главное.
Ударили зенитки. За Мёртвым Донцом, приближаясь, блеснули крылья с алыми звёздами — наши эскадрильи шли на перехват.
Ох, сейчас завертится карусель…
Его похлопали по плечу.
Обернулся — Кос.
— Макс, — твёрдо произнёс поляк. — Давай в блиндаж, там безопаснее.
Ян был прав. Бомбёжку и артналёт лучше переждать в хорошем, в три наката, командирском блиндаже. От прямого попадания авиабомбы он не защитит, а вот от осколков и взрывной волны — запросто.
Максим был уверен, что за бомбёжкой последует артналёт. А затем и атака с танками и пехотой.
Почему уверен? Он достаточно повоевал на земле, чтобы знать о таких вещах заранее.
И знание не подвело.
Высыпав бомбы на окопы, держащих оборону, полков Красной Армии и потеряв при этом десятка полтора самолётов, эскадра «юнкерсов» убралась восвояси, и на её место пришла артиллерия.
Грохот взрывов слился в непрерывный гул.
Земля тряслась.
Уши закладывало.
С потолка дождём сыпалась пыль и комья земли.
Мимо.
Мимо.
Снова мимо.
Ба-бахх!
Блиндаж ощутимо тряхнуло.
Взрывной волной, словно могучим пинком великана, выбило входную дверь, и она повисла на одной петле.
Ноздри уловили кислый запах сгоревшего тротила.
Ого, а вот этот почти попал.
Сидеть в блиндаже сначала под бомбёжкой, а затем под плотным артиллерийским огнём и ждать, попадёт или нет, — то ещё удовольствие. Особенно, когда оно длится не четверть часа, а гораздо дольше.
Ровно час и двадцать минут. Именно столько в общей сложности продолжалась бомбёжка с артналётом. Бомбёжка полчаса, остальное время взяла себе артиллерия.
Когда всё стихло, и можно было немного перевести дух и узнать о потерях (этим немедленно занялся только что назначенный новый командир полка), появился новый звук.
— Танки, — сказал Максим, поднимаясь с пола. — Танки идут. Сколько, говоришь, в твоём втором батальоне гранатомётов,