Муртаг: Мир Эрагона - Кристофер Паолини

Неожиданная волна товарищеского тепла захлестнула Муртага. — И мне тебя, Увек Говорящий-с-Ветром.

— Хрмм.

Затем ургал затрусил прочь; для его габаритов шаги были на удивление тихими, и Муртаг остался один среди разбросанных трупов.

Он не обращал на них внимания. Закрыв глаза, он пустил свой разум блуждать по деревне в поисках Бахель, решив найти ведьму и раз и навсегда заставить ее поплатиться. Мысль о том, чтобы сокрушить ее могущество, манила своей мрачной притягательностью. То, что она сделала с ним, он сделает с ней. Она унизила его, и он жаждал мести.

А еще он хотел помочь Алин. Нет, он должен был.

По всему Нал Горготу он ощущал разноголосый хор боли и ужаса: сектанты бежали в панике от Торна или пытались, безуспешно, остановить буйство дракона. Но нигде среди обезумевших умов Драумаров он не мог уловить знакомый очерк мыслей Бахель.

Он нырнул глубже. Растянув свое сознание вглубь земли, он прощупывал пространство под зданиями, в хитросплетении гниющих туннелей, разъедающих корни гор.

Там. Гнездо искр, словно заблудшие светлячки, запертые глубоко под землей. Он потянулся к самой яркой из них; искра вспыхнула в ответ, а затем втянулась в себя и сжалась, когда Бахель закрыла свои мысли от его сканирования.

Ужасающая уверенность сковала Муртага. Ведьма знает, что он идет, и она не одна. Они будут ждать его во всеоружии. В идеале он хотел взять Бахель в плен, чтобы наконец получить свои ответы — в первую очередь о деятельности Драумаров в королевстве Насуады, — но Муртаг подозревал, что ведьма скорее умрет, чем сдастся. Такой исход тоже был приемлем. Бахель была слишком опасна, держать ее в плену — всё равно что пытаться удержать бешеного зверя голыми руками. Убить ее будет немногим легче, если вообще возможно.

На мгновение его одолели сомнения. Мы еще можем уйти. Ничто не мешало им с Торном просто улететь. Они могли бы привести подкрепление, и с Эрагоном или Арьей на их стороне у ведьмы не было бы ни единого шанса. Но не было никакой гарантии, что Бахель и Драумары останутся в Нал Горготе до их возвращения.

И в любом случае он не мог бросить Алин. Он дал ей обещание.

По крайней мере, Бахель не станет обрушивать горы, пока сама находится под ними, — подумал он, испытывая благодарность за эту малейшую поблажку.

С щитом в одной руке и мечом в другой он выбежал из святилища храма и направился к задней части здания. Там он нашел дверь, выходившую на коротко подстриженную лужайку, примыкающую к западной стене храма. Густые столбы черного дыма поднимались из трещин в земле.

Ужасающий грохот заставил его вздрогнуть и обернуться. Одна из стен Башни Кремня только что рухнула внутрь, превратив строение в гору щебня.

За разрушенной башней Нал Горгот озаряло пламя. Половина зданий осталась без крыш. Улицы были усеяны камнями, а также телами.

Торн с ревом пронесся мимо; его чешуя сверкала, а с крыльев тянулись нити горячей крови.

Муртаг поднял меч в знак приветствия, и дракон ответил ему громогласным ревом. Затем Муртаг зашагал по лужайке к виднеющейся за ней сосновой роще. Я иду искать Бахель, — передал он.

Ответом Торна стала мрачная озабоченность. Это слишком опасно.

Я знаю, но я должен.

Не ходи один. Возьми с собой Увека.

У него свои дела, а мне нужно, чтобы ты отвлекал Драумаров здесь.

Где-то на другом конце деревни Торн снова взревел, на этот раз с досадой. Ты не просишь меня, потому что знаешь, что я слишком напуган.

Муртаг остановился на мгновение, обуреваемый противоречивыми эмоциями. Я не хотел тебя тревожить. Вот и всё. Ты храбрейший из всех, кого я знаю. Затем, уже мягче: Ты, скорее всего, даже не пролезешь в те туннели.

Тебе ли знать.

Тогда идем, если хочешь! Я тебя не отговариваю.

Последовало неловкое молчание, и Муртаг почувствовал, как в разуме Торна бушует смесь стыда и гнева.

Наконец Муртаг сказал: Мне пора. Береги себя.

…И ты себя тоже. И эхом над разрушенными крышами раздался грозный рык. Заставь ведьму пожалеть о том дне, когда она вздумала заковать нас в цепи.

— Я постараюсь, — пробормотал Муртаг, возобновляя свой путь.

Из рощи на него выскочила пара вооруженных мечами Драумаров. Он зарубил их, одного за другим, точными взмахами Заррока. Клинок эльфийской ковки разбил меч второго сектанта в серебристые брызги.

Устремляясь вперед, Муртаг испустил громкий крик. Скорее боевой клич: выплеск яростной энергии, клокочущей в его венах. Это чувство было ему хорошо знакомо; его старый друг. Некоторые воины предпочитали вступать в бой, сохраняя ледяное спокойствие, и он признавал достоинства такого подхода, но сейчас спокойствие не прельщало его. Он был связан, а теперь вырвался на свободу, и каждая капля сдерживаемой ярости выкипала из него, словно пар с раскаленного камня.

На опушке рощи на него напали еще несколько Драумаров. Пятеро, вооруженные копьями, мечами и один — луком. Муртаг поймал стрелу на щит, а затем оказался среди сектантов, нанося сокрушительные рубящие и колющие удары со смертоносной решимостью.

Как бы опасно это ни было, схватка пьянила Муртага, и он смеялся, видя страх в глазах противников. Славная охота. И было лишь справедливо, что они дрожали перед ним.

Потасовка не продлилась и минуты. Как только последнее тело рухнуло на землю, он уже двигался дальше: сердце бешено колотилось, грудь тяжело вздымалась. Губы оттянулись назад, обнажив зубы в кровавой ухмылке, и он чувствовал, как аура мощи окутывает его, словно незримый плащ.

Но даже тогда он понимал, что его рожденная в бою самоуверенность обманчива. Бахель так легко не одолеть, как ее приспешников. Чтобы иметь хоть малейший шанс на победу, ему понадобятся не только сила, но и хитрость. Поэтому, выходя из рощи и направляясь к зияющей пещере у подножия холмов, он лихорадочно перебирал в памяти страницы компендиума в поисках нужных слов для заклинания, которое защитит его от Дыхания Азлагура. Магия будет фильтровать воздух, как марля цедит воду, и не даст ядовитому пару проникнуть в его легкие.

Убедившись в правильности формулировки оберега, он наложил его на себя, и мрачная усмешка коснулась его губ. — Посмотрим, как тебе понравится это, о Говорящая Лжи, — прошептал он.

По обеим сторонам зловещего входа в пещеру горели свежие факелы, а внутрь вело множество следов. Муртаг расценил это как подтверждение того, что Бахель взяла с собой отряд воинов.

Он перехватил Заррок поудобнее, собираясь с духом, а затем шагнул вперед,