Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана

Как бы меня ни корёжило, я изо всех сил цеплялся за воспоминания о доме и о нас с тобой. Может, это они меня спасли, а может, просто повезло. Затем я понял, что сопротивлением лишь ухудшаю своё положение и нужно свести интеллект к уровню идиота. Догадка оказалась верной. Это помогло вырваться из ловушки. Правда, перед этим пришлось основательно потрудиться над тем, как снять введённые мозговые ограничения, будучи уже умственно отсталым. Здесь пришлось прибегнуть к серии так называемых гениальных озарений, которые посещают даже клинических идиотов.

Да, сразу после отлёта я спохватился, что кое-какие признаки говорят о том, что твой род скоро утеряет своё влияние, а это значило, что я оставил тебя без защиты. Я хотел вернуться, но командование флотилии упёрлось и ни в какую не хотело меня отпускать. Совестили тем, что я организатор и сам же бросаю экспедицию на произвол судьбы. Пришлось подчиниться большинству. О создании Хранилища я уже знал и понял, что рано или поздно ты окажешься именно там. Поэтому первое озарение привело меня именно туда. Извлечь тебя из Хранилища можно было только под видом обучающего бэра для симбионта. При твоей травмированной психике из всех заключённых там душ землянка Татьяна Орлова подходила как нельзя лучше для приведения тебя в чувство. Вы были как родные сёстры, хотя характеры у вас разнятся, но такое бывает даже у однояйцовых сестёр-близнецов. Татьяне тоже повезло, опоздай я на день, и её отправили бы на утилизацию. Остальное ты более или менее уже знаешь.

Тайра с сочувствием погладила мужа по плечам.

— Я… даже не знаю, что сказать. Прости, родной, что заставила рассказать то, что ты не хотел вспоминать. Думаю, одна потеря экспедиции — уже непомерный груз у тебя на душе, — она закрыла ему рот ладонью. — Всё, хватит обид! Мы квиты. Давай отсюда начнём с чистого листа, хорошо?

Ладмон с благодарностью посмотрел на неё.

— Спасибо, что понимаешь, — он поцеловал её ладонь. — Сваришь крумейро? У автоматики так вкусно не получается. Сразу чувствуется, что в напитке нет души.

— Обманщик, — улыбнулась Тайра. — Конечно же, сварю. Кстати, мне поприсутствовать на конференции, которая начнётся через час?

— Да, — кивнул Ладмон. — В твоём присутствии я чувствую себя гораздо уверенней.

— Опять обманываешь. Думаю, в мире нет никого самодостаточней, чем ты…

— Ты ошибаешься. Каждому нужен надёжный тыл, и я не исключение, при всей своей самоуверенности.

И что-то такое было в том, как он это сказал, что Тайра ему поверила.

***

Это была научная конференция. Протекала она вяло, поскольку её участники — в основном это были серьёзные учёные с именем — не знали, о чём говорить с приглашённой звездой. В общем-то, они ожидали, что парень со скандальной репутацией преподнесёт им на блюдечке с голубой каёмочкой невероятное открытие, которое они как-то смогут пристегнуть к своим исследованиям и, если повезёт, то это снова их прославит.

Учёные не менее тщеславны, чем остальные люди, и точно также мечтают прославиться — желательно без особых затрат с их стороны.

Вот только парень, на которого были устремлены миллионы глаз, больше задавал вопросы на интересующие его темы, чем стремился отвечать на таковые, направленные в его адрес.

Когда солидная публика, начавшая подозревать, что её дурачат, стала возмущаться, на лице Ладмона появилось грустное выражение. «Господа, господа! Не нужно сердиться. Я всего лишь хотел припасть к источнику вашей мудрости. Поймите, на вашем фоне я не более чем невежественный ученик. Неужели вы откажете в помощи коллеге, который силой обстоятельств утерял свою прежнюю квалификацию и безнадёжно отстал от вас?» — воззвал он к присутствующим с нотками мольбы в голосе.

Кат Ворон, который тоже присутствовал на конференции, положил ему руку на плечо. «Не огорчайтесь, господин Североводский! У вас ещё будет время наверстать упущенное. Уверен, коллеги в этом вам помогут», — обнадёжил один прохиндей другого.

По окончании времени, отведённого на конференцию, Тайра отключила трансляцию и засмеялась.

— Дорогой, как тебе не стыдно? Ведь ты своими вопросами довёл до бешенства уважаемого кателианского учёного. Что плохого он тебе сделал?

— Да дурак он, и теоретические изыскания у него дурацкие! — возмутился Ладмон. — Выбранное им направление — пустышка, не стоящая потраченного времени даже такого напыщенного индюка, как он.

Кат Ворон посмотрел на парочку, которая его стараниями наконец-то пришла к согласию, и, сев в кресло, прикрыл глаза. Настроение у него было ниже среднего.

— Кат, что случилось? — спросила Тайра и переглянулась с мужем.

— Ничего. Просто устал, — глухо ответил он.

— Ну-ка, вставай! — Ладмон потянул его за собой. — Идём в лабораторию, я проверю, что там наворотила твоя змейса. В последнее время ты выглядишь не очень. Такое чувство, что у тебя перегрузка мозга, а такого быть не должно.

— Идём, — согласился Кат и, встав, потерял сознание.

ГЛАВА 8. Когда любовь не подарок, а наказание

Несмотря на потрясения, постигшие планету, в поместье Даджи всё оставалось по-прежнему. Но так казалось лишь на первый взгляд. К собственному удивлению, он выяснил, что за полгода привык к несносной девчонке, и её выходки служили ему своеобразным допингом. Теперь, когда она ушла, он чувствовал себя преданным. Он даже хотел вернуть Татьяну и как следует ей всыпать: исключительно для острастки. В конце концов, она была его ученицей и ушла из дома без его разрешения. Если бы не Кат Ворон, он бы так и сделал. Приглашение на свадьбу князя Клермона-род Красная Земля и Тессы Таден, дочери корабельщика Тори Тадена, привело к тому, что он стал совсем невыносим. Злясь, он вымещал раздражение на бедных слугах, которые уже не знали, как ему угодить.

Впрочем, перепадало всем, в том числе Мирелле. Придирки по делу и без дела привели к тому, что она не выдержала и под различными предлогами всё чаще пропадала за пределами поместья. Даджи не следил за ней, он и так знал, что она ему не изменяет, но это не меняло того факта, что она предпочитала проводить время не с ним, а на стороне. Тайные поездки к Клермону, и помощь ему с делами выводили его из себя даже больше предстоящей свадьбы ученицы, которую он считал своей собственностью.

В общем, тьма дозрела и готовилась разразиться бурей.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения демона-лиса, послужило сообщение о том, что ему ограничивают